Индиго
Шрифт:
– Мистер Флеминг, я хотела еще сказать, – окликает меня Мегги. Остановившись, я оглядываюсь через плечо. – Я прочитала все ваши книги и была бы счастлива, если вы найдете время их подписать.
– Это очень мило с вашей стороны. Я с радостью оставлю свой автограф на каждой.
– Они уникальные, мрачные, захватывающие… Это чистая правда, – смущённо улыбается девушка. – У вас огромный талант, и то, что вы больше не пишете, большая потеря для ваших читателей.
– Спасибо, Мегги, – сдержанно благодарю. – Я верну вам пациента через полчаса в целости и сохранности, – и, кивнув на прощание, продолжаю толкать перед собой каталку с неподвижным Камероном Бенсоном.
Путь до заросшего тиной пруда занимает не больше трех минут. Ливень, заставший меня на кладбище, давно закончился, ветер стих, и из-за туч
– Прекрасный день, Кэм, – делюсь своими впечатлениями с молчаливым спутником.
Остановив кресло перед деревянной скамьёй с кованными перилами, разворачиваю его так, чтобы мы оба, и я, и Камерон, видели один и тот же пейзаж. Что может быть более умиротворяющим и успокаивающим, чем безмятежная гладь мутной воды, отражающей пожелтевшие и багряные деревья?
Присев на лавку, я задумчиво смотрю, как ветер шуршит сорванными листочками и, наигравшись, бросает в пруд с покатых берегов.
– Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, Бенсон, – оглядевшись по сторонам и убедившись в отсутствии поблизости медицинских работников, достаю сигареты из кармана пальто. – Пруд в вашем саду был гораздо больше и чище. Моя жена рассказывала про лебедей и кувшинки. Жаль, что птицы больше туда не прилетают, – чиркнув зажигалкой, медленно затягиваюсь, смакуя вкус табака. – Я подумываю о том, чтобы продать ферму. Надеюсь, ты не против, – сделав паузу, смотрю на застывший профиль Камерона Бенсона.
Крупный крючковатый нос придает ему сходство с хищной птицей – это единственная черта от былого величия Бенсона, оставшаяся неизменной после того, как его разбил паралич.
– Учитывая сложную историю дома, это будет не очень просто сделать, – продолжаю рассуждать вслух. – Но у меня уже есть на примете отличный агент по недвижимости. Я почему-то уверен, что она справится и подберет семью, способную оценить дом по достоинству. Ты удивишься, но, оказывается, есть немало людей, готовых доплатить за приведения. А в твоем доме их навалом, Бенсон. И совсем скоро станет одним больше, – лениво выпуская дымные кольца в дрожащий от прохлады воздух, говорю я. – Не поверишь, кого я сегодня встретил, – снова умолкаю, разглядывая одутловатое лицо. Подергивание полуопущенных век выдает Бенсона с головой. – Тебе не терпится узнать? – догадываюсь я. – Аннабель Одли. Твоя очаровательная племянница. Оказывается, Мириам дружила с Аннабель. Знаешь, что самое неприятное в этой неожиданной встрече? Я принял близкую подругу и кузину жены за мошенницу, а девушка всего лишь хотела передать мне письма Мириам, – наклонившись, я тушу окурок о землю и потягиваюсь, разминая затёкшие мышцы. – Представляешь, все эти годы, что они не виделись, Мириам регулярно писала Аннабель. Я успел прочитать только парочку. Хочешь послушать? – обращаюсь к безмолвному окаменевшему лицу Бенсона. – Я так и думал, что ты сгораешь от любопытства, – дружелюбно хохотнув, хлопаю старика по плечу и, достав из кармана смятую пачку, открываю самый верхний конверт. – Судя по проставленной в конце дате, ему больше десяти лет. Настоящая семейная реликвия, Кэм.
Расправив листок, я пробегаю взглядом по верхним строчкам, а потом начинаю читать вслух:
«Здравствуй, Эни.
Прошло так много времени после нашей последней встречи. Я пыталась написать тебе раньше, но никак не могла подобрать слова. Не знала, с чего начать, потому что понятия не имею, что тебе интересно, и есть ли какие-то правила в написании писем. Ты первая, с кем я хотела поговорить вот так, при помощи листа бумаги и шариковой ручки. Это немного странно, правда?
Честное слово, Эни, я бы все отдала, чтобы снова тебя обнять. Я так сильно скучаю, что никаких слов не хватит. Не буду спрашивать, скучаешь ли ты так же сильно. Не хочу этого знать.
Перечитываю этот абзац и думаю, какая же я дурочка. Как всегда, начала не с того.
