Кавиан

Проснулась я уже одна, и не от резкого подъёма наставницы, а от появляющихся лучей солнца на горизонте. Цветок Иртисс только что раскрылся, открыв мне вид на остальные открывающиеся иплисы, откуда взлетали кавианки.

Моя келле стояла на краю одного из прогибающихся под весом лепестков. Я вскочила с ложа и подошла к Иртисс.

– Госпожа, какая работа у меня будет теперь?

Иртисс, почему вы молчите? Я признаю вину за всё что сделала. У моей келле даже мыслей никаких нет. Она не общалась со мной никак, однако пустила в свой цветок и позволила спать рядом с ней. Сейчас она даже не смотрела на меня как раньше. Нет угрозы в глазах, разочарования и всего что она испытывала за время моего обучения.

Но, несмотря на игнорирование, мы с Иртисс вместе прилетели на утреннее купание к агмианскому озеру Оос, я думала, что после омовения она что-нибудь скажет. Мы искупались, помогли друг другу очистить крылья и позже готовы были покинуть озеро. Она всё молчала, а я начинала бояться что-либо говорить. Потом, уже после омовения она просто взлетела с намерением улететь по своим делам.

– Госпожа! – вскрикнула я, заставив её приземлиться обратно, – скажите, почему вы не говорите со мной?

Она подошла и положила руки мне на плечи.

– Прости, я просто в смятении. В позапрошлых сутках со мной говорили смотрительницы. Там мне пришлось признать что я – недостойна зваться старшей сестрой, если не способна заставить свою ученицу следовать простым правилам.

Что? Я пока ничего не понимаю.

– Так пойми. Я больше не твоя келле. Я больше не старшая сестра. Провинилась я, и признала свою вину. Ныне же, как и ты, я рабочая агмианка. Часть роя. Буду работать вместе с вами – единственное, что у меня получается хорошо.

Сильная дрожь пробежалась по телу от этой новости. Как же так? Госпожа Иртисс. Я не могу поверить в услышанное. Вы же меня обучали всему. Всё что я знаю и всё чего достигла это только ваша заслуга!

Иртисс улыбается, хотя, что может быть ужаснее, чем лишиться символа старшей сестры? Но не о нём она думает сейчас, обнимая меня, и нежно целую в щёку. По её лицу покатилась одинокая слеза.

– Прости меня, Нэ'Тус, что тебе попалась плохая келле. Прости меня.

Она вспорхнула на крыльях, и я боялась, что она не услышит моих лов:

– Нет! Этого не может быть. Госпожа Иртисс. Как они могут так говорить? Вы делаете всё как надо. Это не вы плохая наставница, это я плохая ученица. Прошу вас.

– Не проси. Это решение смотрительниц. Мне оставалось признать, что я не в состоянии обучить правилам поведения кавианку. Ведь в этом наша задача – не дать вам сойти с нужного пути. С этим не справилась.

– Это не правда. Я делала всё, что вы говорили, но бывали моменты, когда я делала что-то по своему. Я…

– Нэ'Тус. Пожалуйста, не спорь с этим решением. Я отказалась от символа старшей сестры только ради тебя. Пусть тебе дадут лучшую келле. Пусть я плохая кавианка, но дам возможность тебе стать достойной.

С этими словами она улетела, а я осталась стоять на коленях вдали от озера, где нас никто не слышал. Я ещё долго не могла поверить в это. Кавианка, ставшая мне почти как родная мать теперь для меня никто. Мне необходимо принять всё как должное, и ждать решения старших? Ну уж нет!

Сердце сжималось от непонятных чувств. Горечь на душе и дрожь были явлением моей злости из-за этой несправедливости. Я подставила свою учительницу, как подставила Кас. И сама того не замечая увидела перед собой выбор: принять что Иртисс неспособна ни на что, раз я такой стала? Или молчать, а значит, у меня будет новая келле, и будет больше шансов получить символ старшей кавианки? Это гарантирует мне лучшую репутацию, ибо я буду жертвой неправильного воспитания. Построю своё будущее в иерархии на несчастье своей келле. Она была строгой со мной, но я никогда на неё не злилась. О Айхас, она не заслужила этого, и меня распирает злость от этой несправедливости. Но как раз её я могу восстановить. Не знаю у кого, но у меня точно хватит смелости заявиться к смотрительницам и убедить их, что Иртисс достойная наставница, просто ученица у неё ужасная. И я такая. Признаю. Я часто пренебрегаю уроками келле, и поэтому ей приходится постоянно слушать нотации от кавианок постарше. И что же мне делать? Конечно же, буду всё исправлять и, не раздумывая даже пропустив утреннее питьё нектара, я вспарила в небо и полетела в центр нашего сада, взлетая на высокий иплис.

