Иные

– Тебе идет, – указал на футболку.

– Как раз мой размерчик? – подняв бровь, вернула ему его же слова. Поставила кружку и сладости на ближайшую полку рядом с его пластиковым стаканчиком. – Спасибо за конфетки. Я и тебе принесла.

– Вообще-то, они не для тебя.

– Да ну? – обернулась к нему, вскинув обе брови, – как и цветы?

– Какие цветы?

Инна широко улыбнулась, не ведясь на его шутовство, и игриво показала ему кончик языка. Его взгляд опустился на ее губы и мелькнувший между ними язычок. Сама напросилась. Захар выплюнул жвачку, вплотную подошел к ней и хотел поцеловать, но девушка позволила лишь чмокнуть себя в губы и стала уворачивать голову, когда он попытался проникнуть глубже.

– Что не так?

– У меня зубы не чищены, – смутилась Инна.

Он запустил всю пятерню в ее волосы и крепко сжал их в кулак, пресекая попытку снова отклониться. Ему не важно, что там с зубами, он впился в ее рот глубоким, жадным поцелуем.

Совсем не таким представляла себе Инна их утреннюю встречу, но была не против. Она поднялась но носочки, стремясь стать ближе к нему, и откинула голову назад, позволяя делать с ней все, что захочет. Он него пахло мятой, и отросшая за ночь щетина слегка царапала нежную кожу девушки. Он с удовольствием прошелся руками по стройной спине, опустил ладони на ягодицы, едва прикрытые его футболкой, и с силой сжал их. В награду получил стон от девушки и почувствовал, как она вся совпала с ним. Еще немного и он снова утащит ее наверх, но пока рано, ей будет больно. Надо подождать. Он нехотя отстранился.

– Таблетку выпила?

Инна кивнула и поймала на себе его пристальный, даже слишком, взгляд через прищур. Потом он снова занялся машиной, а она присела на стул рядом, взяв чай с конфетой.

– Какие планы? – услышала его приглушенный голос.

– Не такие глобальные, как у вас.

– Выходит, все знаешь?

– Звонила вчера Ксан Ксанычу. Он как раз к тебе собирался.

– Значит еще не все. Я предложил ему построить дом там же, где будет мастерская, и перебраться туда.

– Ого! Масштабно! А что он? Думаешь, согласится?

– Сегодня и узнаем. Интересная история с твоими правами. Расскажешь? – меняя тему и выпрямившись, посмотрел на нее Зак. Выбросил какую-то штуковину в мусорную урну, достал такую же новую и снова по локоть скрылся с ней в глубинах мотора.

– Ооо! Это повальный позор всей моей жизни! – широко улыбнулась Инна, нисколько не стесняясь пережитого. Смущение от первой, после бурной ночи, встречи уступило место прекрасному расположению духа. Все-таки хорошо ей рядом с ним, спокойно, безмятежно.

Она развернула конфетку и откусила половину.

– Я завалила автодром шесть раз. Шесть! Ты представляешь?? – с набитым ртом продолжила она, самой себе диву дивясь. Захар усмехнулся, заражаясь ее приподнятым настроением. – В итоге купила права – это оказалось не так уж и сложно – а по-настоящему учиться, уже пошла к Диме Райдеру.

Далее она поведала о том, кто он такой, где у него школа и чему там обучают. Захар узнал по рассказам девушки парня, и понял, что пересекался с ним несколько раз. «Хороший выбор», – похвалил про себя Инну – Дима не только сам прекрасно управляет мототехникой, но и, главное, умеет грамотно объяснить и научить других это делать. И все же… шесть раз завалить вождение! Да у нее талант! Они еще немного поболтали, пока Инна не слопала почти все конфеты, кое-как впихнув одну в Захара. Оказывается, он не любитель сладкого. Могла бы и догадаться, раз чай пьет без сахара.

– Что ж, мне пора ехать. Еще в колонию сегодня.

Зак нахмурился при воспоминании об этом.

– Сейчас увезу тебя.

– Лучше я на такси.

– Почему?

