Исцеляющее сердце

Побыстрее разобрав оставшиеся документы, я сел на любимого жеребца и поскакал в сторону знакомого домика целительницы. По малолюдным дорожкам и окольным путям я добрался туда весьма быстро, поэтому вполне возможно, что к ночи я уже вернусь обратно.

Не успел я спрыгнуть с седла, как беловолосая хозяйка дома уже очутилась во дворе.

— Доброго вечера, Уильям, — таинственный голос целительницы, словно мурашки, будоражил с головы до ног. — Смотрю ты чувствуешь себя намного лучше, хоть тебя и терзает ярость…

Своей тонкой рукой, которая крепко сжимала букет трав, она махнула в сторону двери.

— Идем, расскажешь мне все.

И я послушно последовал за ней.

Как любят говорить у нас в народе: не беси целительницу — целее будешь. Да и чего греха таить — только ей я и могу довериться. Помимо Ханса, разумеется.

Хозяйка усадила меня на диван и отвернулась к столику с травами. Послышался звук наполняющего стакан кипятка, а уже через несколько секунд она вручила мне травяной чай. Вдыхание приятного аромата, источаемого напитком, постепенно прогоняло ярость и возвращало ясность мышления.

— Итак, какие у тебя для меня новости? — полюбопытствовала целительница, отхлебнув из своей кружки такой же чай.

— Мне понадобится еще немного настойки… — скривив губы трубочкой, я шумно отхлебнул еще пока невыносимо горячий напиток.

Целительница дернулась и удивленно хлопнула глазами.

— Ты шутишь? Я же дала ее с запасом на несколько месяцев…

— Она… Скажем так… Помогала все хуже и хуже… — я неловко замялся и еще раз протяжно отхлебнул чай. — Поэтому пришлось увеличивать дозы.

— Ты должно быть издеваешься? — брови беловолосой хозяйки дома сдвинулись в осуждающем взгляде. — Таких объемов хватило бы на целую деревню!

— Если бы я не делал этого, то уже давно бы сошел с ума! — спарировал, отпив еще глоток. — За все прошедшие годы на своей памяти не припоминается таких сильных приступов, так что я еще хорошо держался.

Целительница окинула меня с головы до ног оценивающим взглядом.

— Однако, как я вижу, сейчас ты чувствуешь себя вполне неплохо, — констатировала она, закончив беглый осмотр.

Я отставил чай на небольшой стоящий рядом столик и ударился в рассказ.

— И вот это больше всего странно. Вчера меня схватил настолько сильный приступ, что я не мог нормально двигаться! Руки и ноги словно перестали меня слушаться… Оставшаяся лошадиная доза настойки не дала результатов и я уже намеревался против твоей воли согласиться на укус…

Ниннэ притихла, села рядом и выжидающе уставилась на меня.

— И что было дальше?

— Дальше все было как в тумане: я рассказал о своих намерениях Кларе и она согласилась на смертоносный ритуал. Даже помню эти красивые слова: «Я хочу, чтобы эти приступы от проклятия перестали тебя мучать!». После пересечения наших взглядов мне снова сорвало крышу… Чары проклятия и раньше оказывали такой эффект, но в присутствии Клары влечение было еще сильнее. Я жадно похищал ее поцелуи пока не осознал, что боль исчезла…

— И ты ее укусил? — уточнила целительница, не снимая с меня выжидающего взгляда.

— Нет, — отрицательно помотал головой. — Подруга Клары, внезапно появившаяся на пороге, в итоге отвлекла нас своими испуганными криками, а продолжать после этого ритуал я уже не видел смысла. Боль исчезла и с тех пор больше не появлялась.

— Уф, вот и отлично, — хозяйка дома облегченно выдохнула и убежала к полке с настоями.

В душу закралось подозрение.

Как-то слишком необычно она себя ведет, словно… Словно так и задумывалось!

— Ниннэ… — протянул я, как бы намекая на свое недоумение происходящим. — Это тоже было частью твоего плана?

Послышался звон стукнувшихся друг о друга склянок. Целительница вытащила с полки два одинаковых и уже знакомых бутылька.

— Нет, не было. Но твоя информация, несомненно, будет мне полезна. Вот, — владелица белоснежных локонов протянула мне знакомые склянки. — Можешь взять про запас. Но есть вероятность, что они тебе уже не пригодятся.

— С чего это ты взяла? — с подозрением покосился на хозяйку дома.

— Почему-то в этом сезоне твои приступы прошли и без укуса, что может говорить о неких улучшениях, — аргументировала целительница. — И раз ты до сих пор отлично себя чувствуешь, то вполне вероятно, что они не проявятся до следующего года. Но укус, скорее всего, совершить все-таки понадобится…

Кто-то другой бы ей поверил, но я чувствовал, что здесь явно что-то не так.

Что же она задумала?

Пока я размышлял, Ниннэ достала еще две разные склянки и небольшой чистый платок. Одну бутылку она вручила мне, а вторую — полностью прозрачную — откупорила и смочила ее содержимым тот самый кусок ткани.

— Пару капель в напиток — и ярость угаснет, сменившись успокоением, — объяснила целительница, прикладывая платок к моему лицу. — А вот твои царапины после игрищ с неизвестным мне котом я сейчас обработаю и завтра от них почти ничего не останется.

Я закрыл глаза и слегка приподнял голову для более удобного ухода за ранами. Когда я ощущал легкое пощипывание и мне даже казалось, что она просто гладит кожу смоченным водой платком. Но свойственный лекарствам Ниннэ травяной аромат говорил мне, что это все же не вода…

— Вот так, — одобрительно кивнула целительница. — Утром проснешься и будешь почти как новенький. Чем-то еще могу помочь?

— Ты бы очень помогла, если бы посвятила меня в детали своих планов… — добавил я, отхлебнув остатки уже остывшего чая.

— Не понимаю о чем ты, — упрямилась Ниннэ. — У меня была идея и я попросила попробовать воплотить ее, только и всего.

— То есть хочешь сказать, что ты бы не расстроилась если бы я все-таки укусил Клару?

— Расстроилась, ведь для следующего эксперимента пришлось бы ждать еще год… — парировала беловолосая хозяйка дома, после чего забрала пустой стакан с остатками трав. — Время уже позднее. Тебе наверняка пора домой.

Еле слышно пшикнув, я послушно поднялся с дивана, убрал в карман выданные мне настойки и зашагал к выходу.

Поблагодарив целительницу и дружелюбно помахав рукой ей на прощание, я поскакал обратно. В дом, куда сегодня, почему-то, как-то не очень хочется возвращаться…

Чай, которым меня напоила Нинэ, и вправду помог прояснить разум. В голове даже проскочила мысль, что Клара, возможно, и вправду хотела сказать что-то другое. Я же, будучи одурманенным яростью, перестал слышать все, что происходило после этого момента…