Карлики

– Очень неплохо, – сказала Вирджиния.

– Мэри Саксон? – сказал Марк. – Чем она теперь занимается?

– Большую часть времени проводит в Сохо, – сказал Пит. – Гуляет и танцует с каждым встречным-поперечным.

– Она до сих пор в меня влюблена?

– Об этом она ничего не говорила, – сказала Вирджиния.

– Когда-то она была от меня просто без ума, – сказал Марк.

– Это ведь та самая, – уточнил Пит, – которой ты как-то раз заехал кулаком в ухо?

– Нет. Та была Рита.

– А, ну да. Рита.

– Это еще что за история? – спросил Лен.

– Она потащила его в сад, – засмеялся Пит, – или еще куда-то, вот он и решил дать ей зуботычину.

– Ну, не совсем так дело было, – сказал Марк. – Но в любом случае она сама напросилась. Это был самый большой сюрприз в ее жизни. Я-то ни о чем не жалею. Преподал ей урок уважения к окружающим. Слушай, Лен. Нечего на меня так смотреть. Ты же эту девчонку не знал. Уверяю тебя, у меня просто выбора не было. Ну да ладно, а Мэри, значит, больше меня не любит?

– Любит? – переспросил Пит. – Она теперь на скорую руку отдается каждому коридорному в захудалой ночлежке.

Из второго зала кафе донеслись звуки гитары, по струнам которой ударили с неожиданной силой.

– А что вы делали до того, как пришли сюда? – спросила Вирджиния.

– Болтали, – сказал Пит. – Клубный вечер.

– Вот именно, – сказал Марк.

– Я пытался объяснить Лену, – сказал Пит, – что моя схема здорового образа жизни пошла бы ему на пользу, только он меня не слушает.

– Что у тебя за книжка, Вирджиния? – спросил Марк.

– «Гамлет».

– «Гамлет»? – удивился Пит. – Ну и как тебе?

– Знаете, – сказала Вирджиния, – странное дело, но я просто удивляюсь и не могу понять, что хорошего находят в этом человеке.

– Правда? – сказал Марк.

– Нет.

– То есть?

– Нет, – сказала она, – нет, в смысле я… ну, в конце концов, что он из себя представляет? Мне кажется, он просто порочный, злобный, язвительный и сентиментальный тип, которому нет дела ни до чего, кроме собственной головной боли. Я считаю, что он абсолютно не привлекательная личность.

Она откинулась на спинку стула и постучала ложкой по столику. Из внутреннего зала донесся голос, по-итальянски подпевавший гитаре.

– Ну что ж, – засмеялся Марк, – это тоже точка зрения.

– Ты совершенно не права, – сказал Пит.

– Ну, не знаю, – пробормотала Вирджиния. – Что он делает-то – только говорит и говорит без конца, и время от времени втыкает в кого-нибудь нож. Я имею в виду – шпагу.

– Очень забавно, – сказал Пит. – Но я бы предложил не углубляться в эту тему.

– Мне, пожалуй, пора, – сказал Лен, вставая из-за стола.

– Да, – сказал Пит, – пора расходиться.

– Ночная смена? – спросил Марк, направляясь вместе с ними к выходу.

– Да, – сказал Лен. – Вон и мой автобус.

– Увидимся, – сказал Пит. Лен побежал через дорогу.

– Джинни, ты будешь дома? – сказал Пит. – Я, наверное, сразу же вернусь.

– Конечно.

– Мне побыть с тобой? – сказал Марк.

– Нет, нет, я найду чем заняться.

– Мой автобус, – сказал Пит. – Увидимся. Пока, Марк.

Он пошел на другую сторону улицы.

– Ладно, – сказала Вирджиния, – я, пожалуй, пойду.

Марк смотрел, как шевелятся ее губы.

– Я бы мог…

– Нет, Марк, не надо. Мне всего пять минут до дома.

– Как дела-то? – спросил он.

– Хорошо.

– Ага.

– Ну что ж, – сказала она, – я пойду. Увидимся.

– Ладно.

– Чао.

– До свиданья, – сказал Марк.

– До свиданья.

Глава тринадцатая

Пит стремительно вышел из офиса и перешел дорогу. Он нашел пустую телефонную будку и зашел в нее. Пока в трубке раздавались гудки, он смотрел на улицу.

– Джинни? – Да.

– Ты дома?

– Дома? Конечно.

– Ну хорошо. Я сейчас зайду.

– Что за спешка?

– Я буду через полчаса.

– Что-то случилось?

– Никуда не уходи.

Он сел в автобус до Долстона. На перекрестке у светофора он спрыгнул и обошел вокзал сзади, срезав таким образом большой угол. Вирджиния открыла дверь в одном халате.

– Ты что-то быстро. Я только успела ванну принять.

– Зачем? – спросил Пит.

– Что?

Он прошел на кухню, снял пиджак и галстук и ополоснул лицо под краном.

– У тебя что, неудачный день?

Скрутив жгутом полотенце, он обернулся.

– Что ты имеешь в виду – неудачный день?

– Неудачный день. День неудачный.

– Зачем ты принимала ванну?

– Жарко.

Он отбросил полотенце, вернулся в гостиную, сел в кресло, закурил сигарету, задул спичку и посмотрел снизу вверх на Вирджинию, окидывая взглядом ее тело в распахнутом халате.

– Смотри, какие у меня соски розовые. Как у девственницы, – сказала она.

– Почему бы тебе не запахнуться?

– Зачем?

– Запахнись, пожалуйста, если тебя не затруднит.

Она затянула пояс и села за стол. Из сумочки достала сигарету и закурила.

– Кто у тебя тут был сегодня?

– Откуда ты знаешь, что тут кто-то был?

– Чашки, чашки. Кто это был?

– Моя подруга Мэри Саксон.

– Чего ей было надо?

– Чашку чая.

– Чего она хотела?

– Господи. Ничего она не хотела.

– Она же проститутка.

– Вовсе нет.

– Она же шлюха первостатейная.

Легкий ветерок колыхал занавески. Вирджиния пригладила волосы.

– Ты принимала ванну, когда она здесь была?

– А что?

– Может, она тебе спинку потерла? Пит оглядел комнату.

– А где чертежные кнопки, которые я у тебя оставил, и сама чертежная доска?

– Здесь. Где-то здесь.

– Где?

– Ну не в унитаз же я их спустила, черт возьми.