Игры наследников

Она задержала взгляд на инструменте с задумчивым, почти мечтательным выражением.

– А вы умеете играть? – спросила я.

Прабабушка хмыкнула.

– В юности играла. Правда, привлекала к себе этим чересчур много внимания, так что в итоге муженек мой переломал мне пальцы и положил всему этому конец.

То, как невозмутимо она сообщила об этом, точно речь шла о совершенно обыденном происшествии, наводило жуть не меньше, чем смысл ее слов.

– Какой ужас, – выпалила я.

Дама посмотрела на рояль, а потом на свои скрюченные, точно птичьи когти, пальцы. Вскинула голову и перевела взгляд на огромные окна.

– А вскоре его постигла страшная участь.

Прозвучало это так, точно сама прабабушка приложила руку к случившемуся. Неужели она убила собственного мужа?

– Ба, хватит запугивать ребенка, – с укором послышалось с порога.

Дама усмехнулась.

– Если ее так легко напугать, долго она тут не протянет, – заявила она и зашагала на выход.

Старший из братьев Хоторн переключил внимание на меня.

– Так ты рассказала сестре о своем сегодняшнем проступке?

Упоминание о Либби всколыхнуло во мне воспоминания о нашей недавней ссоре. Она общается с папой. И не хочет, чтобы от Дрейка ее охранял запретительный приказ. Как не хочет и блокировать его номер. Я невольно задумалась, что из этого Нэшу уже известно.

– Либби знает, что я не поехала в школу, – сухо ответила я.

Он многозначительно на меня посмотрел.

– Послушай, котик, ей сейчас тоже несладко. Ты, считай, в самом эпицентре урагана, где ветра поспокойнее. А она – на его окраине и принимает на себя всю мощь стихии.

Я бы не назвала обстрел в лесу «ветрами поспокойнее».

– Какие у тебя планы на мою сестру? – спросила я Нэша.

Мой вопрос явно его позабавил.

– А у тебя какие планы на Джеймсона?

Неужели в этом доме не осталось ни одного человека, который не знал бы о нашем поцелуе?

– Ты был прав, когда говорил об игре, затеянной вашим дедушкой, – сказала я. Он ведь пытался меня предупредить. Объяснял, зачем Джеймсону со мной сближаться.

– Я почти всегда прав, – заявил Нэш, подцепив пальцами петли для ремня на джинсах. – Чем ближе к финишу, тем будет сложнее.

Разумнее всего было выйти из игры. Отступить назад. Но мне хотелось найти ответы, а в глубине души – и выиграть, ведь недаром я выросла с мамой, которая все превращала в веселое соревнование, а впервые сыграла в шахматы всего лишь в шесть лет.

– Ты, случайно, не знаешь, где твой дедушка мог запрятать стол «Давенпорт»? – спросила я Нэша.

Он хохотнул.

– Я смотрю, выводов ты так и не сделала, а, солнышко?

Я пожала плечами.

Нэш задумался над моим вопросом.

– А в библиотеках смотрела?

– Была в круглой, в ониксовой, в той, где витражные окна, в той, где стоят глобусы, в лабиринте… – Я посмотрела на своего телохранителя. – Это ведь все?

Орен кивнул.

Нэш склонил голову набок.

– Не совсем.

Глава 64

Мы с Нэшем прошли два лестничных пролета и три коридора. Вскоре на нашем пути возник дверной проем, забаррикадированный кирпичом.

– А это что такое? – спросила я.

Нэш моментально сбавил шаг.

– Крыло моего дяди. Старик забаррикадировал его сразу же после гибели Тоби.

Это абсолютно нормально, подумала я. Все равно что лишить наследства всю свою семью и за долгих двадцать лет не обмолвиться об этом ни словом.

Нэш снова прибавил шаг, и наконец мы оказались перед стальной дверью, напоминавшей дверцу сейфа. На двери висела ручка кодового замка, вокруг которой были расположены цифры, а под ней – пятиконечный винт. Нэш привычным движением выкрутил ручку в нужные стороны – влево, вправо, снова влево – слишком быстро, чтобы я успела заметить цифры, входящие в состав кода. Раздался громкий щелчок, а потом он повернул винт. Стальная дверь распахнулась, а за ней показался коридор.

Интересно, это какой такой библиотеке нужна такая система безопа…

Не успела эта мысль дооформиться у меня в голове, как Нэш переступил порог, и я вдруг поняла, что за дверью скрывалась вовсе не комната. А целое крыло.

– Старик взялся за строительство этой части дома, когда я родился, – сообщил Нэш. Стены в коридоре вокруг нас были щедро увешаны рычагами, кнопками, замками, ключами, точно произведениями искусства. – Хоторны с младенчества учатся вскрывать замки отмычками, – пояснил мне Нэш, пока мы шли по коридору. Я заглянула в комнату слева – в ней обнаружился маленький самолет, вот только совсем не игрушечный. Самый настоящий одноместный самолет.

– Так это твоя детская? – спросила я, с любопытством обводя взглядом остальные двери в коридоре и гадая, что за тайны могут скрываться за ними.

– Скай было всего семнадцать, когда я родился, – сказал Нэш, пожав плечами. – Она, конечно, попыталась отыграть роль хорошей матери. Но получилось не очень. Старик хотел как-то восполнить для меня эту потерю.

Соорудив… такое.

– Пойдем. – Нэш провел меня в конец коридора и открыл очередную дверь. – Зал с автоматами, – пояснил он, хотя в этом не было необходимости. Я увидела поле на ножках для игры в настольный футбол, бар, три пинбольных автомата и стену, уставленную другими автоматами для разных видеоигр.

Я подошла к пинбольному автомату, нажала на кнопку, и он ожил.

Я посмотрела на Нэша.

– Ничего, я подожду, – сказал он.

Стоило бы сосредоточиться. Все-таки мы шли в последнюю библиотеку – в место, где, возможно, отыщем стол «Давенпорт» и новую подсказку. Но почему бы не сыграть разок? Это делу не помешает. Я подергала за рычажок, проверяя, работает ли он, а потом запустила мяч.

Увы, мой итоговый результат никак нельзя было назвать рекордным, но когда игра кончилась, на экране зажглась просьба ввести мои инициалы, и когда я их напечатала, на дисплее высветилось знакомое приветствие.

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ДОМ ХОТОРНОВ,

ЭЙВЕРИ КАЙЛИ ГРЭМБС!

Точно такое же послание я прочла, когда решила поиграть в боулинг, и в точности как и тогда, меня вдруг накрыло ощущение, что повсюду, куда ни глянь, меня подстерегают призраки Тобиаса Хоторна.

Будь вы даже сто раз уверены в том, что перехитрили нашего деда, на самом деле это он вас обвел вокруг пальца, и никак иначе.

Нэш тем временем направился к бару.

– В холодильнике полно сладкой газировки. Какой яд предпочитаешь?