Итоги № 15 (2012)
Шрифт:
Однако нужно признать, что минусы от «панк-молебна» тоже очевидны. Во-первых, они оттянули на себя колоссальное общественное внимание, фактически узурпировав, замкнув на себе любимых тему социального протеста. Реальное тюремное заключение грозит, например, замечательному сочинскому экологу Сурену Газаряну. Но все прогрессивные мыслящие люди в России — включая даже тех, кто относит себя к «зеленым», — заняты спасением Pussy Riot, а до Газаряна никому нет дела. Для меня было удивительно прочитать в Twitter у Евгении Чириковой призыв бороться за свободу девушек, притом что у нее на тот момент не было ни одного слова о судьбе ее единомышленника, подвергающегося преследованиям как раз таки за свои убеждения.
Во-вторых, акция Pussy Riot подала совершенно неверный сигнал властям: из-за нее сегодня все сообщество «рассерженных горожан» у Кремля ассоциируется исключительно с людьми, увлеченными современным искусством и перформансами. А от таких легковесных оппонентов
Сто лет в обед / Общество и наука / Общество
Сто лет в обед
/ Общество и наука / Общество
Кому надо сказать спасибо за то, что спустя почти сто лет до нас дошло в полнейшей сохранности фамильное серебро князей Нарышкиных
Клад, обнаруженный в Петербурге, на объекте культурного наследия «Дом Трубецкого П. Н. (Нарышкиных) с дворовыми флигелями», стал настоящей сенсацией: музейщики говорят об уникальности найденного, а правоохранительные органы заявляют, что им удалось предотвратить чуть ли не хищение века — кто-то из рабочих пытался незаметно вынести сокровища под видом мусора. Вдобавок сразу же отыскались десятки претендентов на долю в наследстве.
Кто главный по тарелочкам?
28 марта в доме 29 по улице Чайковского нашли тайную комнату, битком набитую серебряной посудой — блюдами, самоварами, вилками, ложками и прочими столовыми приборами. И нашли вроде бы совершенно случайно. В здании, являющемся памятником истории и культуры федерального значения, шли работы по реставрации и реконструкции. Подрядчик — группа компаний «ИНТАРСИЯ». Именно она и распространила информацию о находке, приложив к ней солидную подборку профессионально сделанных фотографий. Это сразу же дало повод питерским журналистам заговорить о том, что дело явно нечисто, что клад нашли намного раньше, что чуть ли не 40 часов фирма скрывала от полиции факт его обнаружения, и вообще, мол, только для того, чтобы качественно сфотографировать старинное серебро, нужна уйма времени. Возможно ли, что кто-то что-то недоговаривает?
Как рассказали «Итогам» в Комитете по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры Петербурга (КГИОП), им из «ИНТАРСИИ» позвонили 28 марта утром и пригласили на объект — познакомиться с найденным кладом. По словам Славы Симкиной, заведующей отделом декоративно-прикладного искусства КГИОП, сразу же выехавшей в особняк вместе со специалистами по учету ценностей, им показали несколько столов, заставленных старым серебром. Всего, опять же по словам специалистов КГИОП, там находилось несколько тысяч предметов из трех полных сервизов — столового, кофейного и десертного, а также массивные канделябры-жирандоли, табакерки, украшения, ордена. В коробке с крестами и звездами лежали и наградные документы на имя ротмистра лейб-гвардии Гусарского полка Сергея Сергеевича Сомова. Все серебро оказалось в очень хорошем состоянии — тарелки и супницы сияли, как только что начищенные, ножи и вилки с фарфоровыми ручками блестели: предметы были тщательно закутаны в льняные тряпки, пропитанные уксусом, который предохраняет ценный металл от порчи. Сохранились и листы газет, в которые была завернута часть вещей, — они датированы августом и сентябрем 1917 года, то есть те, кто прятал ценности, уже неплохо себе представляли, куда катится Россия. Впрочем, об этом ниже...