Они были там – смотрительницы, сидящие в кругу, заканчивающие утреннее питьё. Бесцеремонно и нагло я приземлилась в центр их круга, сразу посмотрев в глаза высшей сестры Яв’Рис, которая чуть не подавилась нектаром от такой дерзости.

В кругу авторитетных агмианок я сжималась до размера маленького листика. Смелость улетучилась. Слова исчезли, и я поймала себя на мысли, что очень глупо поступила. Можно всё исправить, всего лишь улетев прочь. Оставить всё как есть. Пусть Иртисс будет виновата, а я получу новую наставницу, которую начну слушать. Но это… неправильно. Зато это гарантия того что однажды мне доведётся сидеть в этом кругу с почётным символом.

Мои размышления затянулись, я всё ещё была среди старших сестёр, прекративших пить нектар.

– Объяснись, сестра, – спокойно сказала Яв’Рис, причмокивая после питья густого напитка.

– Госпожа Яв’Рис. Высшая сестра. Вы… вы запретили Иртисс быть моей келле!

– Все вопросы к ним, – обвела она рукой остальных сильных кавианок, одна из которых, сделав глоток, сказала мне:

– Вторая половина первого цикла жизни кавианок это время, за которое младшая сестра должна научиться всему, чтобы стать гордостью семейства и этому научить должны старшие сёстры. Это их задача. Их испытание. Способны они дать правильное обучение своим ученицам? Под этим подразумевается обучение коллектива, и даже роя. Если же нет, такая кавианка нам не нужна. Твоя бывшая келле теперь будет частью роя, потому что мы не выявили у неё требуемых навыков обучать младших сестёр и ты тому пример. Ты – это результат неправильного обучения заложенного ещё с самого начала. Ты – дикий отросток на стебле иплиса – если за ним неправильно ухаживать он будет неправильно расти. То же самое с тобой. Твоё счастье, что у тебя ещё есть время до окончания первого цикла показать свои способности, но уже с новой келле, – кавианка сделала глоток нектара, облизала губы и продолжила, – полагаю, ты прилетела сюда, чтобы оспорить наше решение? Бесцеремонно нарушила гармонию нашего круга своим внезапным появлением! Ты хочешь вернуть всё на свои места, и я знаю твои намерения. Думаешь, ты виновна в том, что Иртисс больше не зовётся старшей? Только не надо искать в этом своей вины. Сейчас тобою манипулирует любовь к своей келле. Чувство связанности. Ты привыкла к ней и поэтому хочешь вновь быть рядом. Похожее чувство расставания с матерью, не так ли? Но, Нэ'Тус, я не дам тебе право оспорить наше решение и выслушивать твои доводы не хочу. Иртисс не вернётся на своё место, а твоё ещё не сказанное, но мною уже прочитанное в тебе признание, что ты плохая ученица, будет учитываться. У тебя будет новая келле, и она даст тебе верные знания.

Я внимательно выслушала смотрительницу. Встала на колени и поклонилась. Моя растоптанная смелость и желание восстановления справедливости не позволяло вставить слово. Меня хватило разве что на:

– Как скажете, госпожа. Но кто будет моей келле?

– Узнаешь позже. Теперь лети. Пропустишь питьё, будешь ждать до полудня.

Высшая сестра Яв’Рис допила свой нектар, и разобрала пиал обратно в лист. Она поклонилась мне, дав добро лететь. Я покинула иплис, даже не зная, что и думать. Неправильное обучение? Новая келле? Всё это настолько было неважно. Все мысли только об Иртисс. Хочу извиниться перед ней. Всё же это моя вина, а не её. Моя!

Таково устройство нашего семейства. Мне пришлось лишь признать это. Чтобы согнать свою злость мигом прибыла в корневой сад, где когда-то Иртисс каждый день меня тренировала. Благодаря ей я стала сильной и выносливой, прекрасной и самоуверенной. Почему понимание этого приходит ко мне только сейчас? Когда в одиночестве сижу у зелёных корней и тихо плачу? Корни меня нежно обвили, делая лёгкий массаж. Успокаивали. Но злость во мне не утихала и только тогда я встала в озерцо и приказала корням обвить руки и ноги и я взлетела, стараясь вырвать эти корни из земли. И мне наконец-то удалось. Только вот… это событие не кажется мне подвигом.

Безразличие одолевает меня. Ничего не хочу делать. Только лежать на земле, ощущая утреннюю прохладу травы подо мной, чувствуя, как корни отпускают меня, и оставляют вновь одну. Сжимаю руками траву от ненависти и сожалею о том, что произошло. Я закрыла глаза, чтобы слушать звуки нашего сада: журчание воды; пение лави; щебетание акатов. Жизнь бурлила в саду, и я старалась заострить своё внимание именно на звуках. Где-то там, Иртисс, работает как все простые кавианки. Вот к чему всё пришло. Потеря символа, ужасный позор для кавианки. Простите меня, Иртисс.