Ивановы страдания

Атаман твердил своё:

«Ты ж совсем дойдёшь до ручки!

Трудоголик, ё-моё!»

Ванька вяло улыбался,

Да плечами пожимал:

«Да вот, малость задолбался.

Но, ей-богу, не устал.

Я хоть мелкий, но двужильный!

Да на мне пахать, пахать!»

«Всё! Кончай базар дебильный!

Завтра едем отдыхать!» –

Атаман сказал – отрезал,

Словно шашкой рубанул.

Ванька, поразмыслив трезво,

Утвердительно кивнул.

Отдыхать! Какое слово!

Мы всерьёз признать должны, –

Отдыхать всегда готово

Население страны.

Но не буднично и тихо,

Будто в тряпочку дыша,

А размашисто и лихо,

До последнего гроша.

В ресторане, где цыгане

И шампанское рекой,

Чтобы булькало в стакане,

Да гитара под рукой.

Впрочем, это раньше было.

Имидж новый на лицо:

Пепси, экстази, текила,

Голый пуп, в пупе – кольцо!

После наблюдений многих,

Я открыл одну черту:

Отдых разный, но в итоге, –

Шум в башке, сортир – во рту!

Отдых представлялся Ваньке

Приблизительно таким:

В кабаке, а лучше в баньке,

С криком: «Хорошо сидим!»

В запотевших рюмках водка…

На газетке, на столе

В масле золотом селёдка,

Предпочтительно филе.

Хруст проквашенной капустки

Звону рюмочек в ответ…

Отдых – водки и закуски

Соблюдённый паритет.

Ну, не могут наши люди,

Как в Америке гулять,

Чтоб, простите, «хе» на блюде,

Да в бокале граммов пять.

Атаман, лихой гуляка,

Водки выпить не дурак,

В этот раз решил, однако,

Отпуск провести не так.

По культурному, без спешки,

Лета выхватив кусок, –

Только пиво и орешки,

Море, солнце и песок.

Новомодные курорты

Опостылели ему.

Он решил: «Да ну их к чёрту!

Будем отдыхать в Крыму».

Ванька дальше речки Вятки

И не духом, и не сном,

Где купался без оглядки

Голозадым пацаном.

Где мечтал о дальних странах

Возле бани на дровах,

О морях и океанах,

Об открытых островах.

О сокровищах, пиратах,

Кораблях и парусах!

Жаль, что в детство нет возврата

Даже хоть на полчаса.

Говорят мечтать не вредно,

Но ничтожны и пусты

Жизни прожитые бедно –

Без полёта, без мечты!

Явный шанс увидеть море

Ванька предпочёл всему.

И возможность эта вскоре,

Вдруг, представилась ему.

Но не будем торопиться,

Рассыпая слов горох.

Спешка ведь, как говорится,

Хороша при ловле блох.

Мне же вовсе не пристало

Вторить прихоти стиха,

И скакать куда попало,

Как голодная блоха.

Для меня порядок в деле,

Слаще мёду и халвы…

Чуть, гляди, не проглядели

Окончание главы.

Страдание третье

Вот пишу я небылицы

Тонким пёрышком в тетрадь,

А до моря от столицы

Вовсе не рукой подать.

Чтоб обжегшись об медузу,

Непотребно голосить,

Надо сутки по Союзу

Бывшему поколесить.

Дорогущие билеты

Прикупив в СВ-вагон,

Атаман с Иваном в лето

Начинали свой разгон.

Поезд плавно припустился

Жернова вращать свои…

Атаман перекрестился:

«Ну, Господь, благослови!»

После паузы короткой,

Как-то, вдруг, само собой,

Появились рюмки с водкой

И закуска на убой.

Атаман слегка погладил

Барельефность хрусталя,

И сказал: «Не пьянства ради,

А скорей здоровья для.»

Вслед за поглощённой первой

Пропустили по второй.

«Мир – бардак, все бабы – стервы!» -

Подытожил наш герой.

Атаман с досады крякнул

И в ответ сказал: «Сынок!

Ты, прости, конечно, вякнул,

Как серпом про между ног!

Ты вот Ванька славный малый,

Только всё одно – дурак!

В жизни ты ещё, пожалуй,

Знать не знаешь, что да как.

А тем более, чтоб женщин

Ты при мне не поносил.

Женщина, она не меньше,

Чем богиня на Руси!

Да печальней бабьей доли

Нету повести в веках…

Станешь стервой поневоле

При таких то мужиках!

Что ты смотришь изумлённо?

Ход реальности таков,

Что на двадцать миллионов

Подходящих мужиков

Миллион торчит от «дури»,

Превратив мозги в желе:

Часть покамест травку курит,

Часть давненько на игле.

Миллион гниёт на зоне:

Кто за дело, кто – за так.

Что поделаешь, в законе

Нынче полный кавардак.

И, конечно, как обычно,

Полагается учесть

Алконавтов горемычных

Миллионов пять иль шесть.

Вижу, Ванька, эти речи

Впрямь тебе не по душе.

Согласись, что недалече

Мы ушли от алкашей.

Вот сидим, вкушаем водку,

Заедая огурцом» –

Атаман, взглянув на «сотку»,