Как стать миллиардером

Первым, что бросилось в глаза, было толстое ватное одеяло, лежащее поверх валяющегося прямо на полу засаленного матраса. Несмотря на весь свой экзотический вид, спартанское ложе выглядело вполне безобидно, но мое внимание тут же привлекло нечто другое. На расшатанном письменном столе лежал пистолет. Оружие в нашей стране довольно редкое, семьдесят пятая модель фирмы «Ческа Збройовка». Под стандартный девятимиллиметровый натовский патрон. Я подошла к столу, взяла оружие, вынула магазин и выщелкала патроны. Недоставало трех: две пули были выпущены в подъезде Серегина, на площадке между пятым и шестым этажом, третью получил в сердце незадачливый снайпер. Я поискала взглядом глушитель и заметила его на полу между столом и подоконником. Должно быть, просто скатился, а преступник поленился его подбирать, он теперь ему не нужен. Ничего удивительного, с людьми он поступал не лучше. У меня вдруг пересохло в горле.

Я вернулась на кухню, выбрала самую чистую на вид чашку и еще долго полоскала ее под струей горячей воды, прежде чем решилась пить. Отравиться какой-нибудь химической гадостью совершенно не хотелось. Совершенно случайно мой взгляд упал на мусорное ведро. Едва не поперхнувшись, я торопливо выплеснула из чашки остатки воды, бросила ее в раковину, едва не расколов, и наклонилась над ведром. Никаких сомнений: из-под скомканной бумаги торчал уголок паспорта. Я осторожно, словно боясь, что он насквозь пропитан взрывчатым составом и вот-вот рванет, вынула его из ведра и так же осторожно раскрыла. Паспорт был выдан Первомайским РОВД города Тарасова на имя Фюрера Бориса Карловича.

Я едва не взвыла. Уже в который раз спрут обвел меня вокруг пальца. Подумать только, я ведь решила, что он будет уходить из города только завтрашним рейсом, я вполне могла потерять почти сутки, а потом безуспешно ждать его в аэропорту. То, что я вообще оказалась в этой квартире, – чистая случайность. Во-первых, я не должна была даже догадываться о ее существовании, во-вторых, не должна была знать адрес, а в-третьих, это просто чудо, что я не поленилась проверить этот адрес, отложив встречу до завтра. А что было бы, если бы преступник не выкинул более ненужный ему предмет в мусорное ведро, а просто оставил где-нибудь на столе? Я бы решила, что он обязательно за ним вернется, и опять же потеряла бы уйму времени, дожидаясь его здесь.

Как бы там ни было, но паспорт я держала в руках. Было совершенно ясно, что билет на завтрашний дневной рейс – еще один ложный след. Преступник собирался уходить любым другим способом, но только не этим. Я хлопнула себя по лбу. Вокзал. Со второго этажа здания отлично просматривается привокзальная площадь и сверх того – изрядный кусок прилегающей территории. Оттуда очень удобно наблюдать за всеми подъезжающими машинами. Очень удобно нажать в нужный момент нужную кнопку. Очень удобно спокойно убить человека, считавшего тебя своим другом, а потом так же спокойно пойти покупать билет. Я вспомнила, что проходящий до Москвы останавливается примерно в это время и торчит на перроне аж целых сорок минут. И прибывает в Москву рано утром, задолго до авиарейса.

Уже сбегая по лестнице, я снова полезла за телефоном.

– Алло, Клавдию Михайловну можно? – быстро заговорила я в трубку. – Тетя Клава, здравствуйте, это Женя. Дневная смена еще не ушла?

– Ну раз уж я здесь, то, наверно, не ушла, – рассудительно сказала тетя Клава. – Хотя, может быть, кто-нибудь и пораньше отпросился, откуда ж мне знать?

– Тетя Клава, у меня очень большая просьба, – продолжала я, запрыгивая в машину. – Задержите, пожалуйста, кассиров дневной смены, очень вас прошу.

– Да как же я их задержу-то? – недоуменно спросила тетя Клава. – Я им не начальник. Была бы начальник, тогда другое дело.

