Keeping 13
Шрифт:
— Я, э-э… — Она опустила взгляд на свои сцепленные руки и прерывисто вздохнула, прежде чем снова перевести взгляд на мое лицо. — О боже, Джонни, твоя голова, — выдохнула она. В ее голосе слышалась паника, глаза расширились. — Что случилось?
— Ну, все началось еще весной 1988 года, когда на свет появился Джерард Гибсон. Десять лет спустя он появился в моей жизни, и с этого момента все пошло насмарку, — усмехнулся я, а затем мысленно надрал себе задницу за шутки. — Извини.
— Все в порядке, — прошептала она, нервно теребя край топа. — Я скучаю по тебе.
Мое сердце бешено колотилось в груди, а ноги задвигались прежде, чем мой мозг успел сообразить,
— Я не хочу больше пространства, — прошептала она, придвигаясь ближе. — Я просто хочу тебя.
— У тебя есть я, — прохрипел я, чувствуя, как мое сердце учащенно забилось. — Всегда.
— Ты спас мне жизнь, Джонни. — Дрожа, она прижалась щекой к моей руке и прерывисто выдохнула. — Ты спас жизни моим братьям.
— Да, но ты спасла мою жизнь давным-давно, — хрипло ответил я. — Я всего лишь возвращал должок.
Она покачала головой, напрягшись всем телом. — Нет, я не..
— Да, это так. — Обняв ее за худые плечи, я прижал ее хрупкое тело к себе. — Ты разбудила меня, Шэн. Заставила меня взглянуть на вещи по-другому. Дала мне жизнь вне регби. То, чего я жду с нетерпением. — Пожав плечами, я наклонился и поцеловал ее в волосы. — Ты в ответ многое для меня сделала, так что не думай иначе.
— Твои родители хотят взять нас на воспитание, — призналась она, глядя на меня широко раскрытыми глазами с чувством вины. — Я и мои братья.
— Я знаю, Шэн, — тихо ответил я.
— Твоя мать сказала нам, что хочет оставить нас — всех нас, — выдавила она. — Даже Джоуи.
— Да? — Мое сердце затрепетало в груди, когда я попытался оценить ее. — И что ты об этом думаешь?
— Я хочу остаться, — тихо призналась она. — С твоей семьей.
Я мысленно вздохнул с облегчением. — Тогда это хорошо, правда? — Я уговаривал. — Что ты этого хочешь?
— Мне просто так плохо из-за этого, — выдавила она. — Все это… — Ее плечи поникли, и она опустила голову. — Мы все здесь, в твоем пространстве, и все это несправедливо по отношению к тебе…
— Я хочу, чтобы ты была здесь, — прервал я ее словами. — Я хочу, чтобы ты была в моем пространстве, Шэннон. — Повернувшись боком, я приподнял ее подбородок, заставляя встретиться со мной взглядом. — Я больше нигде не хочу, чтобы ты была, кроме как здесь, со мной и моей семьей, хорошо?
— Но это несправедливо по отношению к тебе, — прошептала она с глазами, полными непролитых слез. — Все мои братья и мои проблемы. — Дрожа, она прижалась щекой к моей руке и вздохнула. — Я не хочу, чтобы в конечном итоге ты возненавидел меня.
— Ненавижу тебя? — Я покачал головой. — Шэннон, я люблю тебя. Я чертовски отчаянно хочу удержать тебя здесь.
— Но мои братья…
— Я тоже хочу, чтобы они остались, — поспешил я сказать ей. — Я люблю маленького Шона — и Олли? Господи, мне даже нравится Тадхг. Он болтливый маленький засранец, но я его понимаю. А Джо? Ему просто нужна помощь. Дерьмо, даже Даррен начинает нравиться мне. — Вытерев слезу с ее щеки большим пальцем, я наклонился ближе. — Я хочу, чтобы вы все остались с моей семьей.
— Но мы доставляем много хлопот, — прошептала она, шмыгая носом.
— Мне нравятся твои проблемы, — сказал я ей. — Я хочу твои проблемы, и твои сложности, и все остальное, что с тобой связано. — Наклонившись
ближе, я потерся своим носом о ее нос. — Я хочу тебя.— Что, если ты передумаешь? — спросила она, прижимаясь своим лбом к моему. — Что тогда?
— Я не передумаю.
— Но что, если…
— Я уже говорил тебе, что я не мимолетный парень, — сказал я грубо. — Я не такой человек, Шэннон. Я не изменю своего мнения о тебе. Улыбаясь, я поцеловал ее в губы и откинулся назад, чтобы посмотреть ей в глаза. — Я здесь навсегда.
— Неужели?
Я медленно кивнул. — На сто процентов.
— Я просто… — Глубоко сглотнув, она прерывисто вздохнула. — Я просто не знаю, что мне теперь делать. — Слезы потекли по ее щекам. — Я больше никогда ее не увижу, — всхлипнула она. — Я так и не смогла попрощаться с ней или попросить прощения за все те гадости, которые я ей наговорила…
— Тебе не за что извиняться, — сказал я ей, заставляя себя держать свои эмоции под контролем. — Ты не сделала этого тогда и до сих пор не делаешь. Она совершила много ошибок с тобой, Шэннон. Она знала это, детка. Ей не нужно было слышать от тебя извинений.
— Я все еще зла на нее, — призналась Шэннон. — Я люблю ее и ненавижу, и мне хочется кричать от несправедливости всего этого. — У нее вырвался тихий всхлип, и я не смог удержаться, чтобы не посадить ее к себе на колени еще на секунду. — Я просто… — Шмыгая носом, она уткнулась лицом мне в шею и обняла за плечи. — Я хочу вернуться в то время, когда мы были маленькими, и умолять ее любить себя больше, чем она боялась его. Просто любить нас больше, чем она любила его…
— Она любила тебя, — сказал я, теперь дрожа. — Она любила, Шэннон.
— Я не знаю…
— Ну, я знаю, — сказал я ей, крепче прижимая к себе. — Ты думаешь, я забрал этих детей из дома? Ну, я бы не смог этого сделать без твоей мамы. Она помогла мне, Шэннон.
— Что ты имеешь в виду?
— Когда я пытался открыть дверь, — хрипло объяснил я, мое тело сотрясалось от горя и вины. — Моя рука чертовски сильно дрожала, а дети плакали. Я был уверен, что твой отец обернется и увидит меня там. Но потом твоя мама начала кашлять, производя достаточно шума, чтобы заглушить их рыдания, и это отвлекло меня настолько, что я открыл дверь и вытащил их.
— Ч-что?
— Да. — Я заставил себя продолжить. — Твоя мать натворила много дерьма, детка, и я ничего не оправдываю, но в ту ночь, когда дело дошло до прослушивания, она посмотрела мне прямо в глаза и сказала спасти ее детей. Это было единственное, что было у нее на уме в конце. Убедиться, что тебя и твоих братьев не было в том доме.
У Шэннон перехватило дыхание. — Ты г-говорил с н-ней?
Охваченный чувством вины, я посмотрел своей девушке в глаза и кивнул. — Он сидел спиной к кухонной двери, а по всему столу были разбросаны пустые бутылки. Я просто не знал, что это было в то время — или же я заблокировал это. — Выбросив ужасающий образ из головы, я сосредоточился на лице Шэннон, пока говорил. — Но твоя мама увидела меня и кивнула головой. Я не знал, что делать… Я был уверен, что она собирается закричать на меня, но она этого не сделала. Она посмотрела на меня и кивнула. Она говорила мне идти. А потом она подошла к двери, и я… — Я оборвал себя, пытаясь описать словами ночь, которая преследовала меня.