Играя с огнем

Мужчина вновь сжал руль.

– Я знаю, Уилл. Я чувствую то же самое, но правда всплывет наружу со временем, – Уильям пробормотал согласие. – И, Уилл… – он подождал, пока его брат посмотрит на него. Заехав на подъездную дорожку, Риз заглушил грузовик. Щелчок охлаждающего двигателя заполнил тишину. – Мы расскажем ей о своих чувствах.

– Думаешь, это хорошая идея? Что если она отдалиться от нас, сбежит?

Риз вдумался в слова брата.

– Она может сбежать, но будь я проклят, если отпущу ее, – мужчина повернулся и посмотрел на Уилла. – Она принадлежит нам. Она должна быть нашей, нам лишь нужно будет ей это доказать.

ГЛАВА 4

Непрерывное раздражающее жужжание у самого уха, заставило Джейн вынырнуть из сна. Она вслепую потянулась к будильнику, хлопнув по нему ладонью. Когда все затихло, она уже было засунула голову под подушку, но надоедливый звук потревожил ее вновь. Сев, Джейн убрала с глаз прядь своих длинных темных волос. После третьего звонка, она поняла, что звонит ее телефон, а не будильник. Джейн взяла его со столика и, протерев глаза, посмотрела на дисплей. Одного взгляда хватило, чтобы понять две вещи: сейчас было семь утра, и именно Риз был тем, кто прервал ее сон. Сердце Джейн мгновенно тяжело забилось.

– Привет?

Ее голос был хриплым ото сна, и девушка прочистила горло.

– Я же не разбудил тебя, правда? Мне жаль.

В его голосе слышалось веселье, и становилось понятно, что сожаление Риз испытывал в последнюю очередь.

Неудивительно, что он уже был бодр. Близнецы всегда просыпались ни свет, ни заря, даже если им не нужно было на работу. Казалось, что они всегда были на ногах еще до восхода солнца. Окончив среднюю школу лет семь назад, Риз и Уильям сейчас работали на Оливера Эберхардта в «Эберхардт Констракшн». Пять дней в неделю, просыпаясь с рассветом, они надрывали свои задницы, строя и ремонтируя новые дома и здания для предприятий, вплоть до самого заката. Они были чертовски хороши в том, чем занимались, поднявшись по карьерной лестнице до мастеров. Опыт и сплоченность – вот что заставляло всех прислушиваться к ним. Они были сильны и по одиночке, но вместе близнецы Холден стали мужчинами, с которыми приходилось считаться.

– Ты чертовски хорошо знаешь, что разбудил меня.

В свое оправдание Джейн могла сказать, что подъем раньше восьми не был в числе ее привычек. Работа во вторую смену в «Slick’s Diner» занимала большую часть дня, но ей хотя бы не нужно было просыпаться рано. В любом случае, Джейн всегда в большей мере была совой.

Риз усмехнулся, и этот глубокий звук пронесся сквозь нее. Господи, она возбудилась только от его смешка.

– Ты сегодня не работаешь, правильно?

– Нет, – потягиваясь, Джейн откинулась назад на кровать. От удовольствия с ее губ сорвался невольный стон. Сквозь динамик раздалось тяжелое дыхание Риза. – Риз? С тобой все в порядке?

Мужчина прочистил горло, и девушка услышала на заднем плане шорох. Когда мужчина заговорил, его голос звучал хрипло.

– Я в порядке. Итак, эм, Уилл и я хотим поехать к озеру. Сегодня обещали выше восьмидесяти градусов ^[6] . Мы подумали, если ты составишь нам компанию – мы могли бы там пообедать и поплавать.

Поплавать с близнецами Холден? Да, пожалуйста! Представив их только в плавках, когда водой стекала по их рельефной груди – уже только это заставило Джейн свести бедра вместе. Работа на стройке не могла не сказаться на их телах, превратив их в воплощенную женскую мечту.

6

Подразумевается восемьдесят градусов по Фаренгейту, что равно примерно 27 градусам по Цельсию

– Да, хорошо. Звучит весело, – откинув покрывало, девушка села на край кровати. – Когда вы хотите туда отправиться?

– Сможешь собраться за час?

– За час, Риз? У меня не останется времени, чтобы упаковать хоть что-то.

– Тебе нужно взять только одежду, хотя и она необязательна.

