Искушение

– Вашу историю, миссис Кроуфорд, придётся почти полностью переделывать. Она вполне прилично написана, и ваш слог не достоин такого низменного сюжета.

Селии показалось, что она оглохла, услышав слова, которые больше всего боялась услышать, в её голове будто начали бить в набат. К тому же озвучены они были так просто и резко, как зубной врач вырывает больной зуб.

– Н-но… – начала было Селия, но её перебил Люмьер.

– Правильно ли я понял, что вас удовлетворили писательские способности миз Кроуфорд и вы хотите заключить с ней долгосрочное сотрудничество? – уточнил он в той же манере.

Но тут мисс Вейл удивила обоих неожиданной просьбой:

– Я чувствую от вас запах табака, сэр. Не возражаете в таком случае, если я тоже закурю?

И с этими словами она извлекла из сумки превосходную пенковую трубку, никак не вяжущуюся с тем же простеньким платьем, и принялась набивать её мелко нарезанным табаком из кожаного кисета.

– Однако! – рассмеялся Люмьер. – А ведь я действительно выкурил сигару – больше восьми часов назад с моим другом Кроуфордом. С таким феноменальным обонянием вам следовало бы стать парфюмером, а не издателем.

– Словом я орудую лучше, чем носом, уж поверьте, – усмехнулась мисс Вейл и чиркнула спичкой.

Селия всё сидела ни жива ни мертва, но пока мисс Вейл раскуривала трубку, она нашла в себе силы произнести:

– Н-неужели это так необходимо? Я сама признаю, что история не блещет, но может лучше будет оставить её как есть?

Морриган Вейл уставилась на Селию взглядом хищной совы и выдохнула дым.

– Разве ваш литературный агент обратился ко мне с тем, чтобы оставить всё как есть? – она указала кончиком мундштука на Люмьера. – Или может вы просто хотели услышать отзыв о вашей работе? Что ж, извольте, я его вам покажу.

Мисс Вейл достала из сумки рукопись Селии и подтолкнула к ней. Селия только мельком взглянула на количество пометок и замечаний, и ей стало дурно.

– Чтобы вы понимали, миссис Кроуфорд, – это всё претензии к истории. У меня нет ни единого замечания к самим героям, к тому, как вы их прописываете. Но вы не находите, что рукопись могла бы быть гораздо лучше, не будь история такой плоской и вульгарной? Я понимаю, что это всё следствие сегодняшней моды на простенькие романы, описывающие все радости первой влюблённости, но ведь вы способны на большее.

Селия почувствовала резь в глазах, в горле встал ком, а мисс Вейл безжалостно продолжала:

– Вы ведь хотите вырваться из этого замкнутого круга – иначе не обратились бы ко мне. Так ответьте мне, готовы ли вы сами отказаться от проторенного пути и совершенствоваться?

– Мисс Вейл, – заговорил Люмьер, – ваше рвение поработать с рукописью миз Кроуфорд без сомнения льстит ей, но есть множество других рабочих моментов, которые необходимо обсудить…

И князь обрушил на неё поток вопросов, приземлённых настолько, что даже сильнейший творческий порыв оказался бы придавлен. Но Морриган Вейл отвечала на них без малейшего промедления, кратко и чётко: обрисовала текущее положение дел издательства, его финансовые возможности относительно конкурентов и перечислила весь небольшой штаб сотрудников.

– Но как вы должны понимать, – подытожила она, – пустышку хоть и проще продать, но намного сложнее удержать на ней внимание надолго: ей нужно быть либо вопиюще бесталанной, либо до жути вульгарной, чтобы остаться в истории.

Она встала и посмотрела на погрузившуюся в уныние Селию почти сочувственно.

– Я действительно хотела бы поработать с вами, миссис Кроуфорд. Из вас определённо вышел бы толк.

– Уже уходите? – осведомился Люмьер, поднявшись вслед за ней.

– К сожалению. У меня ещё довольно много дел. Благодарю за обед.

Проводив мисс Вейл, Люмьер вернулся и снова услышал плач, как накануне в библиотеке. Несколько раз взвесив все за и против, он решил было не тревожить Селию, но она сама его окликнула.

– Я не слышала, как вы вернулись, – с трудом произнесла она, – но каким-то образом почувствовала ваше присутствие.

– Если бы вы знали, сколько раз за всю жизнь мне говорили нечто подобное, – вздохнул Люмьер, обращаясь скорее к себе самому, чем к ней.

В отличие от Вильгельмины, Селия не слишком пыталась скрывать слёзы. На коленях у неё лежала многострадальная рукопись. Люмьер присел рядом с Селией.

– Мисс Вейл оставила свою карточку, – сказал он и протянул ей небольшой прямоугольник картона, не слишком украшенный. Селия отшатнулась от него, словно то была ядовитая змея.

– Мне кажется, я не смогу с ней работать, – пролепетала она, тщетно пытаясь сдержать очередной приступ рыданий.

– Насколько я успел заметить за время нашей с вами работы, критические замечания обычно не оказывают на вас столь удручающего действия…

– Дело не в этом, – замотала головой Селия. – Я не раз ловила себя на мысли, что в этой женщине есть что-то зловещее. Какая-то недобрая аура окружает её и пронизывает все её слова и действия. Вот почему её высказывания так на меня подействовали.

Люмьер слушал её, скептически подняв брови.

– Уж не хотите ли вы сказать, что женщина с такой аурой смогла бы разглядеть потенциал в стольких авторах и прославить их?

– Для такого дела аура не нужна, – рассеянно ответила Селия. – Теперь я понимаю, чем вызваны все эти толки о ней.

Видя, что Селию не переубедить, Люмьер сказал:

– В таком случае может оставите эту рукопись и предложите мисс Вейл на рассмотрение историю, которую вы пишете сейчас?

Селия снова замотала головой. Всё это время она избегала встречаться с Люмьером взглядом, словно ребёнок, пытающийся найти оправдание своим плохим оценкам в школе.

– Нет, она… она ещё не готова. Пусть она не вульгарна, но и не слишком выдающаяся. Такую рукопись мисс Вейл ни за что не примет.

– В таком случае у нас остаётся лишь один издатель. Если и в этом человеке вы сумеете узреть дьявола, вам придётся выбирать меньшее из двух зол.

Селия сникла. Люмьер сдвинул брови и нагнулся к ней.

– Или же вы хотите разорвать нашу договорённость прямо сейчас?

Она в ужасе вскинула на него взгляд полный отчаяния, явно даже не помышляя о том, что он сказал.

– Вы абсолютно правы в одном, князь, – мне нужно будет выбрать. И я отнесусь к этому выбору со всей ответственностью, с холодной головой. Только… не покидайте меня сейчас!

Люмьер на пару мгновений прикрыл глаза, лоб его прочертила складка, а когда открыл, улыбнулся Селии обезоруживающе, но с едва различимой горечью.

– Да будет так.

Глава 3

Кто бы ни был ответственен за подобную иронию, но следующий день ознаменовался очередным письмом. На этот раз оно содержало в себе приглашение «многоуважаемого мистера Рогана Кроуфорда» и его «во всех смыслах замечательной жены мисс Селии Кроуфорд» на приём к барону де Мору, Френсису де Мору.