Игры сердца

Я никогда не жила в новостройках типа «формочка для печенья». После моего протеста и тоски в старшей школе я потратила много времени, размышляя, чем хотела бы заняться после школы, и когда я освободилась от школы, не бездельничала, а стала действовать. Я жила в нескольких местах, но быстро нашла дом. Затем с немалой решимостью приступила к созданию своего места в этом социуме. Я добилась успеха, освоилась и полюбила свое занятие.

Но, как бы безумно это ни звучало, я видела себя в этой огромной кровати в этой огромной комнате в этом крошечном доме с Майком, его детьми и его собакой.

Определенно.

— Я купил этот дом из-за тебя.

Я моргнула, глядя на грудь Майка, подняла голову, чтобы посмотреть на него сверху вниз.

Его взгляд метнулся ко мне.

— Что? — прошептала я.

— Я не понимал этого до сих пор, но ты в моей футболке, в моей постели, моя рука на твоей заднице. Никогда не думал, что это случится. Никогда этого не ожидал. Никогда на самом деле не думал, что увижу тебя снова, должен признаться, дорогая, все эти годы меня расстраивало, что я не увижу тебя снова. Но я осмотрел чертовую кучу домов, когда пытался найти для себя, Ноу и Рис, чтобы они чувствовали себя как дома. Мне они не понравились. Мне действительно понравился вид на вашу ферму с моего балкона. Этот вид сделал этот дом, в отличие от других, более похожим на дом. И причина, по которой этот дом был больше похож на дом, заключалась в том, что вид вашей фермы напоминал мне о тебе, я чувствовал себя как дома.

Я не знала, как отреагировать на его неожиданные слова, он впервые так открылся.

Мне нравилось каждое слово, которое он произнес. Я влюбилась в каждое слово, которое он произнес.

— Майк… — прошептала я, но дальше не продвинулась.

Майк продолжил:

— Дети быстро освоились. Они ни разу не жаловались. То, что у них было со мной, было лучше, чем то, что давала им их мать, но я знал, что дело не в этом. Они присматривали за своим отцом. Они не хотели говорить дерьмо или делать дерьмо, которое заставило бы меня чувствовать себя дерьмом. Но все же дом, который у нас был, был домом. Мне это так не казалось, и я полагаю, что им это так не казалось. Только в прошлую субботу с музыкой, друзьями, украшениями, пластиковыми мисками с едой и огромным домашним тортом. Рис улыбалась и была счастлива. Наконец-то я почувствовал себя как дома.

Боже, иногда он просто убивал меня своими словами. Но когда он убивал меня своими словами, делал это так, как мне нравилось.

— Заткнись, — прошептала я.

Майк пристально посмотрел на меня, его взгляд был теплым и нежным, и это тоже убивало меня, так, как мне нравилось.

Потом он заткнулся, по крайней мере, насчет этого.

— Я должен тебе за то барахло для вечеринки, которое ты купила. Ты должна отдать мне чеки.

— Заткнись, — сказала я громче, и его рука снова крепко сжалась на моей заднице.

— Дасти. Ты должна отдать мне чеки, я все верну.

— Эй, мачо, я могу говорить до посинения, что мне было приятно все это купить для Рис, поэтому плачу я, а ты все еще не согласен, Майк?

Он ухмыльнулся, его рука расслабилась, ответил:

— Не согласен.

— Неважно, — пробормотала я. — Я отдам тебе чеки.

— Спасибо, милая, — пробормотал он в ответ, а затем продолжил. — Кстати, ты не взяла с собой сумку, но ты остаешься со мной на ночь.

Я надеялась на это.

Тем не менее почувствовала обязанной ему указать:

— Серьезно, ты любишь командовать.

Он не ответил, просто продолжал ухмыляться.

— Ты был таким же властным с Дебби? — Спросила я.

— Милая, ты же знаешь, что никто не может командовать Дебби, потому что она чертовски властная. Это было безжалостно. Я мог бы попытаться стать командиром, но просто не было возможности вклиниться между ее тирадами.

— Значит, у меня есть надежда, — пробормотала я. — Я должна стать безжалостной.

— Напоминаю, Дасти, Дебби продержалась со мной какое-то время, потому что я был подростком с маленьким прудом выбора, и она регулярно давала мне. Когда открылось море, Дебби уже не было рядом.

Я расхохоталась, уткнувшись лицом ему в шею и чувствуя, как он крепче сжимает меня.

Мне это понравилось. Мне нравилось, что мы могли открыто говорить о разных вещах. То, что могло показаться странным или встать между другими, не было. Мы понимали это. Это уже была история, как и Дебби.

А сейчас было сейчас.

И были мы.

Мы могли говорить о чем угодно.

Я подняла голову и посмотрела на него, увидев, как он улыбается мне.

Да, это были мы.

— Мои племянники чистят снег, — вдруг объявила я.

Майк моргнул.

— Что?

— У Дэррина были контракты…

Я понимала, что он понял, о чем я говорю, когда прервал.

— Ты шутишь. Они работают?

Я кивнула.

— Фин и Кирби.

Майк отвлекся, и я поняла, что он вспоминает, считая сколько раз выпадал снег, потом пробормотал:

— Три раза.

— Да, — подтвердила я, и его внимание вернулось ко мне.

— И Ронда им разрешает?

Я кивнула.

Он пробормотал:

— Черт.

— Итак, как отец, ты думаешь, что это неправильно?

— Э-э… да. У Кирби даже нет водительских прав. Я знал, что Фин помогает Дэррину, и, зная Дэррина, он бы этого не допустил, если бы это не было оговорено в контрактах или Фин не был бы защищен страховкой Дэррина. Так что я не знаю, что говорится в контрактах, но сомневаюсь, что предоставляемая страховка включает в себя работу несовершеннолетнего без лицензии, как Кирби. Если с ним что-то случится… — Майк замолчал.

— Мне это тоже не понравилось, — согласилась я. — Но я промолчала, когда Ронда мне сообщила, потому что она их мать, и я не знаю, как они с Дэррином играли в такие вещи с мальчиками.

— Если я хорошо знаю Дэррина, то… если бы Кирби поехал на тракторе, Дэррин надрал бы Кирби задницу. Это Фин его завербовал?

Я кивнула.

— Заботится о семье, — пробормотал Майк.

— Ага, — повторила я.

— Черт, — повторил Майк.

— Ага, — повторила я снова. Затем сделала глубокий вдох и поделилась: — Ронда отгородилась от всего.

Руки Майка сжались, глаза заглянули глубоко в мои, когда он прошептал:

— Я ее понимаю.

Я прижалась к нему еще сильнее и прошептала в ответ:

— Полностью, Майк.

Он выдержал мой взгляд, а затем ответил:

— Она должна прийти в себя, Дасти.

— Ты же знаешь Ронду, — напомнила я ему.

— Знаю. Но случается всякое дерьмо, и ты должна сделать шаг вперед. Мы взяли ситуацию с Дебби под контроль, но ты и я понимаем, что в Вашингтоне она замышляет против нас заговор. Она сделает свой следующий шаг, и сделает его довольно скоро.