Итоги № 38 (2012)

Какое вам дело?

/ Политика и экономика / Те, которые...

Минфин, возглавляемый Антоном Силуановым, предложил новый порядок принятия российского бюджета. Все ведь знают, что Дума не место для дискуссий. Особенно, по мнению чиновников, это касается обсуждения главного финансового документа. Его они предлагают принимать по той же самой процедуре, по которой депутаты ратифицируют международные договоры. То есть они смогут в целом проголосовать либо за, либо против. А все поправки надо вносить еще до того, как документ будет направлен в парламент, — в ходе так называемого нулевого чтения, порядок которого никак не формализован.

Главный аргумент за — такова процедура одобрения бюджета во многих парламентских республиках. Россия, правда, республика президентская, но парламентаризма по факту не чуждая. К примеру, сегодня премьером работает лидер партии думского большинства. Так чего же огород городить? Какой в правительстве бюджет написали, такой депутаты доминирующей фракции и «проштампуют» без вопросов. Одно но: если уж следовать лучшим зарубежным образцам, то не грех бы вспомнить, что, к примеру, в Германии ратификация бюджета сопровождается строгим контролем парламентариев за расходами правительства. Там перед принятием нового бюджета каждое ведомство представляет тома отчетности по расходованию средств, выделенных ему в предыдущий год. И если чиновникам не удалось освоить все ассигнования, финансирование урезается. У нас же уровень исполнения федеральных целевых программ каждый год не превышает и десятка процентов от заложенных в бюджете средств, а деньги все равно исправно выделяются.

Полубесплатный сыр / Общество и наука / Образование

Полубесплатный сыр

/ Общество и наука / Образование

За свой счет государство готово давать школьникам лишь ту сумму знаний, которая приемлема для стран третьего мира

Лично для меня учебный год начался с телефонного звонка: приятельница долго и громко отчитывала меня за то, что мы, журналисты, не пишем правду о том беспределе, который теперь творится в московских школах. Аргументация была убийственной: ей, маме девятиклассницы и второклассника, в школе пояснили, что никто не будет бесплатно готовить ее дочь к экзаменам ГИА, а сына не будут кормить за госсчет. За шахматную секцию, хор, продленку и дополнительные занятия придется тоже заплатить. «Из школы сделали коммерческое предприятие!» — горячилась подруга. По сути она права. В школе теперь все строится исключительно на экономическом базисе: уроки, которые теперь называют услугами, активно продаются и покупаются. И хотя никто не отменял того постулата, что школа должна «учить, воспитывать и развивать», на «воспитывать» и «развивать» денег государство больше не выделяет. Да и «учить» оно тоже не горит желанием.

Услуги перед отечеством

Главная сенсация нынешнего учебного года заключается в том, что средние общеобразовательные учреждения города Москвы наконец перешли на новую систему финансирования — нормативно-подушевую. Она предполагает, что количество получаемых школой денег зависит от того, сколько детей в ней учится. Так, каждый учащийся начальных классов приносит 84 тысячи рублей в год, ученик пятого класса — 106 тысяч и так далее по возрастающей до 123 033 рубля на каждого старшеклассника. Простая арифметика: чем больше школьников числится в учебном заведении, тем больше денег оно получает из бюджета.

Как утверждает руководство департамента образования города Москвы, от введения нормативно-подушевого финансирования сплошные плюсы: зарплата учителей выросла на 25—30 процентов и сейчас составляет в среднем 55,6 тысячи рублей в месяц. Кроме того, все эти средства находятся в полном распоряжении самой школы. Пожалуй, лишь коммунальные услуги, вода, газ, электричество оплачиваются ею по прямым субсидиям города. А все остальные расходы, в том числе зарплаты сотрудников, ремонт, совершенствование материально-технической базы кабинетов и прочее, ложатся на само учебное заведение. Это, мол, здорово, поскольку директора лучше знают, на что именно потратить имеющиеся средства.

Понятно, что за эти деньги школы должны выдать на-гора свой основной продукт — знания. Есть также список услуг, которые ученик московской школы теперь может бесплатно получить. «Ему предоставляется в школе образование в рамках образовательного стандарта», — поясняет заместитель руководителя департамента образования города Москвы Татьяна Васильева. И все.

