Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16
Шрифт:
Эльфийка друг за другом провела аж два удара ногой, явно целясь мне в голову. Один пролетел прямо перед моим лицом, чиркнув по носу, но вот второй…
Второй удар я заблокировал — прилетело так, что я покачнулся и едва не упал. Перехватил её ногу, после чего дёрнул на себя. Чтобы не потерять равновесие, эльфийка неуклюже запрыгала на одной ноге, пытаясь вырвать конечность, но через мгновение получила прямо между ног. Я не могу сказать, кому больнее получать в пах: женщинам или мужчинам, но могу точно сказать, что если нормально попасть, эффект будет схожим.
Собственно, эльфийка сразу же и осела, задыхаясь от боли. Уже
Бросилась на меня, но уже куда медленнее и неуклюже из-за того, что ноги с трудом переставляла, да и разогнулась непросто, но тут же получила двойку прямо в лицо и вновь упала. Я даже не пытался добивать её лежачую, у меня не было цели убить её, особенно в замке, так как мои отношения и так были с эльфами… непонятными пока что. Но вот отпинать, чтобы было неповадно, да и немного отомстить за прошлое я был не против.
Эльфийка попыталась ещё раз напасть на меня. Она даже собрала все силы в кулак и набросилась на меня с завидной энергичностью, заливаясь слезами и осыпая ударами с такой скоростью, что я вновь начал их пропускать. Но это выглядело как отчаяние. Я получил в нос, который отозвался вспышкой перед глазами; начал терять зрение правым глазом по мере того, как там расплывался фонарь, закрывая обзор; во рту появился привкус крови.
Я отступал под градом ударов, пока не упёрся в стену. Закрылся, терпя целый шквал, после чего резко пригнулся и услышал лёгкий хруст костей об стену. Девчачий вскрик, и я бью её прямо в живот, пробивая её жалкий хлипкий пресс. Может эльфы и сильные, но хрупки, как сухие ветки.
От такого удара эльфийка растеряла весь свой пыл и согнулась в три погибели. Я же с колена зарядил ей прямо в лицо. Стерва покачнулась, всеми силами стараясь сохранять дееспособность, но я ей такого шанса не дал — схватил её за голову и ещё раз ударил коленом в лицо, а потом ещё один, пока она не потеряла силы даже стоять и не свалилась передо мной мешком.
Надо сказать, что дралась эльфийка хорошо. Быстрые удары, пусть и не тяжёлые, но если таких пропустить много, а я пропустил достаточно, то хрен выстоишь. Но всегда решает совсем не мастерство, а опыт. Даже с моей нынешней реакцией, когда я просто физически не поспевал, всё решил лишь грамотный подход.
Сейчас она лежала, скуля и хныча, стараясь встать, но вряд ли сможет это сделать. Поэтому я просто подхватил её за руку и потащил в сторону коридора. Но у самых дверей просто ослеп от боли, когда мне ударили прямо по спине.
На автомате, не взирая на парализующую боль, я сделал кувырок вперёд и резкий разворот в стойке.
Эта сука, которую я буксировал к выходу, уже стояла на одном колене, упираясь на ту самую кочергу, что я отложил сегодня утром в сторону, когда открывал дверь. С разбитым в мясо лицо и единственным глазом, красным и полным бесконечной злобы, она смотрела на меня, готовая вообще убить.
Медленно поднялась и перехватила своё оружие труда на манер двуручного меча, взявшись обеими руками.
Тупая сука…
Я шагнул ей навстречу, двигаясь быстро и делая ставку на то, что сейчас у неё с реакцией будет куда хуже. Собственно, кочерга, которая едва не попала мне по рёбрам, опровергла мои надежды — эльфийка была себе вполне доброй и резвой, пусть и побитой на вид. Я бы сказал, что
она была отличным бойцом, которого не страшно поставить закрывать тыл.Может я бы так и сделал, но у меня было несколько причин, чтобы не принимать её к себе на службу.
Первая — она это делает из-за собственных целей.
Нет, я вообще доверял больше тем, кому платят, так как от них всегда знаешь, чего ждать. Фанатики или патриоты имеют привычку или творить дичь, или менять своё мнение, предавать свои идеалы и так далее.
Но эльфийка, она… делала исключительно всё ради того, чтобы восстановить себя по службе. Значит, нет гарантий, что она меня сама не убьёт, а потом не скажет, что она выполнила свой долг, и я её отпустил.
Вторая причина — её фанатичная верность своему оракулу. Нет гарантии, что она меня не прирежет за грубое слово в её адрес или по приказу самой оракула. Не может быть двух господ у человека. В противном случае ни о какой верности речи идти и не может.
Третья причина — она меня ненавидит. Будь ты хоть сто раз за ту же цель, что и твой товарищ, но если ты его ненавидишь лютой ненавистью, тебя ничего не остановит перед тем, чтобы перерезать ему глотку ночью.
Эльфийка была хорошим воином, и я бы с удовольствием взял её с собой, но не при таких раскладах.
Двигаясь быстро и обходя её по кругу, я вновь бросился к ней. Кочерга ударилась мне в плечо, судя по боли и хрусту, ломая его, от чего у меня потемнело в глазах. Видимо, она специально не целилась мне в голову, чтобы не убить. Однако этого момента мне и хватило — удар прямо в челюсть, и она вновь валится на пол.
А я, подхватив выроненное оружие, без каких-либо угрызений совести занёс его над ещё не пришедшей в себя эльфийкой и опустил вниз.
Она очень быстро пришла в себя. Видимо, хруст её собственных костей заставил сучку взбодриться. Я без каких-либо сомнений и жалости замахивался кочергой и опускал её на тельце эльфийки, сначала ломая ей руки, а потом и ноги. Она мычала, стонала, рыдала и захлёбывалась собственной болью, покрикивая раз от раза.
Я закончил, лишь когда прошёлся кочергой по её спине. Хорошенько, по всем местам, сломав, кажется, даже позвоночник. После чего просто взял за волосы и выволок в коридор, где меня ждала стража и те самые четыре служанки, что помогали мне до этого.
Наверное, мы выглядели весьма красноречиво: я с разбитым лицом и кочергой и эльфийка, не похожая на себя от слова совсем.
Но никто из присутствующих и слова не сказал. Все они не выглядели удивлённым или шокированными, будто уже знали всю суть истории.
— Отнесите её, пожалуйста, — кивнул я страже. — И я прошу у достопочтенной оракула аудиенции, не могли бы вы передать ей мою просьбу? Что касается вас, я прошу приготовить ванну, чтобы помыться, привести лекаря мне и прибраться в комнате, если вам не сложно.
— Да, господин, — поклонились они.
Следующие несколько часов прошли без особых приключений. Вплоть до самого вечера, когда ко мне вошли и сообщили, что оракул ждёт меня. Но провели меня не в сад, где мы встретились, и не в тронный зал или даже кабинет, а в её личные покои.
Всё те же шесть стражников, а может и другие (они все на одно лицо) привели меня к большим двустворчатым дверям, у которых стояло ещё четверо, причём не просто стражника, а самых настоящих великана-эльфа. Они разошлись в стороны, пропуская меня и открывая двери.