Каратила

Параллельно с открытием предприятий и проработкой вопроса получения кредита друзья вели активные поиски дел, которыми можно было бы заняться, имея на руках кое-какие деньги. В это время в республике стали открываться первые водочные цеха, и тема спирта и водки становилась очень актуальной.

Через знакомых Марату удалось выйти на местного изобретателя-самоучку, который утверждал, что он разработал очень простой и эффективный способ получения чистого спирта. Для завершения испытаний и постройки действующего аппарата ему, как и всем изобретателям, не хватало только финансовых вливаний. Рамазан, изобретатель-самоучка, приехавший во Владикавказ из Дагестана, жил с женой и двумя маленькими детьми в семейном общежитии на окраине города. Он был ужасающе беден, и это сразу бросалось в глаза при посещении его скромного жилища. Заинтересовавшись возможностью создания предприятия по производству спирта, молодые предприниматели стали финансировать опыты Рамазана, подкидывая ему небольшие суммы для завершения постройки экспериментального аппарата по производству спирта.

Егор, Марик и Марат стояли в длинном полутемном коридоре семейного общежития. Из полуоткрытых дверей разных комнат доносились крики детей, плачь младенцев и переругивание взрослых. С общей кухни тянулись запахи дешевой невкусной пищи. Постучав в деревянную дверь, покрытую облезшей краской, они вошли в комнату к Рамазану. Друзья пришли поговорить с ним о сроках готовности экспериментального аппарата, которые постоянно сдвигались по разным причинам.

Хозяин комнаты — широкоплечий крепкий мужик в одних брюках, сидел на кровати, застеленной старым покрывалом. Он держал на коленях своего годовалого сына, одетого в застиранные ползунки неопределенного цвета, который весело агукал и пускал пузыри. Старший сын дагестанца — пятилетний карапуз, одетый в старую разношенную майку и колготки с вытянутыми коленками, весело катал машинку с тремя колесами по грязноватому полу. Отломанное четвертое колесо валялось немного в стороне, по всему было видно, что и остальные колеса несчастной машинки в скором времени ожидает та же незавидная участь. Жена вышла на общую кухню приготовить ужин, и отцу приходилось присматривать за детьми.

— Рамазан, ну как продвигаются твои работы по аппарату? Когда, наконец, будет результат? — после дежурных приветствий поинтересовался Марик.

— Уже почти все готово, — Рамазан говорил по-русски с гортанным акцентом, очень похожим на чеченский. — Надо еще немного денег, чтобы докупить необходимое оборудование.

— Ты же говорил, что все уже купил и денег больше не нужно, — вмешался в разговор Марат.

— Нет, надо еще, — виновато сказал Рамазан. — Те нагревательные тэны, что я купил, оказались недостаточно мощными, нужны по крайней мере в два раза мощнее, кроме того нужна нержавейка и еще кое-что.

— Рамазан, у тебя постоянно одни отсрочки. То одно не так, то другое, — Марик стал очень серьезным. — Ты же понимаешь, что мы не просто так даем тебе деньги. Нам нужен результат, которого ты никак дать не можешь. Давай договоримся так. Ты сам сейчас определишься со сроками, в которые сможешь доделать аппарат. Но если ты уж скажешь свое слово, то тебе, чтобы не поссориться с нами, придется его держать. Договорились?

— Мне нужны еще месяц-два. Я гарантирую результат, — испуганно ответил тот.

— Ладно, со сроками определились. Пусть будет два месяца, — Марик немного подобрел. — Давай поговорим насчет места сборки аппарата. Мы арендовали небольшое помещение в поселке Южном. Там есть электричество, вода, пар, оно находится на территории охраняемой базы. Мы уже поставили там железные двери и решетки, так что можно начинать завозить туда все материалы, необходимые для сборки.

— Так завтра и начнем, — повеселел Рамазан. — С машиной поможете?

— Конечно, поможем. 'ЗИЛ' тебе подойдет?

— Да, конечно. Если что, мы пару раз смотаемся туда-сюда и все перевезем.

— Люди нужны? — поинтересовался Егор. — Если что, мы тебе пару-тройку человек подкинем.

— Нет, я лучше своих мужиков с завода возьму. Мне со своими как-то привычнее…

Через две недели после поездки в Волгоград Беко объявил о приезде большой шишки, которую нужно будет хорошо принять и повозить по городу, чтобы ознакомить с возможными объектами вложения денежных средств.

— В нашей республике сейчас есть три наиболее актуальные темы, — втолковывал приятелям Беко. — Первая — это цветной металл, так как у нас полно предприятий, производящих его. Вторая тема — это водка. С этим и так все понятно. Третья тема — это туризм. У нас в горах полно разных туристических баз, которые сейчас совершенно заброшены. Их при желании можно будет выкупить за копейки, а потом восстановить и возить сюда туристов из-за бугра, благо места здесь у нас очень красивые и нетронутые цивилизацией, а западный турист это любит. Нам надо будет подать все это в красивой упаковке, чтобы этот человек сам захотел нам помочь и себе заработать.

На следующий день они на двух машинах отправились в бесланский аэропорт, встречать прибывающую шишку. За рулем отремонтированного и заново покрашенного 'Форда' красовался Беко. 'Форд' предназначался для прибывающей делегации, а в 'Москвич', выпрошенный Маратом у отца, залезли Егор, Марик и Кес. В аэропорту компания расселась на подоконниках, ожидая прилета важного гостя. Объявили посадку самолета из Волгограда, и все напряглись в ожидании.

— Здорово, бродяга, — Беко сорвавшись, с места, живо подскочил к трем прибывшим пассажирам.

Он обнялся с плюгавеньким светловолосым мужичком в белом летнем костюме, за спиной которого шкафами возвышались двое крепких молодых людей.

— Что это он его бродягой обозвал? — толкнул Егор Марика.

— Да то, что это какой-то блатной. Посмотри на татуировки на его руках. У блатных обращение 'бродяга', что у буржуев 'господин'.

— А-а, значит, мы теперь с блатными работать будем.

— Да нет, ты не понял, это раньше он был блатным. Теперь это бизнесмен, председатель правления банка и вообще очень уважаемый человек.

После встречи и взаимного знакомства вся компания, рассевшись по машинам, понеслась в город. Первая остановка была в небольшом ресторанчике, располагавшемся в полуподвальном помещении, в котором гостей уже ждал заранее заказанный столик. Они расположились в уютной отдельной кабинке, симпатичная официантка в белоснежной кофточке, порхая как диковинная птичка, быстро принесла салаты и холодные закуски. Потом она поставила на стол запотевший графин с водкой, и мило улыбнувшись гостям, исчезла.

За шикарно сервированным столом Беко расписывал гостю прелести местной природы. Он, широко разводя руки, показывал, какие форели водятся в кристально чистых горных реках, потом рассказывал о чудесной охоте в горах, и, понижая голос, информировал его, сколько металла можно вывезти с разоряющихся государственных заводов через задний двор, если, конечно, знать, к кому подойти. Гость молча слушал, меча в рот все, до чего он мог дотянуться.

Через несколько минут официантка на большом блюде принесла традиционные три пирога. Они лежали друг на друге и исходили одуряющим ароматом, вызывая повышенное слюноотделение у сидевшей за столом компании. Верхний пирог был с сыром и назывался олибахом, средний — с картошкой, это картофчин. И наконец, внизу лежал толстенький пирог с мясом — фыдчин. Марат большим ножом, не вращая блюдо, порезал сразу все три пирога на восемь частей, и на следующие пять минут все разговоры за столом утихли.

— Во жрет, глист! Сам маленький, а мечет за троих. И куда только в него все влезает?! — шепнул Егору сидевший рядом Казик, кивая на волгоградского гостя.

Егор молча кивнул, не в силах оторваться от сочного фыдчина.

Беко, уже выпивший под хорошую закуску несколько стопок водки, разошелся не на шутку.

— Да что дела и деньги!.. А парни!.. Ты посмотри только, какие у меня работают парни, — он указал на Егора и Марика. — Видишь, это мои бухгалтера, только что закончили институты, молодая смена, так сказать. Так вот, кроме того, что они прекрасные специалисты в финансовых вопросах, при необходимости они в рукопашке сделают любого из твоих охранников.