Канашибари

Воспоминания были мне слишком дороги, и лишиться их… это было очень страшно. Даже те, что причиняли боль, были частью меня, как ноющая голова или порезанный палец, от которых никто не собирается избавляться. Эта боль была моей, и связана она была с другими чувствами — радостью, волнением, гневом. Счастьем, пусть и кратковременным. Я хотела бы никогда не переживать многие моменты… но если пережила, то ничего уже не изменить. И не отнять.

Значит, лучше опять поставить обоняние. Я быстро вывела иероглифы на листке, отчего черты последнего получились немного криво, но меня это не волновало. Пару мгновений ничего не происходило, но затем васи поглотила туш.

Ставка была принята, и невольно я вновь обернулась к фусума, подобной той, на которой появлялись ребусы в первой тобаку. Но на этот раз игра должны была быть совсем другой, и я лишь понадеялась, что она не будет сложнее… Мало того, что я не хотела лишиться обоняния и играть снова, вновь рисковать, мне необходимо было получить лекарства для Кандзаки как можно скорее.

Передо мной на столе появились три листка, два из которых были пусты, а также песочные часы. Я тут же склонилась над бумагой, и увидела простой судоку [85] . Это был большой квадрат, состоящий из четырёх поменьше, каждый из которых имел девять внутренних ячеек. Часть из них была пуста, а в некоторые были вписаны числа.

85

Судоку (яп. ??) — классическая японская логическая игра, головоломка с числами.

Я тут же стала размышлять, как правильно заполнить пустые квадратики, и справилась с первой картинкой ещё до того, как половина песка оказалась в нижней части часов.

Тушь впиталась в бумагу, но я знала, что все верно, и со спокойной душой перешла ко второму листку, на котором проявилось новое задание. Тут мне нужно было заполнить два таких квадрата, каким был судоку на первом листе. Я уверенно начала заполнять пустые ячейки, мысленно радуясь тому, что родилась с математическим складом ума. В детстве я решала множество судоку, соревнуясь с братом. Воспоминание кольнуло сердце, и я, отвлекшись, едва не вписала число в неправильную клеточку.

Отругав себя за невнимательность, я перешла ко второй половине задания. На этот раз оно было сложнее, и мне пришлось поломать голову, чтобы не ошибиться, но я справилась со всем заданием за две трети отведенного времени.

Сделав глубокий вдох и медленно выдохнув, я дождалась, пока последняя песчинка упадёт вниз, после чего на третьем листе сразу же увидела новое задание — значит, пока что все было решено верно.

Новая головоломка представляла из себя уже девять квадратов, объединенных в один. При первом же взгляде было ясно, что этот вариант судоку гораздо сложнее. Я напряжённо всмотрелась в пересекающиеся столбики, сосредоточенно нахмурив брови.

Я начала с простой тактики, быстро подсчитав, какое из чисел встречается во всех девяти блоках чаще всего. Во всей головоломке это была пятерка — она попалась шесть раз. Затем я стала подбирать блоки, в которых пятерки нет, и, основываясь на них, стала исключать места в каждом столбце и ряду, где пятерка точно не могла быть вписана. Так я быстро нашла нужную ячейку.

Дальше, так как этот судоку был действительно сложным, я стала решать его методом исключения. Стараясь держать в уме текущие найденные и имеющиеся числа, я выбирала поля, в которых могли стоять только два числа, и дальше с помощью подстановки мне удалось найти большую часть пар в других клетках.

Вероятность того, что я угожу в тупик, была пятьдесят процентов, то есть шансы на ошибку и правильное решение были равны. Если бы результат не сошелся, я могла понять, что выбранное мною число неверно, и просто подставить одно оставшееся.

Однако, зайдя в «тупик» и подставив второе число, я поняла, что и оно не подходит. Сердце пропустило удар, когда я поняла, что теперь мне нужно искать ошибку и, возможно, начинать все сначала. Взгляд в панике метнулся к песочным часам. Времени оставалось совсем немного, и я начала судорожно просматривать и анализировать вписанные в головоломку ответы.

