Клан быка
Шрифт:
– Слушай, я только лег…
– Ну ты суро-ок, – сказал сатир и махнул рукой на небо. Ковш Большой Медведицы успел сделать почти треть оборота. – Восемь часов уже дрыхнешь! А каперы тебя все охраняют!
– Охраняют?… – тупо пробормотал Леха.
Сон был тяжелый, и все вокруг – словно разбитая и перемешанная мозаика. Звезды, сатир, камни под ногами… Тевтоны, череп и молнии на эмблеме каперов, развороченный джип… Хрипловатый голос черной гарпии – и слезы в глазах Алисы…
– Да, представь себе, охраняют! Всю ночь с той стороны скалы сидят, в пустыню пялятся. Или ты думаешь, немцы отступятся? После того как они на форуме, на глазах у всех, сами
Леха мотнул головой, чтобы в голове прояснилось.
Кажется, была какая-то мысль, когда засыпал. И вот сейчас мелькнула – и пропала. Даже не мысль, а воспоминание о мысли. Что-то важное было. Эх, вспомнить бы…
– Давай, продирай глаза и вперед!
– Так темно же еще…
– Пока добежишь, как раз рассветет. Сколько каперы могут тебя охранять? Возьмут да и свалят отсюда отсыпаться! И опять один останешься. Они уже сутки тут безвылазно сидят! Или, думаешь, они железные?
Леха вздохнул – ну а что тут скажешь?
– Вот-вот. Так что вперед – и с песней! Они и так уже на гуманизме к тебе лишились штуки полторы баксов. Да еще и с немцами поцапались. А это еще никому просто так с рук не сходило… Так что ты им теперь должен оттанцевать так, что…
Сатир покачал головой. Видно, даже на его бескостный язык сразу не приходили слова, способные описать нужную степень признательности.
И вдруг нахмурился, разглядывая Леху.
– Ну чего стоим, кого ждем?
Леха тоже разглядывал сатира.
Отупение после жесткого пробуждения отступило, и…
Все-таки сон хорошо прочищает мозги. Раскладывает все по полочкам. И сразу видно, где чего не хватает.
Каперы за дело серьезно взялись, и их понять можно – пятьдесят штук на улице не валяются. А вот сатир? Он-то что с этого собирается получить? Он ведь иначе жизни не представляет, кроме как баш на баш.
За понижение уровня боли старается?
Да нет вроде. Это Клык за понижение боли наседкой подрабатывает, и что-то сатир без всякого уважения о нем… Но тогда – что?
Если размышлять логично, то если он старается не за отключение боли, то…
Леха сглотнул. Неужели…
Но как?!
– Эй! – Сатир пощелкал пальцами перед Лехиной мордой. – Чего это у тебя рожа такая задумчивая стала? Приснилось чего?
– Каперы понятно, за что не спят. А ты за что суетишься?
У сатира взлетели брови.
Он уставился на Леху, хлопая глазами, словно первый раз увидел. И вдруг довольно осклабился:
– Ха… А ты, гляжу, не такой бычок-однолетка, каким прикидываешься… – Сатир погрозил Лехе пальцем: – Значит, нашел вчера схрон все-таки?
Та-ак… Все-таки есть за что поторговаться?
– Когда нашел-то? Сразу? И весь день мне голову морочил?
Леха неопределенно мотнул мордой: как хочешь, так и понимай.
– Нашел, значит, и ни гу-гу? Поторговаться решил… – Сатир помолчал, разглядывая Леху. Опять хмыкнул: – Уважаю… Значит, начистоту хочешь?
Леха молчал.
Похоже, это лучший способ в разговоре с сатиром. Как в игре с гроссмейстером: единственный путь не дать игре закончиться через два десятка ходов – это иногда просить форы и переворачивать шахматную доску. Так и с сатиром – лучше многозначительно молчать. Пусть-ка сам с собой поиграет. Может, и перехитрит самого себя?
