Каменщик

— Обычно рассмотрение дел о стрельбе занимает до трех месяцев, пока не станет ясно, была она оправданна или нет, — монотонно сказал юрист, словно зачитывая Вэйлу его права.

Вэйл засмеялся. Он знал: стрельба была оправданна и свидетелей не было, однако нашел забавным, что к тому времени, когда разбирательство дойдет до высоких кабинетов в здании имени Гувера, он снова будет класть кирпичи. Юрист спросил, что тут смешного, но Вэйл махнул рукой и подписал показания не читая.

Затем его повели в другую комнату для допросов, где ждали полицейские детективы, получившие копию показаний. Прочтя их, они допрашивали его еще два часа. А когда закончили, Вэйл направился к Кэт. По пути он думал о поездке в отделение. После того как он спросил Кэт о слежке, между ними не было сказано ни слова. Вэйл решил, что был с ней слишком суров. Какие бы ни были у нее причины сердиться, она больше, чем просто способный агент, и, что не менее важно, никогда не ставила карьеру выше его безрассудного сопротивления порядкам ФБР. Вэйл старался не поддаваться своим чувствам, но Кэт ему нравилась, пожалуй, больше, чем он готов был признать.

Дверь в ее кабинет была приоткрыта, и он дважды постучал, прежде чем войти. Кэт разговаривала по телефону и жестом пригласила его садиться. Позади нее в углу стоял недавно доставленный стальной сейф, похожий на картотечный шкаф, только весил он шестьсот фунтов и в центре верхнего ящика находился диск шифрозамка.

Вэйл снял пиджак и бросил на кресло. Увидев на столе газету со статьей о самоубийстве Бертока на первой полосе, он по привычке начал читать, но, вспомнив, что в пресс-релизе начальника нет правды, отложил ее. Кэт бросила на него взгляд, он почтительно улыбнулся, предлагая мир, и ее глаза засветились легкой улыбкой. Поговорив еще с минуту, она положила трубку.

— Чем закончилась встреча с полицейскими?

— Они не сказали, но как будто не собираются никого арестовывать, — ответил Вэйл. — Похоже, я не связан с кое-чем из обнаруженного в той машине.

— А кое с чем связан. Когда достигаешь должности второго заместителя директора, становишься избалованной и думаешь, будто тебе все позволено. Только после того как мы отправили тебя в туннель с деньгами, я почувствовала себя лицемеркой. Отдаешь распоряжения, являешься виновницей событий, ничем не рискуя. Тебя могли убить, а я сидела в отделе расследования тяжких преступлений, попивая кофе. Ты должен понять. Я не хочу чувствовать себя никчемной. А всякий раз, когда ты делаешь что-то опасное, у меня появляется такое чувство.

— Что касается никчемности — поверь, ты ужасно неквалифицированна. А в серьезных ситуациях я и сам не знаю, что произойдет. Никогда не строю планов и не подсчитываю шансы выжить. Просто так получается. Однажды, вероятно, не получится. Может, поэтому я не против быть каменщиком. Убивают нас редко. И, во всяком случае, не на работе.

Кэт улыбнулась и, достав из ящика стола «глок» той же модели, какой Вэйлу пришлось сдать, протянула ему:

— Я спустилась в оружейную и взяла его для тебя.

— Не хочу оставаться в долгу. Что скажешь насчет ужина?

— Согласна, но, пожалуй, его придется брать навынос. Мы установили личность того типа, что стрелял в тебя. Это Ли Дэвис Солтон. Недавно вышел из Марионской федеральной тюрьмы. Длинный перечень ограблений банков плюс отвратительное похищение. Какой-то мерзавец нанял Солтона, чтобы тот подверг пыткам и искалечил его жену, не убивая. Видимо, хотел, чтобы она долго страдала. Не знаю, как такие люди находят друг друга. Мало того, перед освобождением Солтона хотели привлечь к суду за убийство заключенного Майкла Вэшона, но не смогли возбудить дело из-за недостатка улик. Из тюрьмы пришлют электронной почтой фотографии людей, с которыми он общался. Надеюсь, один из них окажется твоим противником номер два.

— Хотел бы я на него взглянуть.

— Во всяком случае, имена послужат отправной точкой, — сказала Кэт.

— Как реагирует на это Колкрик?

— Думаю, у него нет времени огорчаться. С одной стороны, он получил обратно три миллиона долларов ФБР. С другой — нашел их не он. И даже не может заявить, что руководил операцией. И теперь, по-моему, пытается оправдаться, доказав причастность Пандерена. Происхождение ствола в «глоке» Бертока проследили. Он был доставлен с грузом товара в оружейный магазин в Линвуде, штат Калифорния, двадцать первого апреля этого года и продан человеку по имени Гэлвин Гоул.

По интонации Кэт Вэйл понял, что она хочет удивить его, назвав в конце кого-то известного им обоим.

— Кто он?

— Не торопи мой удачный финиш. Мы прочли списки сотрудников Бюро, там есть некий Гэлвин Гоул. Оказывается, это агентурное имя Винса Пандерена. — Вэйл остался невозмутимым. — Ну что опять не так?

— Какова реакция Колкрика?

— Как ты сказал, устроил слежку и наверняка добивается ордера на обыск. Ты встречался с Пандереном. Не думаешь, что это он?

— Вторым человеком, в «хонде», был не Пандерен, помнишь?

— Ну, может, он член этой группы. Ты так не считаешь, или дело в том, что тут всем заправляет заместитель директора?

Вэйл улыбнулся.

— Ты читала мое досье. Там говорится, что я отлично ладил с другими?

— Минутку. Ты не боишься, что Колкрик превзойдет тебя; ты используешь Пандерена как ширму.

— Как ширму?

— Хочешь, чтобы дело выглядело так: ФБР охотится за Пандереном, поэтому ты можешь вести другой поиск.

— В следующий раз я попрошу второго заместителя директора, который проводит больше времени в обувных магазинах, — сказал Вэйл. — Остальные члены шайки должны быть уверены: официально ФБР занято Пандереном, — чтобы мы получили возможность негласно выяснить, кто есть кто. Эти люди слишком умны и хорошо информированы, чтобы нам удалось их надуть.

— Нам? Значит, я снова должна хранить секреты от своего босса?

— Если выбираешь карьеру, тебе нужно только сказать Колкрику, что я кое-что от него скрываю. Не обижайся. Это твое право.

Кэт обдумывала предложение несколько секунд.

— А что ты собираешься делать дальше?

— Извини, нужно придерживаться одного принципа: с каждым поворотом этого дела становится все меньше людей, которым можно доверять. Сейчас мне требуется слепая верность. Либо ты целиком со мной, либо целиком со своим боссом.

Кэт снова села в кресло и вздохнула.

— Почему бы нет? Возможно, я и так уже поднялась выше своего уровня некомпетентности. — Она взглянула на часики: — Мне пора. Дон назначил совещание, начавшееся пять минут назад. Просил привести и тебя, если ты закончил давать показания.