Кадавр
Шрифт:
— Это ловушка! — ухватила его за руку Охотница, пытаясь остановить. — Не зря же они оставили ее открытой!
— Хуже чем есть уже не будет, — усмехнулся сэр Люк, решительно устремляясь навстречу неведомой опасности.
— Это точно, — скривились упыри, догоняя маркиза и недобро оглядываясь на монахов.
Беглецы невольно последовали за ними. Суетясь и толкаясь, они влетели в просторную комнату, но с очень низким потолком. Дверь позади них тут же захлопнулась.
Это действительно была ловушка.
Из множества дверей разом вышли монахи. Их численность в несколько раз превосходила тех, что остались в коридоре.
И в этот момент низкий потолок вдруг лопнул, словно яичная скорлупа, и огромный обломок бетонной сваи свалился сверху.
В образовавшуюся дыру с воем ввалились тролли и вурдалаки.
Монахи замерли в нерешительности.
— Мы свои, свои! — радостно закричали упыри.
— Знаем, — процедил здоровенный тролль, сильно кидая обломок кирпича в сторону монахов. — Быстро наверх!
Упырей долго уговаривать не пришлось, и они мигом влетели по свисающей веревке — наверное, на доставание крыльев ушло бы больше времени.
Тролль свистнул, и пока монахи, повинуясь отрывистым командам кардиналов, перестраивались, защищаясь от потока камней, оставшаяся нечисть также быстро, как и появилась, исчезла в потолочном разломе. К счастью, оставив после себя несколько веревок.
Рыцарь, не долго думая, мгновенно оказался у пролома, обвязал свисающим концом своего верного пса.
— Быстро! — крикнул он замешкавшимся путникам, мигом оказавшись наверху, благо лезть было недалеко, около двух метров.
Маркиз протянул оттуда руку.
Длинный Магистр первым ухватился за нее. И сэр Люк рывком втащил наверх сухощавую фигуру королевского мага.
Следом за ним Игорь протянул Кешу на вытянутых руках, собираясь потом подсадить эльфиек, но в этот момент монахи что-то дружно прокричали, явно — на латыни, скрестили посохи, и беглецы вдруг замедлили свое движение, словно влипли в густой кисель.
Монахи приближались к своим жертвам, словно пауки. Игорь бессильно оглянулся на Охотницу, собираясь подбодрить, хотя девушка, судя по выражению ее лица, вряд ли в этом нуждалась.
Он снова почувствовал, как его мышцы стали ватными и пальцы сами собой разжались. Игорь упал, роняя ребенка. Встать он уже не мог — ноги его не слушались. Остальные путешественники находились в таком же положении. И даже все еще привязанный пес лежал на животе, нелепо раскинув свои лапы.
Один только рыдающий мальчик поднялся на ноги. Он зачем-то схватил беспомощного Игоря, словно пытался его поднять, размазывая горькие слезы по лицу.
— Беги к Хану, — прошептал Игорь, глядя на торопливо приближающихся монахов. — Сядь на него. Дядя Рыцарь вас поднимет.
Но малыш, плача взахлеб, его не слышал, продолжая что есть силы трясти безвольное игорево плечо.
Монахи обступили неподвижных беглецов.
— Поднимайте! — сухо приказал Кардинал.
Монахи наклонились к своим неподвижным жертвам, в том числе и те двое, что стояли возле Игоря. Они протянули свои руки, и в этот момент Кеша с громким плачем вдруг бросился на ближайшего монаха, молотя маленькими ручками.
Монах несколько опешил, выпрямляясь. Но Кардинал, недовольный заминкой, взмахнул рукой, и что-то со свистом пролетело, пробив ребенка насквозь. Бледный, с обалдевшими глазами, малыш сел на пол, тяжело, с хрипом, дыша. Он с детским недоумением и укоризной посмотрел на монахов, потом — на Игоря, словно ища у него защиты.— Ах ты урод! — с трудом выдавил из себя Игорь, силясь встать, или хотя бы перекатиться поближе к мальчику.
Но монахи уже не обращали на него никакого внимания. Они были заняты совершенно новой проблемой.
Что-то огромное спрыгнуло сверху в пролом, очутившись в самом центре монахов. Странный клубок резко развернулся, оказавшись Кадавром во всей его красе. Стремительно крутанувшись, он изрыгнул из пасти огонь и невидимые путы свалились с пленников — заклятие монахов нарушилось.
Кардинал снова взмахнул посохом, но одновременно с ним Кадавр снова изрыгнул огонь. Не успевшие выстроиться в строй монахи попятились, закрываясь от пламени, некоторые упали. А те, кого зацепил огонь, с дикими криками крутились по полу, пытаясь сорвать с себя сутаны.
Огонь — лучшее средство от любой магии, промелькнуло в голове у Игоря. Уворачиваясь от горящих тел, он подхватил безвольного ребенка на руки.
А у пролома Охотница уже подталкивала эльфиек, которых сверху поднимал за руки Магистр. Молча выхватив у Игоря, замешкавшегося осмотром малыша, неподвижного Кешу, маркиза быстро подала его Магистру, вслед за исчезнувшими эльфийками. Потом дернула Игоря за руку.
— Быстрее! — крикнула она, с тревогой наблюдая за битвой титанов — Черного Герцога и Красного Кардинала. — Я — последняя!
Игорь не стал спорить и быстро взобрался по веревке. И тут же сунул руку вниз, помогая принцессе.
Оказавшись в новом помещении, Игорь с принцессой огляделись, никого из своих не замечая.
Игорь быстро втянул наверх совершенно спокойного волкодава. Отвязал. И пес гордо исчез в ночном сумраке.
В пролом снизу попытался запрыгнуть Кадавр, но с первого раза это у него почему-то не получилось.
— Бежим! — крикнула Охотница, устремляясь наугад в ближайший коридорчик.
Игорь последовал за ней, успев заметить, как Кадавр высоко вылетел из пролома и мягко приземлился на лапы, глядя на беглецов. Скорость у Игоря сама собой возросла.
Вдруг сбоку вылетел 'синий' упырь, пересекая им путь, и быстро юркнул в какую-то дверь. Игорь и Охотница, не сговариваясь, побежали следом. И тут же где-то за их спинами закричали монахи.
— У них икона святого Ипатия! Догнать!
Охотница бежала последней и время от времени что-нибудь роняла по дороге, то шторы оборвет, то шкаф, то еще чего-нибудь. А в одной из комнат схватила вешалку.
— В правую дверь! — крикнула она Игорю.
Он молча свернул, не останавливаясь. Долго бежал что есть силы, пока не сообразил что сзади — тихо. Обернулся на ходу — нет никого. Притормозил слегка, прислушался — тихо.
Остановился, постоял, послушал — нет ее. Медленно пошел обратно. Потом побежал, влетая в очередную комнату. И тут же резко затормозил — у противоположных дверей стоял Кадавр.