У меня все хорошо, Эни. И хотя лето выдалось очень душное, я много времени провожу на улице. Это помогает мне не думать о плохом.
Черт, кажется, я снова пишу какую-то глупость, и ты наверняка думаешь: какая она странная – моя глупая кузина Мириам, и я даже не буду с тобой спорить.
У меня есть для тебя фантастическая новость. Вчера я получила по почте ответ из Нью-Йоркского университета. Они приняли меня. Можешь в это поверить? Так что я смело могу заявить, что тебе пишет будущий графический дизайнер.
Ты же рада за меня? Я знаю, что да.
Считаю дни до начала учебы и молюсь, чтобы отец не узнал о моем зачислении раньше, чем я покину наш дом. Он никогда не примет мое решение. Никогда.
У меня уже все готово к отъезду, Эни, и мне ужасно страшно, что ничего не получится.
Эни, я всегда считала, что если есть что сказать, то просто говори, а не трать впустую время собеседника. Прости, что мне понадобилось так много времени, чтобы признаться в том, как сильно я сожалею.
– Трогательное письмо. Согласен со мной, Кэм? – выждав паузу, я закуриваю снова. – Столько грусти и в тоже время надежды на светлое будущее. Меня мучает один вопрос, Бенсон. О чем же так сильно сожалеет моя жена? Ты мне вряд ли поможешь с поиском ответов, но теперь у меня есть новый источник информации. Аннабель Одли, – с выражением произношу имя девушки. – Она кажется мне очень милой, Кэм, и я с удовольствием поболтаю с ней еще раз.
Глава 3
Телефонный звонок застаёт Аннабель как раз в тот момент, когда она выходит на крошечный балкон, чтобы проверить почту. Ее сердце непроизвольно подпрыгивает в груди и замирает в тревожном предчувствии. На какую-то мизерную долю секунды в голове девушки проскальзывает подозрение, что это может быть Флеминг, но высветившееся на экране имя босса отметает нелепые мысли.
– Привет, Эван, – отвечает она, ощутив необъяснимый укол разочарования. – Что-то случилось?
– Все в порядке, Аннабель, – заверяет Янг. – Твоему отцу лучше?
– Да… его состояние стабильно, но ему еще нужен уход, – насторожено отзывается девушка. – Эван, мы договаривались на два месяца. Из них прошло только десять дней.
– Я помню, Аннабель. Не волнуйся. Просто хотел узнать, не изменились ли твои планы?
– Нет. Я сообщила бы тебе в первую очередь.
– А как со свободным временем?
– Странный вопрос, Эван, – снова тревожится Анна.
– Мне только что поступил заказ на оценку и дальнейшую продажу старого особняка и примыкающих к нему владений. Условия более чем выгодные, – озвучивает Эван истинную причину своего звонка.
– Не понимаю, чем я могу быть полезна, находясь в другой стране, – искренне недоумевает Аннабель. – У тебя полно других риелторов, передай объект им.
– В том-то и дело, что территориально заказчик находится в Штатах. В Огайо, если точнее. Название фермы «Индиго» тебе ни о чем не говорит?
– Индиго? Ты уверен? – резко севшим голосом переспрашивает Анна.
– Это же где-то совсем близко с твоим городом?
– Да, но… – девушка растерянно прерывается, хмуро уставившись на противно и протяжно орущего под окнами Рокки. – Заказчика зовут Алан Флеминг? – запоздало осеняет Аннабель.
– Вы знакомы? – почти не удивляется босс, а она почему-то чувствует себя смущённой, и даже кровь приливает к щекам.
– Совсем немного, – уклончиво отвечает Анна.
– Тогда все встает на свои места, – с энтузиазмом объявляет Эван. – Видимо, ты оставила ему нашу визитку.
– Да… – припоминает Аннабель, снова чувствуя легкое покалывание в области солнечного сплетения.
– Вот и отлично, что все так удачно сложилось, – удовлетворенно заключает босс. – Я тогда перешлю тебе по почте его контакты, а ты свяжись с этим Флемингом и обсуди детали. Оценка дома не займет много времени, а лишние деньги тебе сейчас не помешают.
– Флеминг действительно сказал, что хочет продать дом? – недоверчиво уточняет Анна, все еще не до конца осмыслив, что только что произошло.
– Ну да, а что-то не так? – в голосе Эвана Янга появляются обеспокоенные нотки.
– Нет, все нормально, – поспешно заверяет Анна, потирая занывшую переносицу. – Отправляй мне контакты. Я позвоню ему прямо сейчас.
– Мне показалось, или ты действительно чем-то расстроена? – осведомляется неравнодушный босс.
– Просто был тяжелый день. Устала, Эван, – объясняет она. – Спасибо за беспокойство.