Искры и химеры

– Подтверждаю, – согласилась Ника. – Начинаю уважать Рюкина. Вырастить клонов с даром сенсов, полностью нечитаемых или способных ставить идеальные щиты, да еще засунуть им в голову компьютер. Тут немалый талант нужен. Кстати, о таланте. Где наши умные бездельники?

Роберт с Броней появились не скоро. Обсуждая свои дела, они неторопливым шагом направились к детской площадке. За это время Ника с Павлом успели раз пять передать рассказ ребят высшему начальству. Начальство прониклось и затихло в тяжелых раздумьях.

– Ро-о-о-оботы! – протянул Роберт нежно. – Роботов я люблю. Как хорошо, что застрял в пробке и не поехал в какой-то там горящий торговый центр. С вами интересней.

Дорофея не выдержала, тронула гения за локоть и поделилась воспоминаниями Дельты.

– Увольте, в машину времени подопечных я больше не засуну. Подумай сама, барышня, – скривился он, – при желании ты сама расколешь орешек памяти. Не сумеешь, Никки подсобит.

Дора собралась было шумно возмутиться, но Руслан вскочил и указал на парня в широких штанах и пестрой футболке:

– Вот он, один из роботов!

– Bay, проверим его «роботовость». – Ноэль радовался, как дитя конфете. – Никки, оставь скучный люд караулить рассадник научно-технического прогресса, пошли, пока не сбежал!

Ильина задумчиво посмотрела на коллег и кивнула. Она очень соскучилась по неугомонному Ноэлю. Некогда просто поработать рядом, не говоря уже о свиданиях и признаниях.

– Хо-ро-шо, – медленно протянула она, – проводим мальчика. Техники с ним я не вижу.

Она оглянулась на девчонок. Если начнется заварушка с захватом, этих лучше увести подальше.

– Мухоловки, не зеваем, топаем следом.

Она схватила Роберта за руку и уверенно потащила за парнем. Дора переглянулась с Машей. Опять их уводят от самого интересного, точно маленьких.

Парень свернул в подворотню, вывел их на узкую улицу, дисциплинированно дождался зеленого сигнала светофора. Шагал «робот» широко, размахивал руками, точно стремясь загрести побольше горячего воздуха. Девочкам казалось – механически размахивал. Но даже в макросетевых играх роботы были более человечны, чем это впереди.

В киоске на перекрестке «робот» купил морковный сок, залпом осушил пластиковую бутылочку, поспешил дальше. Как оказалось – в стоматологический кабинет.

– У машинки-то кариес! – изумился ученый. – Никому услуги дантиста не требуются? Нет? Тогда пошли просто так!

Ника уже открывала коричневую пластиковую дверь.

Внутри пахло не лекарствами, а хвойным освежителем воздуха. И еще типографской краской, так пахнут только что отпечатанные книги и газеты. В приемной у кулера с водой сидела старушка и вязала шапку.

– Парень где? – не здороваясь, потребовала ответа Ника.

– Какой? – удивилась бабуся.

– Ясно, – не стала вдаваться в подробности Ильина.

– Куда? На следующей неделе открываемся… – запротестовала бабуля. Но кто ее слушал?

Окно в кабинете оказалось распахнуто. Таинственного парня след простыл. Ника чертыхнулась и прямо в каблуках полезла на подоконник. Роберт не отставал. Позади девочек ругалась и куда-то звонила перепуганная бабка.

– Э-эй, ты чуешь его? – тягаться в беге с Вероникой было бесполезно. Роберт остановился, облокотился о стену и просто крикнул вслед.

Не любившие физкультуру девочки едва-едва догнали профессора и теперь тоже жадно ловили ртами загазованный воздух, словно выброшенные на берег рыбы.

– Почти не чувствую. – Ника подошла к ним, бессильно посмотрела туда, где исчез «робот». – Он живое существо, не сомневаюсь. Но мышь или муха мною ощущается ярче и полнее, чем он. Спорим, у вашей Сони он учился не только азам самостоятельной жизни, но заодно и паркуру?

– Парня хоть на ипподром выпускай, лучших скакунов обгонит. – Роберт отлип от стены. – Возвращаемся?

– Да. Погоди. – Ника замерла, тронула звезду на браслете. Сердито поджала губы, вслушиваясь в сообщение. – На хлебокомбинат, то есть на базу Управления миграции, напали! – исправилась она.

И тут конспирация!

– Отряд небольшой, но шуму наделать успел. Я еду туда. Вас высажу в районе Ботанического сада. Там возле станции метро вас встретят и проводят в безопасное место. – Голос Ники звучал сухо, зло. – Роберт, вызывай такси. Мухоловки, ваша задача – слиться с местностью и никуда не высовываться.

От волнения наставницы у Доры закружилась голова. На душе стало страшно и пусто. На вывеске магазина косметики взорвалась одна из лампочек подсветки.

На такси они отъехали недалеко. Вероника потребовала остановить машину и вышла на широкой шумной улице, замерла, прислушиваясь к миру, легко ориентируясь в паутине энергий мегаполиса. Потом махнула рукой, мол, езжайте дальше. Роберт и не подумал подчиняться, сунул таксисту деньги и выскочил на улицу следом. Ивановым пришлось присоединиться.

Дора очень устала за долгий день. Сколько сейчас? Часов восемь-девять вечера? Хотелось поесть и прилечь. Событий много, людей еще больше, их эмоции давили, путали мысли. Мельтешение лиц и машин выматывало. Оказывается, она отвыкла от толчеи. Уютный Барск больше не казался скучным.

– Еще на кого-то напали, Никки? – Роберт нацепил на нос очки. Шнурок от них смешно свисал вдоль его узкого остроносого лица.

– Тут дочка Верховицына.

Ника стояла в центре людского потока. Тот обтекал ее, не приближаясь. Странно, Дору уже несколько раз зацепили – кто сумкой, кто плечом. А вокруг наставницы ширилось пустое пространство.

– Гипнологов нельзя почувствовать, – негромко разъяснила Ильина отчаянно вращающему головой Роберту. – Поэтому у всех детей восьми-девяти лет осматривают голосовые связки на предмет мутаций. И со временем у одаренных либо убирают возможность отдавать команды, либо забирают на специальное обучение. За ними следят сильнее, чем за государственной тайной. И в любой момент могут подкорректировать голос.

– Прямо взять и… – испугалась Дорофея. Как просто тут распоряжаются чужим даром, пусть и опасным.