Исцеляющее сердце

— Я поссорилась с Уильямом. Он нечаянно подслушал наш разговор и неправильно все понял.

— И?

— Он дал мне документ, который освобождает меня от выполнения указа Императора и требует, чтобы я уехала вместе с вами…

Сказав это, я закрыла лицо руками и залилась слезами, а Ноа крепко обнял меня и опер мою голову на свою грудь.

— Сестренка, милая, ну что ты! Может оно даже и к лучшему? Уедем, найдем себе пристанище и заживем лучше, чем прежде! А главное — ты будешь рядом!

— Ты не понимаешь… Мне нравилось жить с Уильямом! Даже несмотря на этот ужасный долг… Есть в Уилле что-то такое, что дарило радость от одного лишь его присутствия. А теперь после нашей ссоры на душе лишь пустота…

Ноа затих и тихонько поглаживал меня по плечу чтобы успокоить.

— Не нравится мне, конечно, твое влечение к нему… Но не грусти, сестренка! Я уверен, что все образумится

Я отпрянула от плеча брата и вытерла лицо еще мокрым рукавом.

— Ты так думаешь?

— Я уверен, сестричка! А пока дождь не кончился погреешься у нас — еще не хватало чтобы ты заболела!

В комнату как раз зашла Лэйла с чистым и сухим платьем. По сравнению с теми, что мне дарил Уильям, оно было достаточно простым. Думаю, такое вполне носят деревенские жительницы.

Что ж, раз уж не суждено быть супругой лорда, то и расхаживать в дорогих платьях мне незачем…

Приняв одолженный подругой наряд, я выжидающе уставилась на брата.

Он же не будет смотреть как я переодеваюсь, правда?

Ноа понял все без слов и уже через пару секунд исчез из комнаты.

Лэйла помогла мне одеться и унесла мокрое платье к остальному белью, что нуждается в стирке, после чего вместе со мной села на двуспальную кровать, где еще недавно я застала их пару врасплох.

— Мнежаль, что Уильям разбил тебе сердце, подруга. — подбадривала она меня. — Зато теперь ты свободна! Найдешь себе занятие по душе, а там и замуж выйдешь по-настоящему.

Я отрицательно замотала головой, не сводя глаз с горящего камина.

— Я не уверена, что хочу этого. Мне хватало того, что у меня уже было, и другого мне не надо!

Лэйла крепко обняла меня и прижала к себе.

— Тогда я буду молиться богине, чтобы она помогла тебе помириться с Уильямом!

— Спасибо… — прошептала я в ответ, покачиваясь в ее дружных объятиях.

Когда подруга ослабила хватку, на ее безымянном пальце предательски сверкнуло кольцо. По ценности оно вряд ли бы сравнилось с изделиями из шкатулки лорда, но ведь главное сам факт такого подарка!

— Сегодня Ноа сделал мне предложение, — пояснила Лэйла, смущенно теребя украшение на пальце. — Конечно, еще не известно когда мы сможем заключить настоящий брак, но для себя Ноа уже нарек меня своей супругой.

Мое красное от слез лицо украсила искренняя улыбка. Пожалуй, это единственная прекрасная новость за сегодня. Ноа и Лэйла теперь настоящая пара! Как же я за них рада!

Дождь так и лил до позднего вечера и лишь под ночь мне удалось попасть в дом. С собой я забрала мокрое платье, которое положила потом к остальному грязному белью. Прислуга может делать с ним что угодно — хоть сами носить! Мне оно лишь будет бередить перенесенные раны.

Утром нас и правда ожидала тройка лошадей. Уильям даже не вышел попрощаться, а вот мадам Роза принесла нам в дорогу целую корзину еды. Овощи, фрукты, копченое мясо, немного хлеба, миниатюрная керосиновая лампа и вода — внутри было все необходимое, чтобы в случае чего не умереть с голоду нашей небольшой компании.

Озарив особняк прощальным грустным взглядом, я села на жеребца и, присоединившись к друзьям, поскакала в лес по пути, что указывал нам брат.

Сердце сжималось от боли разлуки, но где-то в его недрах еще теплилась надежда, что Уильям одумается и передумает…

Глава 18.2

Уильям

Еще не помню на своей памяти, чтобы ярость так сильно одолевала мой разум. Она жгла и ранила, оставляя на сердце рубцы… Я привык, что для жителей Вестианских земель я стал чудовищем, но к тому, что я буду таким в глазах Клары, я не был готов.

Что ж, раз ей и ее брату хочется свободы, то она ее получит…

С тяжелым сердцем я под присмотром любопытного друга заполнял особенный документ.

— Что пишите? — Ханс вытянулся, словно школьник, который подсматривал как решить задачу.

— Я пишу письмо, которое поможет защитить Клару в случае вопросов от людей Императора. Будто ей срочно понадобилось уехать по важному делу и я сам ее отпустил. В случае каких-нибудь неприятных последствий моего решения с супруги и ее брата будут сняты все обвинения…

Дворецкий одарил меня непонимающим взглядом.

— Не понимаю я вас, господин. Что если вы и вправду неправильно все поняли? Лишь от одной отмены вашего совместного завтрака леди Кларе уже было не по себе. Она переживает за вас…

— Еще бы она не волновалась, — усмехнулся я. — После того-то, что она наговорила… Нет, Кларе лучше уехать. Хотя бы одна молодая девушка, что побывала со мной в браке, останется в живых… Брачной ночи не было, поэтому проблем с замужеством у нее не возникнет. Разве что с расторжением брака будут затруднения, ибо если сделать это слишком рано — люди Императора придут ко мне с вопросами.

— Господин, можно я дам вам совет?

Я поднял на дворецкий свой заинтересованный, но все еще источающий гнев взгляд.

— Не торопитесь со всем этим… Даже такой простак как я видит, какая яркая искра сияет между вами. Не давайте ей угаснуть такими поспешными решениями.

Выдохнув и отхлебнув коньяка, я повернулся к Хансу.

— Друг, я понимаю твое волнение за меня, но я уже все решил. Лучше закажи трех жеребцов для отъезда леди Клары и наших гостей, а мадам Розе передай просьбу собрать в корзину побольше продуктов. А еще… — я украдкой протянул дворецкому конверт с деньгами. — Когда Клары не будет в комнате подкинь ей это на туалетный столик.

Тихонько угукнув и услужливо поклонившись, Ханс оставил меня в своем кабинете за дальнейшими приготовлениями.

Как же не хочется расставаться с Кларой… Прямо сейчас прижал бы ее к стене и не отпустил бы, когда вдоволь не насладился нашими объятиями… Только вот та, к кому я питаю такие прекрасные чувства, видит во мне лишь чудовище.

Она заслужила искренней и взаимной любви, а я… Мне уже ничего не страшно…

Когда я, занимаясь своими делами, шел по одному из коридоров особняка, я, разумеется, наткнулся на Клару. Чтобы сдержаться и не сорваться на откровенный гнев, я ускорил шаг и, не поворачиваясь к ней лицом, разговаривал максимально холодно.