Итоги № 22 (2012)

Возвращение Летнему саду геометрической стройности и строгости линий стало одной из главных задач проекта реконструкции. Ведь за столетия своей истории сад практически утратил исторический облик — наводнения, бури, смена стилей и социальные потрясения совершенно изменили его образ. Проведенные в рамках проекта масштабные архео­логические раскопки позволили заодно восстановить исторические границы аллей и дорожек, точно определить формы и габариты боскетов, павильонов, партеров — без этих важных элементов регулярный сад немыслим.

В обновленном Летнем саду воссозданы четыре боскета на главной аллее: Менажерийный пруд с большим бассейном и клетками для водоплавающих птиц по окружности, Крестовое гульбище с перекрещивающимися берсо и фонтаном в центре, Птичий двор — с павильоном «Голубятня» и фонтаном. Правда, четвертый боскет, носивший название «Французский партер», целиком воссоздать не удалось — в его центре стоит памятник Крылову, так что этот боскет окружили шпалерами, а внутри установили деревянные скамейки для посетителей. Примерно такую композицию боскетов, кстати, предлагал еще голландский садовник Ян Розен (Роозен) — его считают одним из первых авторов плана Летнего сада. Эту композицию развил знаменитый французский архитектор Жан-Батист Леблон, приглашенный Петром Первым в Петербург, а завершил Франческо Бартоломео Растрелли, главный архитектор при российских императрицах Анне Иоанновне и Елизавете Петровне.

На свою историческую родину вернулись и фонтаны. Кстати, немногие знают, что Летний сад — родина российских фонтанов, именно здесь впервые в стране появилось это новшество. И только спустя почти десятилетие по образцу Летнего сада фонтаны были устроены в Петергофе. Всего воссозданы восемь фонтанов — четыре на главной аллее, один, самый большой, в парадном партере, два в боскетах и один перед Малой оранжереей. Сейчас их струи видны прямо от входа в сад. Специально для обслуживания фонтанов и Менажерийного пруда в саду проложен дополнительный водопровод и установлены насосы для подачи воды.

Восстановлена Малая оранжерея, теперь в ней зимуют экзотические растения в кадках — апельсины, мандарины, лимоны, которые летом будут устанавливать на открытом воздухе. Вокруг оранжереи разбит Красный сад с грядками, на которых, как во времена Петра Первого, сажают овощи и пряные травы. На Школьной аллее установлено берсо — мощная деревянная конструкция из полукруглых арок, вдоль которой высажены деревья. Всего же в саду по проекту было убрано больше ста больных и старых деревьев, а высажено 13 с половиной тысяч саженцев липы для шпалер и берсо и около 20 тысяч кустов.

Вернулись в Летний сад и еще два давно утраченных объекта — гаванец возле Летнего дворца Петра и центральные ворота на Невской ограде. Правда, в гаванец не пустили воду, так что на катере или лодке к дворцу не подплыть, но представление об историческом облике этого места он дает. Установка ворот по­требовала серьезных изысканий и сложной работы: чтобы восстановить композицию ограды и вернуть малые ворота по бокам, а в центр — главные, пришлось перекатить почти половину колонн.

В общем, Летний сад, который мы получили, — это совершенно другая и непривычная территория. Градозащитники уже называют его полным новоделом и даже Диснейлендом, а представители Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры считают, что вопрос о разрушении исторического объекта, каким был Летний сад до реконструкции, надо вынести на 36-ю сессию Комитета всемирного наследия ЮНЕСКО, которая пройдет в Петербурге в июне. Но зато у молодого поколения появился свой Летний сад — и это уже тоже история.