А стандарт нынче тоже новый. Ранее он традиционно складывался из федерального, регионального и школьного компонента. В переводе с чиновничьего новояза термин «компонент» означает школьный предмет и количество часов на его изучение, утвержденное на определенном уровне. Федеральный компонент для всей страны одинаковый, а школьный и региональный зависят от потребностей региона и школы. На основе этого верстается расписание. Однако региональный компонент теперь отменен, а остальные в этом году сильно перетряхнули и кое-где поджали. Так, например, в 9-м классе отведен один час на технологии, один час на МХК. Но при этом осталось только два урока русского языка, притом что в 8-м классе часов было три. В 10—11-м классах в федеральном компоненте в этом году фигурирует предмет ОБЖ, зато вместо двух уроков биологии остался только один. Но если федеральный компонент подвергся усушке и утруске, то компонент образовательного учреждения сильно сокращен с 7-го по 11-й классы. Почему? Причина проста — эти услуги предоставлять невыгодно. Как невыгодны теперь школе все прочие занятия, выходящие за рамки расписания.

Дополненное и исправленное

Что представлял собой школьный компонент? Это несколько часов в недельной учебной нагрузке, которые школа использовала по собственному усмотрению. Могла ввести еще один иностранный, а могла — допуроки, где подтягивали отстающих или готовили к олимпиадам и экзаменам. Эти часы оплачивались из бюджета, как и некоторые другие занятия вроде проектной деятельности или хорового кружка. А теперь? На дополнительное образование, то есть на различные кружки и секции, школам Москвы выделяется 900 рублей (!) в год на одного ребенка. На организацию групп продленного дня — также 900 рублей в год на человека. Специалисты дополнительного образования числятся штатными единицами педколлектива. А потому при нормативно-подушевом финансировании согласно законодательству их заработная плата не может быть ниже той, что они получали до введения новой системы оплаты труда. То есть не меньше 30—35 тысяч рублей в месяц. Если же посчитать средства, которые на их работу выделяются бюджетом, получается печальная картина: берем группу в 25 человек, умножаем на 900 рублей и получаем, что зарабатывать они должны 22 500 (!) рублей в год, или 1875 рублей в месяц.

В итоге директора школ оказались заложниками новой схемы финансирования. Сократить ставку специалиста дополнительного образования они не могут, поскольку обязаны оказывать те же услуги, что и раньше. Но чтобы найти этому педагогу деньги на зарплату, надо откусить понемножку у других учителей. В этой ситуации выход простой: переводить дополнительное образование в разряд платного. Что сейчас повсеместно и происходит. Любовь Буйлова, заведующая кафедрой педагогики дополнительного образования Московского института открытого образования, рассказывает: «Еще в прошлом году школы получали деньги на организацию различных форм дополнительного образования — клубов, секций, кружков, проектов. Для каждого общеобразовательного учреждения это составляло от 9 до 27 часов в неделю в зависимости от количества классов (в соответствии с приказом Московского комитета образования № 373 от 02.09.1996). С нынешнего года деньги на эту работу учреждениям образования практически не выделяются. В итоге допобразование либо переходит в разряд платного, либо уходит на сторону, то есть в дома детского творчества».

Конечно, в деле организации современной системы образования нельзя руководствоваться ностальгическими картинками советского детства. Рыночные отношения проникают во все сферы жизни, но должны ли они стать системообразующими в школьном образовании, задача которого не только учить, но еще развивать и воспитывать? Вот что думает по этому поводу директор Центра образования № 109 Евгений Ямбург: «Руководствуясь прагматическими соображениями, богатые родители готовы вкладывать свои деньги в занятия детей иностранными языками, теннисом, бальными танцами и т. п. Но эти дорогостоящие виды допобразования у нас и так давно на самоокупаемости. Приравнивать к ним все остальные виды внеклассной и внешкольной деятельности — значит ущемить материальное положение и человеческое достоинство педагогов дополнительного образования, отрезать путь к развитию еще большей массе детей и юношества».

Педагоги средней и старшей школы считают, что усушка школьного компонента — это катастрофа. Ведь обучение станет теперь усредненным.

Минус образование

Лучше всего то, что произошло со столичным школьным образованием, сформулировала Анна Яропольская — мама девятиклассника Алексея: «В этом году сын должен готовиться к ГИА. Он хочет сдавать физику и биологию. Мы надеялись, что он будет ходить на элективы по этим предметам и подготовится к экзаменам. Теперь придется брать репетиторов. Власти постоянно говорят, что все перемены в системе образования сохраняют его бесплатность. На самом деле школа бесплатно дает только тот минимум знаний, с которым в институт не поступить». Кстати, репетиторов мама не будет брать в школе: уж если платить, считает она, то специалистам с вузовским подходом к нужным предметам.