Девушка немного помялась, но выдавила:

– В машине сиденья мягче.

Захар подошел к ней и приподнял лицо за подбородок, заглядывая в глаза:

– Болит?

– Немножко… – Инна вконец смутилась. Снова этот пронзительный взгляд, будто хочет что-то выведать.

– Тогда вызову такси.

Пока Инна прятала чулки и телефон, который оказался почему-то на столе, в карманы пальто, подъехала машина. Не преминула захватить по праву принадлежащий ей букет цветов. Беркутов оплатил поездку и обошел машину попрощаться с ней.

– Кстати, – вдруг вспомнил он, – ты без ножа.

Инна медленно улыбнулась, будто сама только вспомнила об этом, утопая в его глубоких темных глазах, и кивнула.

– Туда возьми! – посерьезнел он, вслух не желая произносить ненавистное ему слово.

– Обязательно, – пообещала девушка.

Помог ей сесть, закрыл дверцу и хлопнул по крыше автомобиля, мол, трогай. Он все утро думал о ней. Все его мысли кружились вокруг девушки, мешая сосредоточиться на деле. И когда он покупал цветы, чувствуя себя последним дебилом. И когда покупал противозачаточное, удивляясь самому себе, как же его припечатало, что вконец забыл о контрацепции.

Она впервые, если верить ее словам и байкам вокруг нее, вышла куда-то без ножа. Более того, добровольно поехала к мужчине. Выходит, ее признание – это не пустые слова, выплеснувшиеся в порыве экстаза? Выходит, она любит его? Его самого, не сколько он зарабатывает или на чем ездит. Несмотря на его прошлое, она любит в нем человека, личность? Хотя нет, невозможно так быстро влюбиться. Она просто не знает всей правды о нем, вот и нагрезила себе образ, в который сама же и влюбилась. Надо бы раскрыть девчонке глаза да все рассказать, но так больно вспоминать о прошлом. До сих пор чертовски больно…

Глава 23

– Хорошо выглядишь, прям светишься вся, – грудной тихий голос брата, как всегда, обволакивал Инну аурой спокойствия. Те бесценные пять минут до официального открытия библиотеки, что им удавалось вырвать при каждой встрече, начали неумолимый отсчет в обратную сторону.

– Тебя рада видеть, – слегка пожав плечами, также тихо ответила Инна. Он обнимал ее за плечи через решетку, она подставляла свое свежее, излучающее тепло и нежность, лицо на обозрение его голодному по всему светлому и живому взгляду.

– Не только. Тут что-то еще. Поделишься?

Брат пристально, внимательно всматривался в нее, и она вдруг четко увидела, как сильно он постарел за долгие годы отсидки. Глубокие складки залегли вокруг потухших, глубоко посаженных глаз; впалые щеки резко обозначали выступающие скулы; некогда светло-русые волосы заметно припорошила седина и теперь короткий «ёжик» на голове и такой же длины щетина тускнели непонятным цветом. Да еще кривой рваный шрам в пол лица, который он заработал уже находясь здесь, обезображивал и без того далеко не ангельскую внешность брата. Он ведь ненамного старше Зака, который словно помолодел на воле, а выглядит изнеможденным стариком. Ей стало мучительно стыдно перед ним за то, что он загубил свою жизнь ради нее, которая и жить-то по-настоящему начала, считай, только вчера. В сознании всплыли заслужено обвинительные слова Беркутова, и у нее заблестели глаза от непролитых слез.

– В моей жизни появился мужчина, – дрожащим голосом произнесла она.

– Не может быть! – с преувеличенным удивлением округлил глаза Ян. – У вас все серьезно?

– Он мне нравится, – призналась сестра. – Он хороший человек. Тебе не стоит за меня волноваться. – Она лукавила, но не могла во всем сознаться брату, он будет слишком переживать за нее.

– По-другому и быть не могло, – с доброй завистью в глазах прошептал Ян.

Чувствуя, что еще немного, и она расплачется от тяжелого бремени стыда перед братом за то, что ее жизнь течет, в отличие от его, Инна поспешила сменить тему: