Кай
Шрифт:
Стоит ли говорить, что они просто перебили наш отряд. И в тот момент, когда умер Карат, мое сознание освободилось от его влияния. Я использовал весь свой дар скорости, чтобы спасти себе жизнь, и мне удалось оторваться от этих ужасных существ. Но во время погони, сорвался со скалы и упал вниз, сломав обе ноги. Я пролежал около двух дней и уже смирился с тем, что мне суждено погибнуть, когда меня нашел Михаил.
— Михаил, — я попробовал произнести это слово. Оно мне показалось странным, но что-то в нем было знакомое, словно я его уже где-то слышал.
— Да, — продолжил Блоу, — Так звали этого человека. Он спас меня и вылечил
— Вы поставили ему десятку, хотя он не подходит для скрытных убийств.
— Не подходит, — согласился профессор, — Но не все в Длани становятся только убийцами. Иногда, на особо сложных заданиях, куда отправляется группа убийц, необходимо организовать грамотный отход. И вот здесь Дони покажет себя так, как никто другой. Он один способен противостоять небольшому отряду преследователей.
Неужели Дони и ему рассказал о себе?
Увидев мое смятение, Блоу улыбнулся:
— Да, Кай, я знаю, что он берсерк. Умножь это на его невероятную физическую силу, и ты получишь машину для массового убийства.
— Машину?
— Машину. Это словечко я подхватил от Михаила. Он поведал мне, что на его Родине так называют рукотворные железные механизмы навроде нашего паровика, которые позволяют людям делать то, что мы легко делаем, используя наш дар. Люди в стране Михаила не умеют использовать Силу, как и он сам.
— А где его Родина?
— Он так и не рассказал, но это где-то очень далеко, намного дальше того места, где лежат границы Хаттайской империи. А на момент нашей встречи он жил отшельником в маленьком домике в горах, неподалеку от территории гитайя. Мы с ним подружились, и я после этого еще несколько раз приезжал к нему. В одну из таких поездок мне удалось взять измеритель Силы, который в его руках даже не начал светиться. И именно от него я впервые услышал слово матрёшка! Так на его родине называют детскую игрушку, в которой одинаковые фигурки помещаются друг в друга.
Я замер.
— Выходит это не я придумал?
— Я не знаю, Кай. Только ты сможешь ответить на этот вопрос. Я долго общался с Михаилом, пока он однажды не исчез. Попробуй назвать еще слова, которые ты придумал.
— Кайф! — произнес я первое пришедшее мне на ум.
— О, да! — засмеялся Блоу, — Он постоянно пил какой-то странный, но вкусный горячий напиток из листьев, который называл словом "чай". И первое, что он делал, отпив из кружки только что заваренное зелье — восхищенно произносил это слово. Он мне сказал, что это означает необычайное удовольствие. Я прав?
И снова я оторопел. Именно так я называл свои самые счастливые моменты.
— Вижу, что прав. Что касается меня, то после исчезновения Михаила, я вернулся в Фаэту и посвятил свою жизнь Серой богине, укрывшись в братстве от нападок со стороны короля. Сюда ему ходу нет, а потому я могу ничего не опасаясь, рассказать тебе про амулеты чуть больше, чем известно остальным.
— Господин
профессор, вы говорите, что у Михаила не было Силы.— Не было. — Кивнул Монтис Блоу.
— А как тогда он вас вылечил?
Ученый пристально посмотрел на меня и произнес то, от чего у меня закружилась голова:
— Магия, Кай Фаэли, то была истинная магия. Именно Михаил мне рассказал о Богах и высших силах, и он как и ты был отмечен Тьмой.
Глава 16
— Но ведь люди больше не владеют магией? Как он снял метку? Где мне его найти? — ворох вопросов посыпался из меня на седую голову профессора.
— Михаил был не из наших королевств. Возможно, где-то за морем или за Хаттайскими землями, на его родине люди все так же владеют магией. Наш народ много лет назад выбрал Силу, ведь человеческий век короток, а магия сложна.
— Я найду его!
— Обязательно найдешь, и я даже кое-чем смогу тебе помочь. Но сначала, ты мне пообещаешь закончить обучение. Ты хитер, умен, прекрасно развит физически, а все знания привык добывать самостоятельно из книг. Только этого недостаточно. Во-первых, ты еще слишком мал, а во-вторых есть такая вещь, как житейская мудрость, которую, увы Кай Фаэли, одними учебниками не познать. Здесь, на территории Длани ты в относительной безопасности от адептов Тьмы. Это хорошая школа, которая тебе поможет на твоем пути, а он, я уверен, будет исключительно интересным и необыкновенным. Ты должен быть готов к любым неприятностям — Тьма не ставит свои метки на обычных людях.
Я попытался возразить, но профессор остановил меня.
— Иди к себе. Завтра ты должен достойно показать себя на испытаниях, а заодно подумать над тем, что я тебе сказал.
— Но господин профессор…
— Иди. — Он мне дал понять, что разговор закончен и углубился в отложенную им книгу.
Я не мог сомкнуть глаз до самой полуночи. Размышления о невероятном Михаиле, о магии, о Богах — все смешалось в моей голове.
Монтис Блоу. Я пришел к твердому выводу, что он не рассказал мне и десятой части того, что знал. Он заманил меня в ловушку, дав попробовать на вкус такие знания, которые мне раньше и не снились. А затем захлопнул ее своим требованием.
С одной стороны, мне хотелось прямо сейчас отправиться в Хаттайские горы, бросив испытания Длани. С другой же, я понимал, что мои похождения в Танаре, убийство епископа, встреча с Юфином всего лишь цепочка удачных событий.
Что будет, если сейчас дверь откроется и на пороге появится Дроммель, поднимет свою железную руку и заставит меня выпрыгнуть в окно? Да что там Дроммель! Я даже противостоять Гэнтону не могу! Мне нужна эта школа, мне нужен удивительный профессор Монтис Блоу. И еще, я обещал Юфину.
Обдумав оба варианта, я отбросил свое сиюминутное желание бежать на запад, и принял твердое решение учится. Я еще найду Михаила, когда буду готов к путешествию и встрече с ним.
Звук рожка настойчиво пробирался в мой сон. Я потянулся на кровати и открыл глаза. Дони уже не спал и делал что-то вроде разминки, поигрывая своими огромными мышцами.
— Ну как профессор? Поменял оценку? — он с интересом уставился на меня, не прекращая растяжку.
— Сказал не переживать по этому поводу и ничего больше.