Исход

Короткими очередями и одиночными он выбил ближних к нему зомбаков, а потом исхитрился на ходу запрыгнуть в кузов. Удар прикладом по голове гадины, что глодала ногу врачихи, и снова огонь. Максим, высвободившись из мертвой хватки зомбака, все понял правильно и дотянулся до патронов. Когда боеприпасы у Белоглазова закончились, Максим уже начал огонь, картечью загоняя в заднюю часть кузова. На таком небольшом расстоянии картечные заряды раскрываться полностью не успевали и поражали противника, как крупнокалиберные пули. Его поддержал огнем Толик: каждое попадание из «ПМ» на таком расстоянии вышибало мутанта из кузова или лишало его головы. Нагнувшись, майор схватил двустволку, прихваченную когда-то, казалось, уже очень давно, в магазине «Охотник».

«Хоть бы догадались зарядить заранее!» — успел недовольно подумать он.

Они догадались, и крупный калибр из обоих стволов очистил правый угол кузова. В другом углу искусанный, изорванный Кунгуров, что-то крича, раз за разом втыкал нож в шею зомбаку, и тот постепенно, теряя кровь, затих. Больше обезумевших людоедов в кузове не было.

Не разговаривая, не обсуждая бой, все занялись очищением машины. За борт отправились пять зомбаков и мертвая Даша — бинтуя девушку после ранения, Мария Петровна сняла с нее защитный воротник, и первая же тварь, оказавшаяся в кузове, прокусила бедняжке горло.

— Первым делом оружие зарядить! — скомандовал майор, оглядываясь по сторонам. — Патроны распихать по карманам! Потом перевяжите Кунгурова, Толик, быстро! Максим, помоги Марии Петровне, надо хотя бы кровь остановить, пока не проскочим канал.

— Канал?.. — в голосе Толика прозвучал ужас. — Товарищ майор, не проскочим мы канал! Если так же получится — не проскочим, сил-то почти не осталось!

— Не ныть! — Белоглазов ногой толкнул к нему карабин. — Заряжай и помоги Кунгурову, точка! Воды много не пить! Пройдем канал — и скоро найдем своих, немного осталось! Просто надо продержаться.

Грузовик все так же шел вперед, притормаживая возле заторов и набирая скорость на свободных участках. Майор подумал было остаться здесь, помочь, но отказался от такой мысли: если доберутся до водителя — с гарантией погибнут все. Он перезарядил пистолет, прикинул, сколько еще остается до захода солнца.

— В сумерках воевать с зомбаками труднее, надо постараться прорваться сейчас. Иначе нюх станет для них преимуществом. Ну, и численность, конечно.

— Мы могли бы найти убежище, разжечь огонь по кругу, — сказал Максим, перевязывая бледную, словно смерть, Марию Петровну. — Ночь продержались бы, огонь наш друг.

— Не обсуждать! — повысил голос Белоглазов. — Если я объясняю приказ, это не значит, что я открываю дискуссию! Приготовиться к бою! И драться вы будете как в последний раз, что значит: как всегда в эти дни! Толик, у заднего колеса!

— Вижу я! — проворчал Толик и, подняв карабин, выстрелом сбил с ног шустрого зомбака. — Умирать не хочется, товарищ майор.

— Вот потому и надо рвать вперед что есть силы, прямо сейчас! Там — организованное сопротивление, военная структура и распечатанные склады! Я должен защитить Спеца.

Он затолкал в охотничье ружье патроны, рассовал остаток пачки по карманам и осторожно перебрался в кабину. Спец повернулся к нему и улыбнулся разбитыми губами, увидев двустволку.

— Если там будет так же, майор, разреши уйти на улицу Свободы, влево. Я немного представляю себе местность.

— Только в самом крайнем случае.

Глава седьмая МОСКОВСКИЕ НОВОСТИ

Стараясь успокоить дыхание, Белоглазов развернул на коленях карту Москвы. В подпрыгивающем, дергающемся грузовике это было не так уж просто, и улицу Свободы, упомянутую Спецом, майор нашел не сразу. Проведя пальцем по обозначенной на карте линии, он присвистнул.

— Так эта улица Свободы тоже ведет к воде! Там еще какой-то канал!

— Да? А я и забыл… Так что же, мы на острове, выходит? — Спец закашлялся и сплюнул влево, сквозь выбитое окошко. — Ну, поищи другой запасной маршрут, этот я хотя бы знаю.

— Другой?

Белоглазов уставился на карту. Ненавистные голубые линии, толстые и потоньше, действительно окружали их со всех сторон.

— Я тут комнату снимал когда-то, у метро Тушинская. Учился в… Не важно. Вот уж не думал, что Тушино — остров. Ладно, давай пока иметь резервным вариантом улицу Свободы, но с нее надо как можно скорее уходить влево. Если наше предположение верно и зомбаки по какой-то причине к реке не только на водопой ходят, то…

— Предположение? — Спец тронул ухо и поморщился. От него осталась едва половина. — Это уже не предположение, командир.

— То мы оказываемся в стеснительном положении, — упрямо закончил майор. — Тогда надо будет искать способ организовать ночевку. Попытаемся защитить технику. Для этого нам нужно больше топлива, чтобы на всю ночь организовать огненное кольцо.

— Ага, очень этим гадам нужна наша техника! Им только мясо наше нужно, вот и все. Только хватит разговаривать, Семеныч, берись за ствол. Подъезжаем.

— Эй, в кузове! — Белоглазов уже привычно высунулся. — Подъезжаем, будьте готовы!

— Всегда готовы! — без энтузиазма откликнулся Толик.

Трое стрелков и правда подготовились, насколько могли. Жаркую, промокшую и теперь, видимо, уже бесполезную и изодранную «спецодежду» первым с себя сорвал Кунгур. Полотенца, тряпки, упаковки тампонов и ватные прокладки — все полетело на пол.

— Ух, легче стало! — Кунгуров утер пот с красного лица и спокойно открыл еще бутылку воды. — Не смотрите на меня так. Очень уж обидно будет умереть не попивши, а шансов на это много. Думаю, если прорвемся, простит нам майор несколько бутылок. Зато у меня перед глазами радуга раскачиваться перестанет, а то я уже стрелять не могу!

Кунгур всегда был самым дисциплинированным, поэтому пристыдить его оказалось некому. Толик и Максим вмиг освободились от бесполезной защиты, и им действительно стало легче. Только Марья Петровна, поглаживая забинтованную ногу, осталась в чем была. Ей, кажется, просто было уже все равно, и смерть Даши стала последней каплей. Она достала откуда-то из внутреннего кармана бумажник и, прячась от всех, стала что-то рассматривать в нем.

— Фотографии, наверное! — шепнул Толик Максиму, передавая бутылку. — У нее дети есть, не знаешь?

— Если были, то уже были, — пожал плечами Макс. — У нас у всех кто-то был, не заводи патефон.

Теперь, сбросив лишнее, оказалось куда удобнее распихать патроны по карманам, так что бойцы разобрали весь боезапас. Выходило, что на один серьезный бой хватит, а вот потом, чем бы бой ни кончился, им снова придется взяться за факелы, которые всем хороши, кроме одного: зомбака ими не убьешь. Разве только полить предварительно бензином? Но ведь он стоять не будет и, пока поливаешь, обгложет тебя до костей.