Камелефата

Капитан в окружении всех своих сокровищ сидел за грубо сколоченным столом и ел. Камелефату он принял весьма любезно и выразил ему сочувствие по поводу его несчастливой судьбы. Ибо хоть он и был пиратом, но страдания людские прекрасно понимал, да и к самому юноше относился с большой симпатией. Он даже попросил Камелефату рассказать о своей жизни.

Камелефата рассказывал очень откровенно. Бывают такие моменты в жизни каждого, когда выговориться просто необходимо, чтобы как-то облегчить себе душу. И вот Камелефата рассказал капитану об отце и матери, об их гибели, о себе… Но он так и не ответил на вопрос, что же дала ему жизнь? Удовлетворение или одни лишь трагические переживания и утраты?.. Горе или счастье ждали его на родине — в любом случае душа молодого ашуку стремилась только туда!

Капитан внимательно выслушал юношу. Он не произнес ни единого слова, но, казалось, о чем-то крепко задумался. Наконец Камелефата подошел к тому, что и привело его сюда.

— Я хотел бы, чтобы мне позволили выкупить моих товарищей на свободу, — сказал он. — Этим я нанесу работорговле еще один удар. Прошу вас, дайте мне судно и несколько ваших матросов, а остальную команду я составлю из рабов, которых сам выберу. Все захваченные нами суда со всем содержимым будут принадлежать вам, а нам — лишь чернокожие рабы. Вы не раскаетесь, если позволите мне это, даю слово!

Капитан еще немного помолчал, подумал. Что-то подсказывало ему, что этот чернокожий парень врать не способен.

И предложение Камелефаты было принято.

Так появился экипаж Черного корабля. Камелефата очень быстро научился командовать судном и стал его капитаном. Его соотечественники тоже учились морскому делу в рекордные сроки.

Уже через два месяца крупные морские компании, корабли которых курсировали в Атлантическом океане между Африкой, Америкой и Антильскими островами, занимаясь перевозкой рабов, на свою беду, познакомились с Черным капитаном, который был черен не только кожей, но и одевался во все черное. На белом флаге его пиратского корабля был изображен негр, разрывающий цепи. Неуловимый Черный капитан быстро превратился для некоторых в героя не то сказки, не то легенды. Те, кто знал о нем лишь понаслышке, сами распространяли о Черном капитане самые невероятные сплетни. Моряки же, имевшие с ним дело, считали его настоящим дьяволом. Если он атаковал судно, можно было считать его уже захваченным. Но все, на кого он нападал, единодушно отмечали, что всемогущий повелитель Черного корабля всеми возможными способами избегает кровопролитий.

Итак, чтобы спасти своих товарищей по плену, Камелефата, несмотря на тоску по родине, поступил на службу к капитану флибустьеров. Для того чтобы всем рабам была дарована свобода, необходимо было захватить назначенное количество торговых судов. Откупаясь от флибустьеров, Камелефата вел своеобразную войну с работорговцами. Прошло совсем немного времени, а на счету у него было уже около двадцати захваченных судов; ему удалось вырвать из рук белых работорговцев двести чернокожих рабов.

Эти несчастные африканцы, практически спасенные им от смерти, познали ужасные мучения по пути в рабовладельческий ад, и Камелефата рассчитывал, что и они примкнут к нему в борьбе с работорговлей.

Камелефата мечтал, вернувшись в родные края, развернуть эту борьбу по всей стране, где обитало и его родное племя. Стать королем он вовсе не стремился, но начинал понимать, что теперешний король, пособник работорговцев, служит лишь помехой в его благородном деле. «Кроме того, — думал порой Камелефата, — разве это так уж плохо — стать королем?» Теперь ему уже так не казалось. Впрочем, он по-прежнему считал, что правителю недостойно без устали обогащаться, нимало не заботясь о благополучии своего народа.

Прекрасно понимал Камелефата и ту великую ответственность, которая ложится на плечи главы государства, который не на словах, а на деле печется о благе своего народа. Но так или иначе, все это были пока одни лишь мечты.

