Катарсис

— Вы же прибыли сюда, что бы поддержать Самаэля! Вы рисковали жизнями, что бы прийти ему на помощь! — Аргументировал архангел.

— Мы прибыли сюда по приказу Лорда Молоха, что бы избавиться от Люцифера. Единственный истинный Бог, это Молох, он новый хозяин небесного царства…

А Люцифер это пережиток прошлого, который скоро падет от наших клинков. Монотонно бормотал Виридус, то и дело демонстрируя свои гнилые зубы.

— Какого черта ты несешь больной ублюдок! Наш Бог Люцифер! — Пораженная услышанным Мария схватилась за рукоятку своего небесного клинка.

— Смирись, ты слишком долго пробыла в заточение, пропустила момент рождения нового Бога. Не обращая внимания на раздосадованную девушку, Виридус шаркающей походкой приближался к Михаилу.

— Виридус, одумайся! Люцифер сейчас в небесном царстве, возможно, он уже лишил жизни Молоха. А мы с тобой здесь, в Эдеме и кроме нас сюда проник Астарот! Древнее существо, настоящее зло которое уничтожит на своем пути абсолютно все миры! Нам нужно объединяться, что бы противостоять ему! По одиночки выстоять не сможет никто! — Архангел призывал к благоразумию, но в глубине души понимал, что избежать кровопролития им не получится.

— Если Люцифер и в правду настолько глуп, что бросил вызов Молоху, то скорее всего он уже мертв. А кто такой Астарот я не знаю и мне кажется, что ты меня пытаешься обмануть. Рассказываешь сказки про вся…

Речь жнеца прервал небесный клинок Марии, пронзивший гнилой череп насквозь. После того как труп Виридуса упал к ногам Михаила в зале повисла оглушающая тишина. Мятежники явно не ожидали такого поворота событий и были растеряны. Большие, испуганные глаза девушки смотрели на архангела, она понимала, что своими действиями обрекает себя на верную смерть. Но она не могла, не желала идти против Люцифера.

— Стреляйте! Чего вы ждете? — Раздался раскатистый бас архангела.

За долю секунды подлетев к Марии, Михаил взял ее на руки и крепко прижал к себе. Испуганная девушка чувствовала теплый метал золотой брони, чувствовала как огромные руки гиганта прячут ее от враждебного и опасного окружающего мира. Архистратиг развернулся спиной к мятежникам демонстрируя им свои широко распахнутые крылья. Опустившись на одно колено, он зажмурился, пытаясь сосредоточиться. Направив все свои силы в одном направление, архангелу удалось сформировать мощное гравитационное поле способное защитить его и преданных ему людей от вражеского огня.

— Валите их всех! — Крикнул Йозеф и тут же нажал на курок.

Оглушительный грохот штурмовых винтовок разлетался по огромному залу со всех сторон. Два тяжелых, шестиствольных пулемета «апостолов» выкашивали повстанцев с ужасающей эффективность. Гравитационный щит Михаила сдерживал тысячи выпущенных по нему снарядов противника, но при этом неумолимо пожирал его силы. Руки архангела все крепче прижимали Марию к груди, закрывая от любой возможной угрозы.

Персивальд бросил несколько осколочных гранат в места наибольшего скопления мятежников. Взрывы разбросали безжизненные тела ангелов по залу.

Через мгновение в зал влетели еще с десяток «апостолов», видимо из той группы, что высадилась на крыше. Не долго думая они присоединились к истреблению мятежников.

— Отличный трюк, мы так целую армию можем перебить! Это как в учебном тире! — Радостно крикнул Гектор и тут же его голову разорвало выстрелом из «разящего».

— Что с щитом? — Взволновано спросил Йозеф, глядя на раскуроченный череп Гектора. Ворчливый штурмовик судорожно подергивался в агонии на залитом кровью полу.

— Что с Михаилом? — Послышался испуганный голос Персивальда.

Командующий бросился к архангелу, попутно посылая коротки очереди в наступающих мятежников. Гравитационное поле израсходовало все силы Михаила, после чего он потерял сознание. Каждое попадание снарядов в его спину сопровождалось брызгами крови и тучами разлетающихся перьев. Задние элементы кирасы были пробиты в нескольких местах, крылья сильно повреждены. Сияющий ранее над головой нимб практически исчез.

— Левый фланг! Левый мать вашу фланг! — Орал один из пулеметчиков расстреливая большую группу мятежников рвущихся в рукопашный бои.

Несколько штурмовиков откликнулись на его зов и поддержали огнем. Потери среди «апостолов» были большими и продолжали росли, многие из их воинов уже лежали на полу без признаков жизни, многие были тяжело ранены. Однако потери среди мятежников несоизмеримо больше, их остатки деморализованы и они больше не хотят продолжать сражение. Ангелы кричат, что готовы сдаться, просят прекратить огонь, некоторые бросают оружие.

— Не стрелять! — Приказал Йозеф.

Грохот орудий сменила тишина. В ушах все еще слышался легкий звон, как послевкусие оглушительной канонады. В воздухе стоял дурманящий аромат пороха и свежей крови. От ужасающих крупнокалиберных пулеметов поднимался пар, стволы были раскалены непрерывной стрельбой.

— Бросьте оружие и покажите руки!

Перепуганные ангелы сделали все, как им сказали. Они бросали винтовки и даже небесные клинки, поднимали руки и большими, бешеными глазами смотрели на людей. На людей, которых они считали низшей формой жизни, на людей которые смогли их одолеть в неравном бою.

— А теперь идите к стене и постройтесь в ряд, нам надо вас осмотреть и пересчитать! — Грозным голосом продолжал Йозеф.

Ангелы с поднятыми руками послушно побрели к одной из стен, переступая через трупы своих братьев. Выстроившись в ряд, они нервно переглядывались, не смея задавать вопросов. Их испуганные лица, покрытые угрожающим гримом, выглядели нелепо.

— Их всего шестнадцать! — Доложил один из штурмовиков. — Что прикажите с ними делать?

Командир несколько секунд помолчал, разглядывая стоящих перед ним пленников, после чего отдал приказ: — В расход!

Два тяжелых, еще не успевших остыть, пулемета с грохотом принялись разрывать тела мятежников. Кристаллы разбивались, крошились на мелкие фрагменты, черная броня разрывалась от каждого выпущенного снаряда, конечности мятежников отлетали как у дешевых пластиковых игрушек, а животы выворачивались наизнанку раскидывая внутренности на несколько метров вокруг. Стена была усыпана множеством выбоин, покрытых литрами крови, кусочками плоти, мозгов и внутренностей. Подразделение «альфа» не берет пленных, если это не является основной целью миссии, как например, было в Гонконге.

— «Это были последние, думаю, в крепости больше никого не осталось. — Предположил Йозеф. Персивальд стоял рядом с Михаилом, который все еще был без сознания.

— Я не могу выбраться, он придавил меня! — Стуча своим кулачком по золотой кесаре архангела, причитала Мария.

— Скажи спасибо, что ты не лежишь в общей куче трупов вместе со своими друзьями. — Огрызнулся Персивальд.

— Ладно, давай вытащим ее. Неизвестно сколько он еще будет в отключке. — Предложил Йозеф, глядя в глаза Марии.