Империя Оствер. Пенталогия
Шрифт:
Из поселения северян к складам рванулась дежурная сотня всадников. Ночь. Отсветы далёкого пожара. С неба сыплется снег. А по дороге прут северные вояки на сохатых. И тут их встречают залпы арбалетов, взрывные энергокапсулы и огнешары столичных магов. Ну и соответственно, потери со стороны врага были огромные. Почти вся боевая сотня всадников полегла в считаные минуты, ничего не смогла сделать. Однако за передовыми северянами шли их сородичи, которых было много. Шаманы вступили в схватку с магами, а вражеские бойцы, сильные и опытные воины, начали штурм баррикады, и отряд Солэ Анхеле понёс первые потери. Враги вцепились в егерей и добровольцев Анхеле, словно клещи в собаку, не стряхнёшь. Северян становилось всё больше, и весь отряд барона мог бы погибнуть, с честью,
Живая имперская легенда вытащил мощный артефакт, который он носил на груди, начал читать молитву своему покровителю из дольнего мира, и мертвецы ожили. Поднимались с земли трупы вражеских воинов и лоси, и все эти умертвия набросились на северян. Шаманы и вражеские бойцы были вынуждены отвлечься на уничтожение нового противника, который оказался в их рядах. А наши воины использовали это время на сборы, оказание помощи раненым и отступление. Ну а чтобы нанхасы не спешили, Алай Грач кинул на дорогу «Облако праха», одно из заклятий высшей магии. Это и было то самое сияние, которое мы наблюдали над дорогой. В чём суть этого магического приёма, я точно не знаю, но слышал, что на час в определённом месте возникает стена из призрачного света, и кто в него входит, тот распадается в труху. И если жрец, которого я немного знал, может оперировать такими заклятиями, то он реально силён и непомерно крут. Впрочем, переоценивать его тоже не стоит, ибо он в нашем соединении один такой великий мастер, а вражеских шаманов много, навалятся толпой, запинают и фамилию не спросят…
Наступил день. На левом берегу появились вражеские разведчики, около полусотни всадников. Мало. Где остальные? Непонятно. То ли в обход пошли, то ли силы для решающего боя собирают. И похорошему, надо бы уже уходить. Но следовало дождаться Исуда и Хиссара. Ожидание было томительным, напряжение нарастало, и вот, ближе к девяти часам утра, вражеские воины, которые полукругом окружали переправу, начали разлетаться в стороны. И вскоре мы увидели спешащих к нам на соединение гвардейцев Тегаля и дружинников Алекса Фея. Они нахлёстывали коней и торопились поскорее достичь брода, а северяне закружились вокруг и стали осыпать наших воинов стрелами. Гвардейцы и Исуд, которого можно было отличить по белому гребню на круглом шлеме, оставив на снегу нескольких своих товарищей, постарались прибавить ходу. А северяне, продолжая обстрел, стали сбиваться в плотные группы, видимо, почуяли себя победителями и решили, что смогут отсечь ветеранов Фея. Но дружинники моего сослуживца, которые шли в тылу отряда, тоже уплотнили свои ряды, по команде барона совершили чёткий поворот влево и, словно смерч, налетели на не ожидавших отпора нанхасов. Часть вражеских всадников успела выскользнуть изпод удара, но десяток разведчиков сделать это не смог, и воины Хиссара, дав залп из конных арбалетов, взяли противника в мечи. Северяне было попробовали вновь начать стрельбу из луков. Однако по всему левому берегу прокатился гнусавый протяжный звук, словно в рог протрубили, и лоси противника, все вдруг чегото испугавшись, не слушаясь узды и команд, понесли своих седоков подальше от воды и брода. Наверное, это маги из школы «Даисса» поработали.
Враг отступил, да так поспешно, что один из воинов свалился со спины своего сохатого. Но быстро вскочил на ноги и кинулся за животным пешком. Смешно и забавно. Пока я за ним наблюдал, второй наш отряд начал переправу. Сначала на правобережье перебрались воины Исуда. Капитан немедленно подскакал к НииФонту, которому чтото начал говорить. А затем на стоянку въехали дружинники Хиссара. Увидев барона, я поднял правую руку и поприветствовал его:
– Здравствуй, Алекс!
– Привет, Уркварт! – ответил усталый Хиссар и направил свою взмыленную исанийскую полукровку ко мне.
– Как всё прошло?
Барон спрыгнул с седла, поморщился, утёр со лба грязный пот и ответил:
– Сначала всё хорошо было. Мои ветераны уничтожили скотоводов
и охрану, гвардейцы Тегаля открыли загоны, а маги погнали животных к оврагам. За час всё сделали и начали отход, и тут Исуд решил путь срезать, ну и заблудился. Мудак! На дорогу выбрались с трудом, а там патруль северян, два десятка воинов. Мы потратили на них полчаса, и наступил рассвет. А что дальше было, ты видел.Хиссар кивнул на переправу, и я согласился:
– Видел.
Я снял с пояса флягу с вином и протянул Хиссару. Он благодарно кивнул, сделал пару глотков, вернул флягу и спросил:
– Всё в силе?
– Да, чуть стемнеет, уходим.
– Куда?
– На запад.
– С Грачом и Анхеле говорил?
– Нет, один на один потолковать не получилось. В дороге с ними пообщаюсь.
– Если успеешь. – Хиссар снова мотнул головой на реку: – Мы когда на холме перед рекой были, вдали нанхасов разглядели, которые от поселения идут. Вот Исуд и его орёлики и рванули к переправе, словно за ними самый великий демон зла гонится.
– И когда нанхасы будут здесь?
– Через час. Так что на отдых времени нет. Надо уходить.
– Уйти не проблема. Вот только полковник может меня в прикрытии оставить.
– Может. – Алекс кивнул чёрной растрёпанной бородкой, которую отрастил в дороге.
Договорить нам не удалось. Вторя словам моего компаньона, над стоянкой разнеслись выкрики посыльных:
– Командирам отрядов срочно явиться к полковнику НииФонту!
Через пару минут мы с Хиссаром и другими офицерами стояли вокруг нашего временного командира, которого собирались покинуть, и он быстро затараторил:
– Господа, мы выполнили поставленную перед нами боевую задачу. И я бы хотел вас с этим поздравить, но за нами погоня! Мы не ожидали, что северяне так быстро оклемаются после ночного боя и кинутся вдогонку. Так что теперь, дабы мы могли отступить, необходимо прикрыть переправу и хотя бы на некоторое время задержать северян. И я решил, что остаться должен отряд графа Ройхо, у которого наиболее свежие лошади, а люди успели немного поспать, и сотня дружинников графа КуэхоКавейра под командованием сотника Баншера. Позиция здесь удобная, так что вы, господа, сможете сдержать натиск противника, а затем оторваться от погони и присоединиться к нам.
Полковник посмотрел на меня, причём не глаза в глаза, а както мимо, фигуру фиксирует, а взгляда опасается.
«Сука! Наверное, думает, что я уже покойник. А вот хрена с два тебе! Я поступлю посвоему и выживу!» – подумал я, но мысли свои, конечно, не озвучил, а коротко кивнул и произнёс:
– Я всё понял, господин полковник! Северян встречу и постараюсь их удержать! Но не долго. Переправ на речке хватает, так что я смогу отыграть тридцать – сорок минут, и всё!
Я замолчал, и в разговор вступил сотник Баншер, низкорослый, несколько полноватый, но чрезвычайно подвижный человек лет сорока пяти, хороший командир и не глупец, который, как и я, понимал, что заслон, скорее всего, поляжет, если не на переправе, то при отступлении:
– А почему именно моя сотня должна оставаться?! Я против! Мои воины тоже устали!
– Тихо, сотник! Это приказ! – оскалился НииФонт и снова посмотрел на меня: – Я всегда знал, что на вас можно положиться, господин граф!
– Положиться можно, мы, Ройхо, люди надёжные. Но я хотел бы изменить состав своего заградотряда.
– Каким образом?
– Лучше, если вместо сотни Баншера со мной останется сотня барона Хиссара, барон Анхеле, который может помочь мне добрым советом, и уважаемый Алай Грач.
– Ну, я не знаю. – Полковник немного растерялся и посмотрел на людей, которых я назвал. – В общемто я не против, но надо у них спросить.
– Думать нечего! Я остаюсь! – быстро сориентировался Хиссар, который понял меня верно и сообразил, что лучшего случая, чтобы отделиться от основных сил, может не представиться, и дал согласие остаться в заслоне.
– Хм! – Барон Анхеле резко дёрнул головой. – Я принимаю приглашение графа Ройхо повоевать! У меня после ночного боя в строю тридцать воинов, и у нас ещё есть чем северян встретить.