Пролетело четыре года. Камелефата сильно возмужал. За свои двадцать пять лет жизни, к тому же весьма насыщенной событиями, он приобрел немалый опыт. Настала пора освободить всех рабов-африканцев из лап флибустьеров. Камелефата готов был применить даже силу, если это будет необходимо.

В ночь перед решающим разговором с капитаном флибустьеров Камелефата собрал всех африканцев и объяснил, чего он хочет от них в будущем. Энтузиазм, с которым сотни людей восприняли его слова, вдохновил молодого борца за справедливость.

Для Камелефаты-Освободителя то был важный шаг к достижению успеха. Количество торговых кораблей, которые по договоренности он должен был захватить, давно превзошло всякие требования. Но собирался ли глава флибустьеров действительно сдержать свое обещание? Готов ли он был отпустить своего лучшего капитана, да еще с таким количеством чернокожих, продажа которых могла обеспечить пиратам громадный доход? Вот что беспокоило Камелефату.

Он рассмотрел все возможные варианты. Их, собственно, было два. Или пираты откажутся освободить рабов, и тогда придется «убедить» их силой — для этого случая в одной из пещер у него было припасено достаточно оружия. Или они предоставят африканцам полную свободу, и тогда все обойдется ко взаимному удовольствию.

В молчании расходились африканцы с этого ночного собрания. С душевным трепетом думали они о том, что в скором времени смогут вновь обрести родину и близких. Некоторые погрузились в мечты о покинутых семьях, кто-то вспоминал отца и мать, а иные мечтали о дорогих сердцу невестах, и среди последних был и сам Черный капитан. Он оказался не в силах забыть нежное лицо Ситье, которое было таким печальным, когда они виделись в последний раз. И когда он мечтал о любимой, то ужасная тоска теснила ему грудь, ему страстно хотелось обрести крылья, полететь к ней, убедиться, что она жива, что она ждет, что она все еще его любит…

Погруженный в мысли о Ситье, Камелефата осторожно пробирался к себе в пещеру и старался не шуметь: о состоявшемся собрании не должно было быть известно никому из белых флибустьеров.

Но храбрый Камелефата не знал, что речи их слушал не замеченный никем сам капитан флибустьеров. И когда африканцы разошлись, капитан, улыбаясь, вышел из своего укрытия и направился домой.

20. Жанна

Как всегда прекрасное, над островом пиратов засветилось утро. Камелефата смотрел, как солнце постепенно заливает золотом ровную голубую гладь океана. Над водой носились чайки — принимали утреннюю ванну. От картины этой веяло безмятежностью. Но мог ли он, Камелефата, наслаждаться безмятежным утром подобно этим птицам, если сегодня ему любой ценой предстояло вызволить из рабства целую армию людей!

Черный капитан умылся в ручье на берегу гавани и стал ждать, пока соберутся все его братья по крови, чтобы вместе идти на переговоры с капитаном флибустьеров. Усевшись на ствол упавшего дерева, Камелефата задумался. Этот день должен непременно принести победу — ведь это будет первая настоящая победа в борьбе с работорговлей. Проиграть? Нет, ни за что!

Внезапно у ручья, неподалеку от того места, где он сидел, послышалось шуршание сухих листьев. Кто-то явно за ним подглядывал. Камелефата сделал вид, будто ничего не слышит и по-прежнему погружен в свои мысли. Тогда до его слуха долетел смешок, и из зарослей вышла белокожая девушка. Она была почти такого же роста, как Ситье, со светлыми золотистыми волосами и удивительными зелеными глазами.

— Здравствуй, Жанна, — сказал Камелефата улыбаясь.

— Здравствуй, Черный капитан, — ответила она.

Жанна была дочь, и притом единственная, самого капитана флибустьеров. Мать ее умерла, когда девочке было всего семь лет. С тех пор они жили с отцом одни. Это была хорошо образованная и воспитанная девушка, резко выделявшаяся среди неотесанных пиратов. Впрочем, нежная и очаровательная Жанна прекрасно владела любым оружием. И не удивительно, потому что капитан флибустьеров справедливо считал, что дочь его непременно должна уметь себя защитить.