Капитан

Первые три недели службы Особого отдела дали невероятное количество новой, зачастую непонятной информации и показали, как плохо они представляют истинный масштаб деятельности японских шпионов.

Храбров еще раз перечитал рапорта сотрудников и принялся формулировать общие положения доклада, предназначенного для адмирала Моласа. Исполняя должность начальника Штаба, он стал той фигурой, которая не могла не знать о деятельности Особого отдела. Прятать секреты от Моласа было просто глупо и непрофессионально.

Храбров взял чистый лист бумаги, обмакнул перо и начал писать.

Первое: зная о неизбежности войны, начиная с начала 1903 года японская разведка принялась активно внедрять своих агентов в большинство сфер жизнедеятельности Порт-Артура и, весьма вероятно, Владивостока. Второе: большая часть агентов прекрасно подготовлена и работает за идею, а не за деньги, при этом в качестве прикрытия с радостью готова выполнять самые унизительные и низкооплачиваемые работы. Третье: вражеские агенты полностью изолированы от так называемых «горизонтальных» связей и ничего не знают про своих коллег. Четвертое: связь они держат через систему тайников, закладок и пересылок, используя шифры, псевдонимы, агентурные прозвища и качественно проработанную структуру завуалированных названий и аллегорий. Пятое: будучи задержанными, часть из них выбирает смерть, а не сотрудничество с Особым отделом контрразведки флота.

Храбров озвучил еще ряд более-менее ясных положений, а затем вздохнул и начал излагать идеи по поводу того, как со всем этим можно бороться. Он знал, что адмирал Молас, а вместе с ним и Макаров обязательно захотят знать, как Особый отдел намерен действовать, простая оценка ситуации их совершенно не устраивала.

Работы было непочатый край. Макаров в секретном приказе назначил дату выхода эскадры в море и теперь все лихорадочно готовились. Хорошо, что Харитонов взял на себя львиную долю забот, касающихся крейсера и экипажа, да и сам «Наследник» находился в образцовом состоянии.

Храбров пока справлялся, но здраво предчувствовал, что шквал различных сведений скоро может смести его, как щепку в океане. Требовалось искать надежного заместителя, того, кто возьмет на себя заботы Особого отдела и сможет подменить в случае необходимости.

Хокку* — жанр традиционной японской лирической поэзии вака, известный с XIV века.

Глава 11

Глава 11

Двадцатидевятилетний лейтенант Александр Колчак, среднего роста, стройный и худощавый брюнет с орлиным носом, прибыл в Порт-Артур, горя желанием добиться места на крейсерах «Наследник», «Аскольд» или «Новик». Если же судьба заупрямится и не пойдет навстречу, то подойти мог и любой броненосец. Моряк мечтал о боевой должности, рейдерских операциях, стремительных крейсерских маневрах, минных постановках, всем сердцем желая находиться в гуще самых опасных событий. Ученый, океанограф и полярный исследователь, он понимал, что на время начавшейся войны стоит позабыть о мирных занятиях и сосредоточиться на той пользе, что можно принести Родине. И для этого нет места лучше, чем палуба военного корабля.

Среди тех крейсеров, что рассматривал лейтенант, особое место занимал успевший прославиться «Наследник». Возможно, это был наилучший вариант для амбициозного и смелого офицера, да только кто его туда возьмет без протекции и заслуг? И все же на вокзале Колчак взял рикшу и велел отвезти себя на пирс, откуда первым делом решил отправиться к капитану Храброву, положившись на удачу. В конце концов, он ничего не терял. Будучи ранее знакомым с адмиралом Макаровым, Колчак не сомневался, что тот найдет ему неплохое место, вот только ему уж очень сильно хотелось попасть именно на «Наследника».

Капитана Храброва он пока лишь знал заочно, в основном по рассказам офицеров и общих знакомых. Встретиться лично с ним он мечтал давно, еще с тех самых пор как во время Англо-Бурской войны будучи прикомандированным в качестве представителя РИФ, Храбров написал серию очерков «Записки офицера-наблюдателя». Живой слог, энергичность и наблюдательность были замечены и по достоинству оценены публикой. Поначалу они печатались в «Морском сборнике», потом ими заинтересовалась «Нива», а после их отпечатали отдельной брошюрой.

Рикша быстро довез до пирса. Лейтенант расплатился и подхватив внушительный чемодан, представляющий все его движимое имущество, отошел в сторону и осмотрелся. Ветер дул прямо в лицо. Воздух в бухте казался свежим и приятным, во всяком случае, более прогретым, чем в Иркутске, откуда офицер и прибыл. Недавно состоялась его свадьба, пятого марта он обвенчался с прелестной Софьей Омировой. От красавицы-жены он был в восторге. Про таких в Смольном говорили, что последний том сочинений Пушкина она прочитала ещё на первом курсе, что свидетельствовало о многом. Ее молодость, кругозор и юмор вскружили ему голову, но в связи с последними событиями он был вынужден позабыть на время о семейном счастье и уделить все внимание продолжающейся войне.

На воде у пирса было тесно от многочисленных лодок и катеров. Дальше, в гавани, монументально возвышались броненосцы в окружении более легких крейсеров. Колчак быстро нашел взглядом «Наследника» — за последний месяц его фотографии и рисунки перепечатывали чуть ли не во всех газетах страны. Прямо за ним поднимались склоны Тигриного Хвоста с приткнувшимся у подножия Минным городком.

Колчак прошелся по пирсу, обдумывая, к кому обратиться с просьбой доставить на нужный борт, но никого просить не потребовалось. Сзади налетел старый знакомый Коля Львов.

— Сашка! Вот так встреча! Рад тебя видеть! Откуда ты здесь, как поживаешь? — радостно закричал Львов, заключая его в объятья.

— Собственно, я из Якутска, проездом задержался в Иркутске, где неожиданно умудрился жениться. Представляешь? В телеграмме упросил великого князя Константина Константиновича о ходатайстве и переводе в Артур, и вот я здесь. А ты что?

— Служу ревизором на «Аскольде», — сообщил товарищ. — Ну, брат, ты даешь… Стало быть, предал наше холостяцкое братство?

— Предал, сознательно и навсегда, — пряча улыбку сознался Колчак. — Вот, сейчас думаю, как попасть на «Наследника». Не подсобишь?

— Легко, — моментально откликнулся Львов. — У Храброва желаешь служить? Толково придумано, только плюнь дорогой ты мой Саша на эту затею.

— Как плюнуть? — удивился лейтенант.

— Как бы тебе плюнуть… — сделав вид, что всерьез призадумался, Львов сдвинул на затылок фуражку и почесал лоб. — Слюной плюнь, не выгорит у тебя ничего. К Храброву вся Тихоокеанская эскадра перевестись хочет. Он сейчас в фаворе, может себе позволить выбирать лучших. Да и Макаров ему благоволит. Уяснил диспозицию?

— Уяснил, — Колчак постарался не показать виду, как расстроился. Хотя, именно этого и стоило ожидать. — Но я все равно попробую.

— Дело хозяйское. А то, может, на «Аскольд» попросишься?

— С удовольствием, но сначала, как и задумывал, посещу «Наследника», — дипломатично ответил Колчак, не желая расстраивать товарища.

У Львова на пирсе имелся вельбот с матросиками. Они слаженно навалились на весла, умело двигаясь и ориентируясь на задающего темп загребного. Лодка мигом доставили его куда требовалось.