За неделю, прошедшую после объявления о находке, ни «ИНТАРСИЯ», ни ГУВД так и не дали точные ответы на главные вопросы — кто, когда и в какой комплектности нашел клад? Однако появилось сообщение, что серебро обнаружил реставратор Дмитрий Королев, но встретиться с ним журналистам не позволили, объяснив это личным нежеланием специалиста. Хотя и без встречи с ним очевидно, что не реставратор разбирал деревянные перекрытия между этажами, а простые рабочие. Официальные лица отказались назвать имена героев до окончания процедуры учета. Понятно, что опись такого клада — дело долгое и кропотливое, но все же удивляет, что за неделю не смогли пересчитать количество найденных
предметов. И только когда в прессе стали обсуждать вопрос о вознаграждении за находку, со ссылкой на ГУВД была распространена информация, что серебряную посуду якобы хотели украсть рабочие из фирмы-субподрядчика. По этому поводу руководитель группы компаний «ИНТАРСИЯ» Виктор Смирнов наконец рассказал, что на самом деле клад не обнаружили в тайнике между этажами, все было иначе: то ли 20, то ли 30 мешков и свертков с серебром гастарбайтеры пытались вывезти с территории под видом строительного мусора. Так что когда нашли этот клад — в тот же день или неделю, а то и месяц назад, пока остается загадкой.Дорогое удовольствие
Вокруг чего, собственно, такой шум? «Клад особенно привлекателен не количеством предметов, а своей целостностью. В сервизах есть все — от ложек до супниц и самоваров. И это больше всего поразило специалистов: сервизы оказались настолько полными, что аналогов им в российских музеях не найти, — рассказывает Марина Лопато, доктор искусствоведения, заведующая сектором драгоценного металла и камня отдела истории западноевропейского искусства Государственного Эрмитажа. — В экспозициях сегодня хранятся только разрозненные части. Например, от знаменитого «Орловского сервиза», состоявшего из тысячи предметов, в Эрмитаже осталось лишь 39, еще несколько десятков гуляет по миру — всего наберется около сотни».
Как отмечают специалисты, традиция изготовления серебряных сервизов в России была положена Екатериной II. В свое время она ввела такой порядок: когда открывалось наместничество, императрица заказывала для нового губернатора серебряный сервиз. Тот считался казенным и предназначался исключительно для парадных приемов. Всего таких сервизов было изготовлено больше двух десятков, в них входило около двухсот предметов, и стоили они огромных по тем временам денег — от 55 до 85 тысяч рублей серебром. Самый большой и дорогой, например, был заказан для нужд московского губернатора за 85 тысяч рублей. Большую часть предметов в этих сервизах занимали тарелки, вилки, ложки, ножи — они считались дюжинами. Тарелок было много потому, что они изнашивались первыми — их постоянно царапали, а подавать гостям их в таком виде считалось неприличным, поэтому их заказывали больше, а испорченные сдавали в переплавку. Обычно в таких сервизах было 4—6 суповых мисок на поддонах, несколько дюжин тарелок, штук 8 бутылочных передач (то, что мы называем ведерками), 6—8 рюмочных передач — овальные чаши с фестонами по окружности, в которые вставляются рюмки. Кроме того, насчитывалось несколько судков, канделябров, подсвечников, солонок, блюд с крышками. Примерно такого же плана сервиз найден и сейчас, правда, к екатерининской эпохе он не имеет никакого отношения. «По предварительной оценке, этот сервиз был сделан в 60—70-е годы позапрошлого века , — утверждает Марина Лопато. — Он необычен, поскольку выполнен в неорусском стиле». Представители этого стиля опирались в своих работах на традиции русского искусства, народного творчества. Сюжеты они искали в фольклоре, сказках, былинах. Судя по дизайну, сервиз был изготовлен мастерами фирмы Игнатия Сазикова, которая считалась самой авторитетной на то время в стране в области серебряного производства.
Стоит отметить, что фирма «Сазиков» — одна из старейших ювелирных фирм России. Основанная в 1810 году, в 1851 году она получила международное признание, представив на первой Всемирной выставке, проходившей в Лондоне, коллекцию из девятнадцати предметов, украшенных по мотивам крестьянской жизни, что было совершенно новым явлением для дорогого и элитарного вида искусства. А еще в 1837 году фирма получила звание придворного поставщика. Понятно, что иметь в доме столовое серебро от «Сазикова» в те времена считалось престижным, но позволить себе это могли лишь весьма обеспеченные господа. На найденной посуде отчетливо видны гербы рода Нарышкиных — аналогичные украшают и вестибюль на первом этаже самого здания. По всей вероятности, заказчиками были Нарышкины. Но кто конкретно? Специалисты пока не дают точного ответа, однако можно попытаться установить владельца, проследив историю самого дома, а она весьма любопытна.
Дом с историей
Первым известным владельцем этого участка в Литейной части на углу Сергиевской улицы и Кирочного переулка являлся ориентировочно в конце 1750-х годов генерал-поручик Абрам Петрович Ганнибал, тот самый «арап Петра Великого», прадед Пушкина. Как установили историки, спустя столетие, 17 июня 1855 года, по купчей дом перешел к князю Петру Никитичу Трубецкому. Именно тогда на месте весьма скромного «ганнибаловского» дома появился особняк с парадной лестницей и чередой великолепно отделанных залов, выполненный по проекту архитектора Гаральда Боссе. В 1874 году особняк купил Василий Львович Нарышкин, служивший чиновником Министерства иностранных дел, а по придворному ведомству числившийся камер-юнкером. Он имел поместья в Московской, Ярославской, Самарской, Саратовской губерниях и был человеком явно небедным. Позволить себе прикупить серебро от «Сазикова» мог без проблем. По всей видимости, он и был заказчиком.