Искра
Шрифт:
«Когда-нибудь, – пообещала она. – Теперь, когда ты вылупился, мы с тобой обязательно всё вместе попробуем».
«И всё увидим?»
Сердце Мины дрогнуло: она вспомнила выражение тревоги в глазах родителей. Но этого было недостаточно, чтобы затушить её восторг. «Да».
«Мы увидим весь мир. Как ты всегда мечтала».
Она никому об этом не говорила. Только Пикситу. Шептала об этом миллион раз. Ей хотелось увидеть, что лежит за фермами – увидеть реки, сияющую столицу, холмы, озёра, горы… и даже то, что за горами. Мама назвала бы это «глупыми фантазиями». Кому есть дело
«Как я скажу родным, что хочу чего-то большего, чем жить на ферме? Они никогда меня не поймут».
Подняв голову к неизменно ясному небу, она увидела их: цепочку красных воздушных шаров, летящих высоко-высоко. На таком расстоянии они казались россыпью точек на голубом полотне. Летящий во главе ветровой страж, управляя воздушным потоком, гнал шары над полями. У Мины едва сердце из горла не выпрыгнуло. «Она здесь!»
«Мина, кто здесь?»
«Вечерняя почта!»
А с ней, возможно, и ответ из столицы.
Она вскочила и побежала во двор. Шары проплыли над деревьями, растущими по краю их фермы. Прикрыв глаза от солнца, Мина наблюдала за их покачиванием.
Ещё один страж вылетел вперёд и вызвал небольшой боковой ветер. Он подхватил один из шаров и понёс его к соседней ферме. Мина, из последних сил держа себя в руках, смотрела на приближающийся красный строй.
Невероятно тяжело оставаться терпеливой, когда от одного из этих шаров может зависеть исполнение твоей мечты.
Еще один шар порхнул вбок и полетел над их землями, над недавно засаженным полем для третьего за этот сезон урожая, над высокой, по плечо папе, кукурузой. Он болтался вверх-вниз, на своём личном бризе, а затем мягко приземлился во дворе, рядом с качелями, подвешенными к ветке высокого дуба. Ярко-красный, чтобы его отчетливо было видно на фоне неба, шар из хлопка принёс с собой свёрток. Мина со всех ног бросилась к нему.
Упав на колени, она принялась развязывать узел. Руки так дрожали, что с первой попытки не получилось. Тогда, вспомнив, как это делали родители, она подняла воздушный шар над головой.
Налетел игривый ветерок, осторожно выхватил шар у неё из рук и унёс назад, в поток сообщений, управляемых двумя стражами. Она помахала им, и те помахали в ответ.
Лишь когда они скрылись вдали, Мина решилась взглянуть на свёрток в своей руке. Во рту резко пересохло, и она гулко сглотнула.
Она должна отнести его родителям, пусть они вскроют. «Но ведь это касается меня. Речь о моём будущем. О моей жизни. И о жизни Пиксита!» И действительно, на свёртке аккуратными золотыми буквами значилось её имя: «Мина Йеллоуфилд, ферма 283, Восточный Излин, Алоррия».
«Открой его», – раздался в голове ободряющий голос Пиксита.
Подпрыгнув, она обернулась. И когда он только успел к ней подойти! Щёки зверя раздулись из-за непрожёванных картофельных клубней.
«Но они его ждут».
«Это касается нас, нашего будущего и нашей мечты, верно?»
Мина, смутившись, поняла, как громко она об этом думала.
«Очень громко. – Он положил голову ей на плечо. – Давай». И громко зачавкал.
Дрожащими
руками она достала из свёртка конверт, скреплённый каплей смолы, и провела пальцами по округлой выпуклости. А вдруг внутри написано, что её родители правы и их связь с Пикситом – ошибка? Или её обвинят, что она сделала что-то не так, пока он был в яйце?«Мы принадлежим друг другу. Не сомневайся в этом».
Она и не сомневалась! Ни на секунду! Но её родные…
«Просто открой его, Мина».
Не вставая с травы, Мина сорвала смоляную печать и развернула письмо. Ей на колени упали два прямоугольника бумаги – билеты. На речной корабль. А это означало… Сердце быстро забилось, в ушах зашумело.
«Мина? Ты в порядке? – Пиксит провёл мордочкой по её волосам. – Что не так? У тебя мысли все спутались. Я не могу понять, ты радуешься или нет».
– «Поздравляем с рождением вашего грозового зверя! Ваш грозовой зверь был поставлен на учёт Алоррии»… – вслух прочитала она и нетерпеливо заскользила взглядом дальше, по безликому и полному пафосных выражений письму из кабинета министров: как они рады появлению на свет её грозового зверя, какая это великая честь – быть стражем грозового зверя Алоррии, редкого существа с важной миссией – служить процветанию и безопасности родины; почему их страна превосходит все остальные, и так далее, и тому подобное. Стандартный набор слов, который переписывают, должно быть, для каждого нового стража.
Наконец в самом низу её ждали заветные строчки: «С этого момента вы и ваш грозовой зверь становитесь официальными учениками Школы Молнии «Митрис» в Северо-Западных Пустошах. Два билета на речной корабль прилагаются».
«Да!»
От жгучего облегчения на глазах выступили слёзы. Никто их не разлучит! Она станет грозовым стражем Пиксита!
«Вот видишь? Не о чем беспокоиться».
Не считая её семьи. Потому что они ни за что с этим не смирятся.
Она ещё раз перечитала письмо, чтобы убедиться, что ей ничего не почудилось. Внизу листа была приведена цитата одного из первых грозовых стражей Алоррии: «Чистое сердце не может быть ошибкой».
«Мне нравится», – заметил Пиксит.
«Мне тоже». Разумеется, ей уже приходилось слышать эту знаменитую фразу, но сейчас у неё возникло такое чувство, будто её автор обращался из далёкого прошлого лично к ней. Пиксит развился на основе её мыслей и эмоций, а значит, его сущность не может быть ошибкой. Ему было предназначено родиться зверем молнии, точно так же как ей предназначено стать его стражем.
Она это знала. Он это знал. И вскоре все тоже это узнают.
Пиксит прижался своим меховым лбом к её голове. Мине даже не нужно было формулировать свои переживания – он и так всё знал и понимал. Она обняла его за шею. По его чешуе и её коже запрыгали искры.
«Мы отправимся в школу, – твердо подумала она. – Вместе».
Осталось придумать, как сообщить родным. Отпустив Пиксита, она взглянула на письмо у себя на коленях. И как раз вовремя: его уголок горел.
Вскрикнув, Мина бросила письмо на землю и затоптала пламя. Затем подняла слегка подгоревший по краям лист бумаги. «Прости». Ну хотя бы билеты не пострадали. Она убрала их в карман и повернулась к дому.
Все опять начнут кричать. Как заставить их её выслушать?