– Ну, давай начистоту… – сказал сатир. – Просто отключение боли тебя, как я понимаю, не устраивает?
– Как и тебя.
– Верно
сечешь, рогатенький… – Сатир вздохнул. – Эти суки на модерах-то экономят, что уж про нас говорить… У тебя сколько? А, ладно, не важно. Меньше чем на год сюда не берут, а больше года здесь… То есть здесь-то что, можно вот боль отключить и нормально переканаться. А там – где твоя реальная тушка лежит? Сутками без движения, на внутривенном питании, с электродами в мозгу. И еще хорошо, если хотя бы раз в неделю ее тряпочкой с жидким мылом отирают… Тут и здоровяк недолго протянет, а если какие-то болячки были… – Сатир невесело усмехнулся.Леха поежился.
– Ладно, не трясись. Мы-то с тобой отсюда слиняем через три дня. Давай показывай, где схрон, – сатир кивнул на Лехин браслет, – и…
– Как именно слиняем?
– Да не трясись ты, рогатое… Повезло тебе. Так уж сложилось, что подставлять тебя никому резона нет, и так все нормально складывается…
– Как именно? – терпеливо повторил Леха. Сатир пожал плечами, вскарабкался на валун и сел.
– Как, как… Пару раз в месяц медосмотры проводят. Ну, чтобы выловить тех, кто намылился стать жмуриком в ближайшие дни. Чтобы проблем с отчетностью не возникало, таких полужмуриков вытаскивают из игры, быстро заделывают черепушку титановой заплаткой, шов заращивают, и пинком под зад в тот же день. Типа, досрочник. За примерное поведение. Пусть на свободе дохнет, через недельку-другую. Там его смерть никому отчетности не портит… Загнанных монстров пристреливают, рогатый. Вот так.
– А нам-то это как поможет? Мы же еще здоровые вроде…
– Вот и я про то же. Им, выписываемым, уже все равно. Что неделя здесь, что две недели на свободе. Конец один и близко. А нам с тобой – еще нет, верно?
Леха неопределенно мотнул мордой.
– В зал с тушками тебя без всяких бумаг привозят. Ни имени, ни статьи, ничего – голый учетный номер.
– Зачем?
– Ну, типа, защита твоих прав, все такое: чтобы родственники пострадавших мстить не пытались. Но тебе-то уже все равно, ты своего помдепа уже получил, ага?…
Леха вздохнул.
– Ладно, это уже не важно. Схрон ты нашел, а значит, нам тут два дня осталось. Потому что у твоей тушки там, в реале, только четыре циферки, и все. Сечешь? Приходят медики, делают осмотр. Выбирают самых доходяг, которые помрут до следующего осмотра, и отсылают отчет. Приезжает бригада хирургов…
– Сразу? – нахмурился Леха.
– Сечешь… – довольно покивал сатир. – В том-то весь и цимус, что не сразу. Выбывающих надо кем-то заменить. Так что хирурги приезжают через неделю после осмотра, вместе с очередной партией новичков. Новичкам спиливают макушки и заряжают сюда, а доходяг вытаскивают из игры, залатывают черепушки платиновыми скобами, пришивают скальпы… Главное, что хирурги доходяг выбирают по голым номерам. Им глубоко по фигу, кому череп залатывать. Залезают в систему, глядят файл, который им оставили медики, делавшие осмотр… Сатир замолчал, выжидающе глядя на Леху.
– А за время между осмотром и приездом хирургов в этой базе данных может произойти маленький сбой… – в тон сатиру предположил Леха.
– Поспеваешь, – кивнул сатир.
Так… Осталось – два дня. Между осмотром и приездом хирургов – неделя…
– Последний осмотр был пять дней назад? – уточнил Леха.
– Ага. А через два дня приедет бригада.
– А… – Леха запнулся, но потом все же решился: – И сколько человек будут выпускать на этот раз?
– Двоих.
Леха опустил голову. Двоих… Сатир хлопнул Леху по плечу.