Взяли в клещи / Общество и наука / Общество

Взяли в клещи

/ Общество и наука / Общество

Почему лесной клещ настойчиво добивается московской прописки

Нынешней весной москвичей охватила паника. Многие боятся ехать на дачу или просто лишний раз выйти в лес. Виной всему — небывалый рост активности клещей. В Роспотребнадзоре отмечают аномальный рост заболеваемости клещевым энцефалитом — вирусной инфекцией, которая бьет по центральной и периферической нервной системе, и клещевым боррелиозом (болезнь Лайма), поражающим кожу, нервную и сердечно-сосудистую системы, опорно-двигательный аппарат. «Итоги» решили разобраться, откуда в средней полосе развелось столько клещей и почему мы оказались практически беззащитны перед этой угрозой.

Они уже рядом

Точных данных о популяции клещей в конкретном лесном массиве или городском парке сегодня не найти ни в одном официальном ведомстве. Потому что этих цифр просто нет. По идее вести мониторинг численности клещей должен Роспотребнадзор. Подведомственные ему структуры периодически эту работу проводят — на региональном уровне. О популяции клещей в стране сегодня имеются только разрозненные данные, которые никак не систематизированы. Зато есть независимые исследования, которые показывают, что численность паразитов неуклонно возрастает. «Это во многом связано с так называемым осветлением лесов, — объясняет ведущий научный сотрудник ФБУН «НИИ дезинфектологии» Роспотребнадзора Наталья Шашина. — Клещи предпочитают обживать более теплые лесные опушки, а не углубляться в густые заросли. Из-за вырубки лесов, из-за пожаров в нашей полосе леса уже не такие густые, как раньше. Все это создает благоприятные условия для размножения клещей».

«Клещефобия» связана не только с ростом популяции паразитов, но и с изменением среды их обитания. Жители Сибири и Дальнего Востока всегда знали об опасности клещей, которые в тех районах традиционно обитали. Еще 10 лет назад энцефалит бушевал в основном на окраинах страны, а на большей территории европейской части России о нем и не слышали. Однако происходит то, на что мы повлиять никак не можем, — изменение климата на планете. «Этот глобальный процесс создает идеальные условия для размножения всех насекомых, в том числе и клещей, — поясняет врач-инфекционист Елена Горбунова. — Они любят теплые зимы, затяжную весну и осень, много дождей. Чем комфортнее становится среда обитания, тем активнее размножаются насекомые. К тому же из-за изменения климата происходит миграция животных, а ведь именно они главные переносчики клещей».

В восточных регионах наиболее часто встречается таежный клещ, он опаснее лесного, обитающего в средней полосе России. «Не случайно вероятность смерти от клещевого энцефалита в некоторых районах Сибири выше пятидесяти процентов, а в европейской части — менее тридцати, — поясняет почетный президент Общества специалистов доказательной медицины Кирилл Данишевский. — В средней полосе России эти насекомые были всегда, только случаев энцефалита в Московской области практически не отмечалось. Зато теперь энцефалитные клещи встречаются уже на севере Подмосковья — в Талдомском и Дмитровском районе. Расширение ареала их обитания связано также и с тем, что люди стали больше ездить из одного региона в другой, сами для себя незаметно становясь переносчиками паразитов. Происходит это следующим образом. Укус клеща безболезненный, так как его слюна содержит анестетик. Самка клеща может высасывать у человека кровь несколько дней, а он этого даже не заметит. Немало случаев, когда энцефалитный клещ, привезенный на теле человека из другого региона, не был обнаружен, а, заразив жертву и напившись крови, он возвращался в траву, готовый уже на новом месте обитания кусать следующих жертв».

От энцефалита стали гибнуть люди в тех регионах, где о нем раньше слыхом не слыхивали. Неудивительно, что поднялась паника, которую усиливают, и небезосновательно, владельцы домашних животных. «В нашем московском отделении мы сейчас ставим диагноз пироплазмоз 5—7 собакам в день, а в областном — 40, — рассказывает главный врач крупной ветеринарной клиники Илья Вилковыский. — Настоящий аврал! В прошлом году даже в области регистрировалось как минимум в два раза меньше обращений по такому поводу, а в городе они вообще были редкостью. В этом году пироплазмозом заболевают даже собаки, гуляющие только рядом с домом».