Наконец я нашла ошибку, резким движением заменила число, и затем с легкостью внесла ещё несколько ответов. Бросив быстрый взгляд на песочные часы, я поняла, что осталось не больше десяти секунд. Борясь с паникой, я последовательно заполнила оставшиеся ячейки и оторвала кисточку от бумаги за пару секунд до конца игры.

Спешка и нехватка времени не позволили мне проверить правильность решенного ребуса. Казалось, в висках что-то сжалось, а затем взорвалось, горло мгновенно пересохло… но вот чернила впитались в бумагу, и заиграла красивая переливчатая мелодия — слишком знакомая, вызвавшая боль в груди из-за связанных с ней воспоминаний.

Сёдзи впереди раздвинулись, и я поспешила за выигрышем, чувствуя лихорадочное биение своего сердца. Слишком много нервов, слишком сильное напряжение. Я уже просто устала бояться.

Казалось, что внутри меня лишь выжженное поле — ни травы, ни цветов, ни даже сорняков. Лишь пепел.

Сложив травы, лекарства и бинты в рюкзак, я вышла из минка, воровато оглядываясь.

Легкий утренний ветерок неприятно холодил голые руки и открытые ноги, и я решила, что нужно найти новую толстовку. А также, почувствовав жжение в руке, поняла, что бинты из лоскутов от платья Кандзаки нужно сменить на новые, не испачканные грязью и кровью. И, конечно же, необходимо было обработать укусы как на руке, так и на ноге. Оставалось лишь надеяться, что среди выигранных лекарств будет что-то полезное для моих мышц и связок. Мало того, что они не привыкли к таким нагрузкам, так еще и падение с лестницы напоминало о себе достаточно болезненным образом.

Я как могла поспешила обратно в кафе, где оставила Кадзуо присматривать за Кандзаки. Внутри робко расцветала надежда, что девушка очнулась, но я нещадно давила это чувство. Шансов было мало. Борясь сама с собой и одновременно пытаясь не заблудиться, я слишком поздно расслышала приближающиеся шаги.

Услышав — уже совсем близко — легкий шорох подошв об асфальт, я резко развернулась, но опоздала. Кто-то сорвал рюкзак с моих плеч, и в попытке удержать выигрыш я схватила лишь воздух.

Передо мной стояли двое парней чуть старше двадцати. Грязные лохматые волосы и несвежая одежда — оба выглядели потрепанными, но казались здоровыми и бодрыми. На их лицах я увидела усмешки. Мне эти незнакомцы не понравились сразу — что-то неприятное было в выражении их лиц, что-то отталкивающее в их глазах.

— Привет! — с насмешкой поздоровался один из незнакомцев — достаточно высокий и полный. Второй, тощий и сутулящийся, держал мой рюкзак за лямку, слегка раскачивая его.

Я нахмурила брови и зло произнесла:

— Верните. Это мое.

— Как невежливо, — хмыкнул парень с моим рюкзаком. — Мы видели, ты вышла из домика, где играют в тобаку. Посмотрим, что ты выиграла…

И с этими словами он полез в мой рюкзак.

— Надеюсь, там будет лапша или жареная свинина, — усмехнулся второй парень, а я кинулась к ним, пытаясь вырвать рюкзак. Но крупный парень с силой оттолкнул меня. И хоть он не выглядел спортивным, но весил намного больше и был на голову выше. Я едва устояла на ногах, но не сдалась, хватая свой рюкзак.

— Да отстань ты, а то хуже будет, — зло выдохнул тощий парень, а его друг схватил меня за руки и заломил одну мне за спину. Я вскрикнула и попыталась ударить его ногой в колено, но парень со смешком увернулся и сильнее выкрутил мне руку. Я сжала зубы, чтобы не вскрикнуть.

— Так… Эх, нет, Тэкуми. Здесь только лекарства.

— Вот как, жаль… — протянул тот, кого парень назвал Тэкуми. — Что, кто-то из твоих друзей заболел? — с легкой издевкой спросил парень. — Ничего, Хироши, нам и это пригодиться.