– Тетя Клава! – взмолилась я. – Ну придумайте что-нибудь! Не знаю, с начальством договоритесь, что ли. Это очень, очень важно!

– Естественно, очень важно. Я уже и не помню, когда ты ко мне по не очень важному делу обращалась, – проворчала тетя Клава. – Ладно, что-нибудь придумаю. Только имей в виду, у тебя на все про все полчаса, не больше. Где ты сейчас, добраться успеешь?

– Да, тетя Клава, спасибо большое. Полчаса больше чем достаточно, я здесь недалеко и надолго вас не задержу.

– Дай-то бог, знаю я твои планы, – снова проворчала тетя Клава. – Как тогда в Ленинград ехала, помнишь? Сперва одно место просила, для себя, а потом привела целый табор, а сама не поехала. Я до сих пор как этого проводника увижу, так не знаю, куда глаза девать.

Я украдкой вздохнула. Были у тети Клавы две привычки, раздражавшие меня до крайности. Во-первых, она упорно продолжала называть Санкт-Петербург Ленинградом, а во-вторых, никогда не упускала случая поворчать по поводу той давней истории. Когда-нибудь я не сдержусь и обязательно все это ей выскажу, но не сейчас. Сейчас нет времени.

– Я скоро подъеду, – сухо произнесла я и выключила телефон.

Дорога и впрямь заняла очень мало времени, я без приключений миновала два перекрестка, на которых обычно скапливались чудовищные пробки, и добралась до вокзала меньше чем за десять минут. Войдя в здание, уверенным шагом направилась к неприметной двери с надписью «Посторонним вход воспрещен». Тетя Клава работала в кассах на втором этаже, мне предстояло подняться по крутой лестнице с щербатыми ступенями. На площадке между этажами курила немолодая полная блондинка в железнодорожной форме. Я уже было прошла мимо, как вдруг она все-таки решила меня окликнуть:

– Алло, девушка! Туда посторонним нельзя. Вы что, неграмотная? На дверях для кого написано?

– А я не посторонняя, – ответила я, медленно спускаясь обратно. – Я к тете Клаве… К Боженовой Клавдии Михайловне. Она еще здесь?

– Здесь, где же ей быть, – успокоилась блондинка. – А вы, значит, и есть та самая родственница из милиции?

– Старший лейтенант Охотникова, – не моргнув глазом, представилась я. Боже, что тут тетя Клава про меня наговорила?

– Ясно, – криво улыбнулась блондинка. – А кого ищете?

– Я же вам говорю: тетю Клаву. Боженову, – терпеливо повторила я.

– Да я не о том спрашиваю, – снова ухмыльнулась железнодорожница. – Ловите кого? Тех, что машину взорвали, да? Фоторобот принесли?

– С чего вы взяли? – удивилась я.

– Так ваши сегодня уже были, спрашивали, – ответила железнодорожница. – Я еще удивилась, когда Клава попросила всех девчонок остаться, а потом подумала, что раз еще спрашивать собираются, значит, чего-то новое накопали. Так я права, вы с фотографиями пришли? – пытливо прищурилась блондинка.

– Ошибаетесь, – сказала я, протягивая Борин паспорт. – Но только самую малость.

– Вот так, уже и документы его нашли. Лихо, – одобрительно цокнула языком железнодорожница, раскрывая паспорт. – Это он и есть? Так вот что я вам скажу, девушка. Зря девчонок задерживали, билеты-то я ему продавала.

– Как бы раньше знать, – пожала плечами я. – А вы уверены, что это он?

– Еще бы, – кивнула кассирша. – Я на него поначалу внимания не обратила, он все у окна торчал. На втором этаже, прямо напротив моего окошка. Как та машина загорелась, все люди, естественно, к окнам бросились, а он, наоборот, от окна к кассе пошел. Мне бы еще тогда сообразить, что дело нечисто, так до меня только под вечер дошло. Уже и поезд ушел, и ваши тут всех передопрашивали, я все сижу дура дурой. Это он, наверно, меня своими билетами с панталыку сбил.