Мужчина усмехнулся, но его голос звучал напряжено. Словно он не шутил. Черт, если Уилл и Риз попросят ее прыгнуть с ними в воду обнаженной – она сделает это, как и полагается послушной девочке. Плохо было только одно, в реальной жизни, к сожалению, они никогда не предложат ей этого. Джейн чертовски хорошо понимала, что братья воспринимали ее, как младшую сестренку, которой у них никогда не было. Хотя прошлой ночью на одно мгновение ей показалось, что Уилл собирался ее поцеловать. Видимо пробудившееся либидо и чувства заставляли Джейн видеть то, чего на самом деле не было, потому что парни никогда не проявляли к ней того интереса, какого ей хотелось.

– Очень смешно. А что в отношении обеда? Не припоминаю, чтобы вы когда-нибудь делали что-то помимо сэндвичей с арахисовым маслом, желе и бананами. Понимаю, что вы можете находить это невероятным, но думаю, что вы – единственные, кому нравится эта комбинация.

Риз хмыкнул, и Джейн услышала, как на заднем фоне Уилл спросил, была ли она готова сегодня куда-нибудь ехать. Закатив глаза, Джейн ответила:

– Я буду готова в течение часа, но я возьму что-то съедобное.

Закончив разговор, девушка направилась в ванную. Ей стоило бы дать медаль за самый быстрый душ за всю историю умывания. Час – это слишком мало, чтобы подготовиться, но Джейн подумала, что, собираясь прыгать в озеро, не стоит слишком усердствовать с прической. Натянув купальник, она надела поверх него шорты и майку. Выйдя из комнаты, она почувствовала аромат кофе, и последовала за ним на кухню. Ее мама сидела за столом с утренней газетой и чашкой с бодрящим напитком перед собой.

– Доброе утро, дорогая.

– Привет.

Джейн подошла к шкафу, захватив по пути огромную кружку. Она была примерно раза в три больше обычной, но сейчас было чертовски рано для чего-то поменьше. Наполнив половину чашки, девушка схватила молочник и сахар. К тому времени, как она закончила приготовления, на вкус напиток был очень сладким и настолько светлым, что даже не был похож на кофе – но именно так, ей нравилось.

– Сегодня на площади будет проходить распродажа выпечки, и я хочу поехать в город, чтобы продать немного. Если у тебя нет никаких планов, ты могла бы присоединиться ко мне.

Разговаривая с Джейн, мать даже не оторвала глаз от газеты.

– Вообще-то Риз и Уильям пригласили меня сегодня присоединиться к ним на озере. Если хочешь, можешь тоже поехать.

Женщина ухмыльнулась, наконец, посмотрев на свою дочь.

– А я все думала, почему ты так рано проснулась.

Поднеся чашку к губам, Бриджит откинулась назад. Какое-то время она наблюдала за дочерью, прежде чем, наконец, сказать:

– Как там мальчишки Холден?

Джейн закатила глаза.

– Мам, мы не будем начинать это опять, хорошо?

– Начинать что?

Встав со своего места, женщина поставила опустевшую чашку в раковину. Солнце, заглянувшее в окно над маленькой ржавой раковиной, окутало ее золотым сиянием. Бриджит Сильвер было всего сорок пять лет, но из-за тяжелой жизни с отцом Джейн, она выглядела намного старше своего возраста. Вокруг ее глаз и рта уже пролегли морщины, а ниточки седых прядей то и дело мелькали среди темных длинной до плеч волос. Ее мать была красивой женщиной, хоть жизнь и не была особо добра к ней, но в свое время, их с Джейн можно было принять за близняшек. Женщина, повернувшись, посмотрела на нее светло-голубыми, как и у дочери, глазами.

– Мам, мы всего лишь друзья. И были таковыми почти всю мою жизнь, – лицо Бриджит стало печальным, и Джейн вздохнула. Не сложно было догадаться, о чем думает женщина. – Даже спустя два года – почему ты все еще думаешь о нем?

Чарльз Сильвер был ее отцом, но каждый раз видя его, Джейн не считала его ничем более, нежели куском дерьма. Бриджит в ответ лишь приподняла свое тонкое плечо.

– Джейн, – вздохнула она. – Я понимаю, что твой отец был плохим человеком. Я действительно понимаю, но тебе стоит посмотреть на это и с моей стороны, – женщина повернулась к кухонному окну, рассматривая что-то снаружи. – Я начала встречать с Чарли еще в средней школе. Он был милым и добрым. И он был моим единственным мужчиной. Но когда он начал просаживать все наши деньги на азартные игры и наркотики, я поняла, что наша жизнь уже никогда не будет прежней. Он стал монстром, причиняя боль нам обеим. И я никогда не смогу простить его за это, но я пытаюсь, вспоминая те годы, когда он был добр ко мне, к нам.