Кимоно для боя

Отдельные комментарии «И-Цзына» не нуждались в толковании, они прямо, как, например, последний, говорили, на что в данный момент нужно обратить особое внимание. Действительно, выбор у Китайца был. Нужно было выяснить, где были в момент убийства брат и приятель Веры, что в это время делал Гриша, заглянуть в Катину квартиру, пообщаться с Сашей. Были и другие мелочи, которые он пока не учитывал.

Просмотрев все комментарии, Танин решил, что действует правильно и его растерянность вызвана лишь обилием возможностей. В то же время «И-Цзын» говорил, что для действий время благоприятное, значит, передышку себе давать еще рано. Необходимо шаг за шагом отработать все направления и уж потом думать о дальнейших мерах. Возможно, к тому времени все уже выяснится.

С другой стороны, предсказывался успех в мелочах, а не в главном, а из этого можно было сделать вывод, что он только в самом начале пути.

Он сложил монеты в футляр, завернул его в шелк и положил на полку. До встречи с Сашей времени еще оставалось прилично, и он отправился к Нине Акопян, подружке Вериного брата.

– Ты куда? – Лиза подняла голову от компьютера.

– По делам, – улыбнулся Китаец. – Буду завтра утром. Можешь сегодня уйти домой пораньше.

– Спасибо, – кивнула Лиза и снова уткнулась в монитор. – Кстати, – окликнула она его, когда он уже открывал входную дверь, – скоро десятое число.

До десятого полагалось сделать все платежи, и Китаец хорошо знал это. Лиза же примерно за неделю до наступления срока начинала капать ему на мозги.

– Кажется, у нас что-то есть на счету, – пожал плечами Танин.

– Больше ста тысяч, – подтвердила Лиза.

– Ого! – воскликнул он, словно только что узнал об этом. – Ну так готовь платежки, я подпишу.

– Я уже все приготовила. – Она полезла в ящик стола за документами.

– Завтра, завтра, – махнул он рукой и вышел во двор.

ГЛАВА 8

На улице было относительно тепло, но сыро. Поежившись, Китаец запахнул куртку. Снег сошел. Под ногами можно было созерцать на выбор высохшие кочки, невысохшую грязь и сухой пыльный асфальт. Кое-где на газонах и в старых дворах, вроде того, где находилась контора Китайца, проглянула прошлогодняя трава, говорящая, что настоящая весна не за горами, но в основном земля, асфальт, деревья и дома были словно выкрашены серой краской разных тонов. Небо тоже выглядело сплошной серой тряпкой.

Танин удобно устроился на сиденье «Массо», закурил и тронулся с места. До улицы Мичурина было не больше шести-семи кварталов по прямой, затем требовалось повернуть налево, но по самой улице можно было двигаться только в одну сторону. Для того чтобы добраться до дома номер двадцать два, пришлось сделать небольшой крюк. Танин остановил джип возле одноэтажного кирпичного строения, вышел из машины и направился к дому. Вход был со двора. Чем-то этот двор напомнил Китайцу тот, откуда он только что выехал.

Он нажал на кнопку звонка, закрепленного на косяке деревянной двери, выкрашенной темно-синей масляной краской. Вскоре послышались шаркающие шаги, и на пороге возникла высокая дама в пестром шелковом халате, с полосатым полотенцем на голове и сигаретой в зубах. Ей можно было дать около сорока, но мощные жировые складки на шее заметно старили ее.

– Вам кого? – не вынимая сигареты изо рта, спросила она.

Ее подозрительный взгляд пронзил Китайца насквозь. У него даже защекотало в желудке. «Тебе бы на оперативную работу в органы», – усмехнулся он про себя.

– Мне Нину Акопян, – выдавив слабую улыбку, произнес Танин.

– Акопян – три звонка, – тетка помедлила секунду и попыталась захлопнуть дверь.

– Может, я пройду, раз уж вы открыли? – Китаец не без труда придержал дверь рукой.

– Я вас не знаю, – фыркнула тетка, – шляются здесь всякие. Может, Нинки и дома-то нет…

– Давайте посмотрим вместе, – предложил Китаец, протискиваясь между косяком и тучными телесами.

Его обдало жареным луком и чесноком, за что он тут же окрестил тетю чандалой. Этим презрительным именем в Индии называли когда-то касту отверженных, неприкасаемых, единственной пищей которых были лук и чеснок.

– Нет, вы посмотрите на него, – возопила «чандала», закрывая дверь и устремляясь следом, – я сейчас милицию вызову!

Не обращая внимания на ее вопли, Китаец быстро прошел по длинному коридору, стены которого до половины были выкрашены точно такой же краской, как и дверь, и замер, когда на его пути появилась высокая молодая брюнетка с миндалевидными глазами.

– Вы ко мне? – удивленно моргая, спросила она.

– Да, – кивнул он и покосился на свою преследовательницу. – У вас здесь есть отдельное помещение?

– Есть, – улыбнулась брюнетка, открывая ближайшую дверь. – Проходите.

Он шагнул через порог и очутился в длинной комнате с высоким потолком, которая освещалась проглянувшим сквозь тучи солнцем через единственное небольшое окно в дальней стене. Вдоль одной длинной стены, начиная от окна, расположились стол, на котором стоял небольшой импортный телевизор, диван, пара кресел и несколько стульев. У другой стены, рядом с дверью, стоял темный платяной шкаф и гладильная доска на тонких ножках. Похоже, хозяйка занималась домашними делами.

– Нинка, я тебя последний раз предупреждаю, – доносился из-за двери голос «чандалы», – пусть твои мужики звонят тебе три раза…

– Ох, – вздохнула, брюнетка, входя в комнату, – прошу меня простить.

– Это вы меня простите, – улыбнулся Китаец, – мне ведь не трудно было и три раза позвонить, просто Вера меня не предупредила. Владимир, – представился он.

– Ну, меня вы уже знаете, как зовут, – улыбнулась в ответ брюнетка. – Пожалуйста, присаживайтесь.

Она опустилась на одно из кресел, Китаец занял соседнее.

– Курите, если хотите. – Нина подняла стоявшую на диване пепельницу и поставила на подлокотник кресла.

Китаец кивнул, достал сигареты, предложил даме. Пока она вынимала из пачки сигарету и прикуривала, он внимательно наблюдал за ней. Он прикурил сам и откинулся на спинку кресла.

– Я сыщик, – произнес Танин после короткого молчания и достал из кармана лицензию, – вот мои документы.

– И что же вы ищете? – с интересом посмотрела на него Нина.

– Вообще-то я должен найти убийцу.