Инженю

– Мне кажется, он там, – прошептала я.

Профессор Мэтьюс пожал плечами.

– Проверим. Надеюсь, он хотя бы нас не загрызет при встрече.

Пятиэтажный дом выглядел мертвым, щерился пустыми провалами окон. Он сам по себе казался опасным, пугающим.

– Нам на самый верх, – произнес неожиданно Мэтьюс, запрокинув голову. – В таком состоянии для него естественно забиться как можно выше, где самый лучших обзор. Вертите головой на триста шестьдесят градусов. Если Брендона повело как следует, он может просто спрыгнуть сверху и свернуть шею.

Я поежилась и вцепилась в руку Арджуна. Мне как-то очень уж сильно не хотелось умирать, тем более, от рук Паука.

– Брен не мог полностью потерять контроль над собой! Он не тронет нас! – возмущенно произнес Солнышко, хмуря темные брови. Но первым в дом не пошел. И это подействовало на меня куда лучше уверений в том, что Паук на опасен.

– Ну, вас-то, может, и не тронет, – вздохнул профессор Мэтьюс. – А меня он и в адекватном состоянии не особо любит.

Чертовски здорово…

Мы поднялись на пятый этаж, и замерли, пытаясь расслышать хоть что-то или увидеть. Но было совершенно тихо.

– Теперь мне тоже кажется, я его чувствую, – пробормотал Солнышко. – А это значит, что и Брен чувствует нас.

Я поморщилась. Да и профессор Мэтьюс недовольно вздохнул.

– Стоит приготовиться к худшему.

Мы прошли несколько метров вперед, а потом услышали рык, который точно не мог вырваться из человеческого горла. Я подняла голову… и увидела существо на потолке. Сидело на потолке прямо как ящерица! И покрыто чешуей как рептилия… Тело просвечивало через разодранную одежду. Вот только морда слишком сильно напоминало человеческое лицо, только искаженное.

– Только не говорите мне… – пролепетала я, с ужасом разглядывая существо.

– Ну вот, мы и нашли Брендона, – произнес удовлетворением профессор Мэтьюс.

Чудище в ответ проникновенно зарычало. Меня до костей пробрало.

– Это… Брен?! – прохрипела я.

Как-то не верилось, что Паук мог стать таким вот… Но до чего же страшный-то!

– Да, – подтвердил профессор. – Сейчас он очень напуган, а потому опасен. Кажется, он себя все-таки не осознает… Значит, у нас больше проблемы.

Брендон согласно зашипел с потолка и чуть попятился. Пока он драться с нами не хотел.

– Арджун, вы с ним лучшие друзья, попробуй успокоить его, – велел Солнышку Мэтьюс, а сам начал медленно пятиться.

Ну да, ведь Мэтьюса Брендон не особо любит.

Арджун сжал кулаки и двинулся вперед, хотя ему точно очень не хотелось этого делать.

– Брен, потолок не самое удобное место. Может, слезешь? – заговорил с кузеном Арджун. – Давай поговорим как нормальные люди, в конце концов.

Как разумные люди Брендон разговаривать никак не захотел, зашипел еще разъяренней, чем раньше. Кажется, несмотря на всю их крепкую дружбу, сейчас Солнышко кузену совершенно не нравился. Тональность рыка постепенно менялась на еще более разозленную.

В итоге профессор Мэтьюс тихо скомандовал:

– Арджун, стой. Он готов напасть в любую секунду.

Солнышко послушно замер.

– И что делать? – спросил он беспомощно у старшего.

Я оглянулась на профессора Мэтьюса. Тот задумчиво смотрел на Брендона на потолке.

– Отступай назад. Джейн, попробуй ты поговорить немного с этим угрюмцем. А то он так может хоть неделю просидеть.

Приближаться к Пауку в таком состоянии совершенно не хотелось. Бросится еще…

– Но… – начала было я, но напоролась на умоляющий взгляд Арджуна

Вот же черт…

Я сжала зубы и сделала несколько шагов вперед.

– Брендон, – тихо позвала я Фелтону. – Тетя Катарина точно не одобрит, если узнает, что ты голым ходишь по потолку. Давай или по потолку, или голый, ладно?

Господи, какую же чушь несу… Но что еще можно сказать кузену, который обратился в чудище?

– Профессор, что с ним вообще такое? – спросила я, смотря Фелтону прямо в глаза.

Еще и зрачки вертикальные. Форменный ужас.

– Его сильно напугали, причинили боль. Это естественная защита для темного мага, войти в оборот и начать отбиваться. Человек слаб, склонен колебаться, а вот это существо на потолке в некотором роде совершенство.

Я фыркнула.

– Совершенство в драных штанах.

Потом осознала, что же сказал профессор Мэтьюс.

– Он что, настолько испугался, что превратился в такое вот чудище? – переспросила я, не сводя глаз с Брендона.

Тот все еще сидел на потолке, оскорбленно шипя.

– Ну, в целом, да. В идеале, если его успокоить, если он почувствует себя в безопасности, если его успокоить, он снова примет прежний облик.

И упадет с потолка.

– В идеале? – нервно спросил Арджун, который тоже не мог глаз отвести от кузена.

Профессор Мэтьюс хмыкнул.

– У меня только теоретические знания. На практике не проверял.

Вот теперь ему снова было весело. Обернуться я не решалась, но готова была поспорить, профессор снова улыбается.

Что же, значит, нужно попробовать.

Наверное, шансов договорить с озверевшим в прямом смысле слова кузеном, не так опасно, как идти прямо в руки похитителей. Брендон меня может убить, а те бы убили гарантированно.

– Брен, может, спустишься? – тихо спросила я, стараясь говорить как можно ласковей. – Тебе же там неудобно… Хотя нет, тебе там точно удобно. Но у меня шея затекает, между прочим.

Я медленно делала шаг за шагом. Брендон шипел, медленно пятился, но хотя бы не рычал.

– Все правильно, Дженни, – подбадривал меня профессор Мэтьюс. – Ты делаешь все правильно. Он хорошо реагирует.

Услышав голос нелюбимого преподавателя, Фелтон тут же начала ворчать.

– Да, мы все знаем, тебе не нравится профессор Мэтьюс, – сказала я, – но целоваться с ним тебя никто и не заставляет. Давай, спускайся.

Я подошла вплотную к Брену, буквально встала под ним. Каждую чешуйку было видно. Фелтон напряженно принюхивался и сопел, изредка вздыхая.