Индекс туманника
Шрифт:
– Подробностей пока нет, знаю только, что большую часть группы положили. Туда целая делегация выехала – и управские, и конторские, и от Бригады. Как думаешь, с чего бы это дачники с цепи сорвались? – опасливо поинтересовался Сергей, боясь услышать в ответ подтверждение своих мыслей, будто это наше недавнее кровавое столкновение с людьми Боцмана послужило спусковым механизмом для небывалого обострения отношений города и полукриминального анклава. Тогда и впрямь нехорошо получилось, но нашей вины в том нет. Не примени мы силу, в лучшем случае ограбили бы нас до нитки, да еще поглумились бы хорошенько. В худшем же – угнали бы на вечные сельхозработы к себе на дачи или вон, как группу Ерофея, покрошили бы на радость туманным тварям. Так что выбор у нас был невелик: либо мы их, либо они нас. Лично меня только первый вариант устраивает. В конце концов, мы первыми были на месте, потому добыча по праву считается нашей. А эти придурки мало того, что
– Да кто ж этих психов поймет? – не допуская даже намека на нашу возможную вину, удивленно ответил я. – Они целый район своей территорией объявили, а с месяц назад вроде даже спецназовца завалили там же, на Федоровке.
– Ты откуда об этом знаешь? – изумился Шеф. – Бригада засекретила эту информацию, я только пару дней назад узнал!
Ага, пару дней, как же! Ты, Сережа, эти сказки кому попроще рассказывай. А мне не нужно. Нет, конечно, мы друзья, и последнюю рубашку ты мне отдашь не задумываясь, и в любой драке спину прикроешь. Но это не отменяет того факта, что ты всегда умел думать наперед и позволял себе немножко манипулировать друзьями в части выдачи известной только тебе информации по крупицам. Самое забавное, что делаешь это ты не ради личной выгоды, а ради всеобщего блага, как ты сам это понимаешь. Только вот твое понимание иногда идет вразрез с пониманием других членов нашей дружеской компании. Так что о гибели спецназовца ты знал давно, но боялся, что это известие отпугнет меня от рейдов на Федоровку, а они весьма выгодны для всей нашей компании, потому как я про друзей не забываю. Жизнь в Степногорске тяжелая, по талонам выдается минимальный набор продуктов, многие живут впроголодь, и даже на твою зарплату нерядового сотрудника комитета промышленности – компрома – особо не разгуляешься, что уж говорить о простых смертных – их дохода хватает только на хлеб, воду и уголь.
Вон Ксюха все никак не может отвыкнуть экономить на еде, как было до моего появления. И каждый раз ждет меня из рейда со страхом и надеждой – надеждой, что я вернусь и все будет хорошо, и страхом, что погибну и жизнь ее вернется в старое русло к той полужизни-полусуществованию, что была до меня.
С Ксюхой у нас вообще интересная история. Когда-то давно, в большом мире, она предпочла мне другого и обожглась по полной программе. Вроде бы теперь все по-другому, и память прежней жизни не дает забыть, кто есть я, а кто ее муженек Егорка Максимов. Сейчас я искренне верю в ее любовь ко мне, и эта вера греет мне душу промозглыми днями и ночами среди Тумана. Но трудность заключается в том, что он тоже находится здесь, и этот факт, даже против моей воли, меня беспокоит.
– Так слухом земля полнится, – усмехнулся я в трубку, – там слушок, здесь слушок, а где точно, уже и не вспомню. Ты это, как подробности будут, скажи сразу.
– Заметано, но вроде как без снайпера там не обошлось. Больше пока ничего не знаю. Часа в три позвони. Или лучше приходи ко мне в Контору.
На том и порешили. Я положил трубку и в задумчивости почесал затылок. Снайпер – это хорошо. В том смысле, что облегчает поиск места происшествия. В ранние утренние часы уже не так темно, как ночью, зато густота Тумана самая максимальная. То есть снайперу работать проблематично, ну, исключая вариант, при котором он с пятнадцати-двадцати метров свои жертвы отстреливает. Но есть на Федоровке две улицы – Юбилейная и Вагонная, вдоль них практически постоянно гуляет ветер, загоняя клубы густого Тумана в боковые улочки. Потому все туманники и стараются воспользоваться этими «проспектами» с хорошей видимостью, и именно там снайперу есть где разгуляться. Но, учитывая, что Ерофей – человек очень осторожный, если не сказать – трусливый, то на Вагонную он вообще не сунется, а Юбилейную будет пересекать у самого края Федоровки, где-то в районе пересечения с Охотской или Разрезовской. Вот где-то там его группу и встретили. Жаль. Неплохой все же дядька был, да и в группе его наверняка новички были, вообще ни за что пострадали.
И, кстати, снайпер этот уже не первый раз беспредельничает. Дачники, само собой разумеется, лишь руками разводят: мол, ничего не знаем, не наш человечек. Но жертвами-то всегда получаются городские или несчастные «потеряшки» – это в городе с ними возятся, пытаясь если не вернуть к жизни, то скрасить существование, дачники же не церемонятся, им «нелюди» не нужны.
Ладно, моим планам это происшествие помешать не может. Я Юбилейную и Вагонную стараюсь проскочить побыстрее, а могу и вовсе обойти Федоровку по краю и выйти уже в районе Асфальтной. Может, пока вовсе отставить походы на Федоровку и попытаться пройти к бывшему центру города через вокзал? Говорят, там очень тяжелая для прохождения промзона, много разрушений и высока концентрация агрессивных тварей. Сама промзона
вроде пустая, в том смысле, что поживиться туманникам там нечем. Вот и не ходит туда никто. А в центр ходили бы, да опасно и долго, соответствующий индекс для таких путешествий есть у единиц. Например, у меня. В общем, нужно подумать, у меня еще в планах поход в сторону юга, но это уж точно будет без выгоды, из чисто познавательного интереса. Планов громадье, еще бы времени и сил на их исполнение…3
Регина Клочкова уверенной походкой еще раз прошлась по торговому залу, постоянно ловя на себе заинтересованные мужские взгляды. К этому она была привычна, и легкая улыбка на ее лице блуждала совершенно по иной причине.
Ей нравился магазин с незатейливым названием «Бытовая техника». Самое то, что нужно. Не представитель сетевых гигантов «Эльдорадо», «МВидео» или «ДНС» – за этими монстрами стоят слишком серьезные люди, а с такими лучше не связываться, но выглядит вполне достойно по части ассортимента, и расположен в подходящем месте, и принадлежит бизнесменам местного разлива: если вдруг что-то пойдет не так, то с этими-то она точно справится.
На секунду Регине показалось, что мелькнувшее в соседнем ряду мужское лицо уже встречалось ей сегодня, и она тут же остановилась у полок с микроволновыми печами, с неподдельным интересом разглядывая происходящее за ее спиной в стеклянной дверце одной из них. Назойливый поклонник или слежка? Что ж, кто бы это ни был, пусть будет уверен в ее интересе к кухонной технике.
Регина быстро забыла об этом эпизоде, ее мысли были полностью поглощены предстоящим экспериментом. Если все получится, то это станет настоящим прорывом. Не случайным попаданием, какие иногда случались и ранее, но первым серьезным осознанным действием человечества в «Модуле-317». Приятно было представлять ситуацию именно таким образом, хотя со времен распада Союза никто, кроме их семьи, доступа к объекту не имел. Отец позаботился об этом, и страшно было даже задумываться на тему, скольким людям это стоило жизни. Так что с тех пор – семья, только семья.
Даже в детстве, когда они все развлекались с теми возможностями, что им оставили неизвестные создатели «Модуля», Регину в первую очередь интересовали люди, вынужденные выживать в чудовищных условиях. А вот младшие – Севастьян и Альбина – веселились как могли, пичкая подопытную территорию заложенными в программу монстрами.
Последние годы ей было немного проще. Регина вернулась в Степногорск после учебы, вела в городе дела принадлежащего семье фармацевтического комбината и единолично занималась «Модулем». Сева, отучившись, остался в Москве, где отец активно натаскивал его на роль главного наследника, Альбина же еще продолжала учебу, но столичная жизнь настолько втянула ее в свой порочный круг, что о Степногорске и «Модуле» она годами даже не вспоминала.
Четыре года продолжалась «эра спокойствия», столько было сделано хорошего за это время! Был «нащупан» доступ к базе «зарегистрированных» в «Модуле» людей, опытным путем значительно сужена «зона заброса» новичков, благодаря чему население увеличилось втрое, и все это при отсутствии новых видов монстров! Но вдруг все изменилось. Сначала брат стал наведываться в Степногорск и проявлять интерес к проекту, а потом и Алька опомнилась. Запретить им доступ к объекту Регина не могла, а надежды на то, что новые жизненные перспективы отобьют интерес к проекту, не оправдались – их всех по-прежнему тянуло к «Модулю». Вот только по большому счету мало что изменилось. Они все повзрослели, но только Регину интересовал социальный эксперимент, а Сева и Альбина жаждали развлечений. Хотя нет, брат осторожно намекал на какой-то там коммерческий проект. Но это пугало старшую сестру еще больше.
– Регина Ивановна, – плавный ход мыслей неожиданно прервал голос водителя, – за нами «хвост». Серый седан «Мицубиси», с утра мелькал несколько раз и снова в двух-трех машинах позади нас держится.
– Интересно, – Регина обернулась, но, кроме плотного автомобильного потока, ничего не увидела. Впрочем, Сергей – профессионал своего дела, не один год отработавший в органах, и не доверять его словам нет никаких причин.
– Оторваться?
– Узнать бы, кто это? – обеспокоенно сказала девушка, пытаясь сообразить, кому могла понадобиться слежка.
– По номерам попытаемся пробить, они почти наверняка попали на заднюю камеру. А вот пытаться сейчас захватить наблюдателя не стоит, это группу поддержки вызывать нужно.
– Хорошо! Едем на комбинат, а оттуда уже подстрахуемся! – Регина приняла решение и успокоилась. На комбинате она пробудет не менее четырех часов, если слежка продолжится, то охрана будет готова к этому, если нет – пусть по номерам отследят, кто это такой любопытный.
Дальше ее захватила каждодневная рутина комбината: вопросы, решения, контроль и прочее. Так что о досадном происшествии Регина вспомнила только дома вечером, получив доклад от службы безопасности. Нельзя сказать, что услышанное ее сильно удивило, но задуматься заставило.