Клеймо роскоши

На ум пришел системный администратор Олег. На любовника он не тянул. Неопрятный, растрепанный, в старом зеленом свитере. Для таких женщины — непонятные существа с другой планеты. Тогда Рустам Рамазанов. Он держит под контролем Олега, знает систему и вполне годится на роль подозреваемого. Вроде бы больше Татьяну подловить было негде.

Тут я вспомнила о психиатрической больнице. Вот где мозги промывают так промывают. Надо проверить ее лечащего врача. Еще психотерапевта. Эти мозгоправы на многое способны. Человека с пограничным состоянием психики можно загипнотизировать, он родителей порешит и не вспомнит об этом. Выгода очевидна. Татьяна убивает мужа, завещает все лечащему врачу, а потом совершает самоубийство. И никто не подкопается. Татьяна ведь и раньше пыталась свести счеты с жизнью. А законом не запрещено завещать деньги лечащему врачу.

Я тяжело вздохнула. Список подозреваемых ширился. К тому же я обещала Павлову проверить «Союз-2000». Версия тоже недурна.

Распланировав завтрашний день, я легла спать.

Глава 5

Утро я начала с пробежки. Сонный охранник, ворча себе что-то под нос, нехотя открыл для меня ворота. Утро было прохладное. В розовеющем на восходе чистом бирюзовом небе не было ни одного облачка. Воздух пах луговыми цветами, и казалось, что вернулось время, когда я на Дальнем Востоке, убегая из школы, бродила по тайге, собирала ягоды и придумывала всякие занимательные штуки. Пробежавшись вдоль забора, я свернула на пустынную асфальтовую дорогу. Приходилось внимательно смотреть под ноги, чтоб не запнуться о кусты, пробивающиеся из широких трещин. Внезапно ветер донес до меня слабый трупный запах. Подумаешь. Кто-то сдох в лесу, какой-нибудь зверек, кошка, но меня словно потянуло в эту сторону. Не осознавая своих действий, я сошла с дороги и углубилась в чащу. С каждым шагом запах становился сильнее. По ходу я заметила несколько сломанных веток, в ямке отчетливый след мужского ботинка. Протектор напоминал раздвоенное копыто — посередине подошвы шла ложбинка. Каблук не пропечатался. Сделав еще два шага, я нашла источник запаха. Труп мастифа лежал в траве с перерезанным горлом. Если б не мое сверхчуткое обоняние, собаку тут вовек никто б не обнаружил. А откуда в таком месте, вдали от цивилизации, труп хорошо откормленной собаки? Вывод напрашивался сам собой — из усадьбы моего клиента. Там как раз недавно убили одну такую. Правда, Павлов утверждал, что он убил его ножкой от стула, а потом сжег на костре. Может, у него склероз? Вернувшись в усадьбу, я сообщила о находке, и к месту обнаружения трупа отправилась целая делегация во главе с Павловым на джипе. Я их провела через кусты, указала на пса:

— Узнаете?

Ювелир с грустью в глазах кивнул:

— Очень похож на Дика. Буквально один в один, но это не может быть он. Труп Дика сожгли.

— А этот тогда откуда здесь? — ехидно спросила я. — На бродячую собаку не катит.

— А откуда мы должны знать, кто притащил сюда эту падаль? — резко ответил Рамазанов, сплюнув на землю. — Может, по лесу еще полазим? А что, еще что-нибудь найдем.

— Заткнись! — рявкнул на него Павлов и, обращаясь ко мне, поинтересовался: — Евгения Максимовна, я не понимаю ваших намеков. Куда вы клоните?

— Туда, это Дик, — ответила я. — Тут не кладбище домашних животных, и в такую даль труп собаки никто не повезет. Объясняю, как все было. Дика наркотиками никто не опаивал. Под химией пес бы не стал искать конкретную жертву, а напал бы на любого, в том числе того, кто давал ему эти наркотики. Охранники бы пристрелили Дика раньше, чем он добрался до вас, Викентий Иванович. Собака должна была выглядеть обычно, чтоб не вызывать подозрений у охраны. Поэтому некто купил собаку, похожую на вашего мастифа, натренировал ее на ваш запах, потом привез в особняк, выпустил, а настоящего Дика усыпил и спрятал, затем вывез с территории в багажнике машины и выкинул здесь.

— Похоже на бред, — высказал свою оценку начальник службы безопасности.

— Погоди. — Павлов поднял кверху указательный палец. — Евгения, а у вас есть какие-нибудь доказательства изложенной истории?

— Пока нет, но я знаю, как их найти, — ответила я уверенно, умолчав о втором сбое видеонаблюдения.

— Прекрасно, занимайтесь, — кивнул Павлов и повернулся к охранникам. — Так, парни, берите из тачки лопаты и похороните собаку по-человечески.

Среди охранников послышался ропот:

— А может, это вообще не Дик…

— Молчать! — рявкнул ювелир. — Делайте, что сказано. Нечего умничать.

Когда охранники пошли за лопатами, я спросила у клиента:

— Викентий Иванович, вы планировали на сегодня какие поездки?

— Нет, а что?

— Дело в том, что я хочу кое-что проверить. Отъеду на пару часов, — призналась я.

Павлов нахмурился:

— Знаете, Евгения Максимовна, дела могут возникнуть в любую минуту. Вы должны будете по первому требованию вернуться в особняк.

— Нет проблем, вернусь, — заверила я, наблюдая за охранниками, притащившими лопаты. — Вы без крайней надобности постарайтесь не выходить из дома. При малейшем подозрении или возникновении опасности звоните мне.

— Позвоню, не сомневайтесь, — рассеянно бросил Павлов и прикрикнул на охранников: — Не сачкуйте, глубже копайте! Она размером с человека, так что и могила нужна соответствующая.

— Памятник тоже прикажете из мрамора смастрячить? — послышалось от могилы из-за широких спин охранников.

— Так, кто это там варежку разевает? — зло спросил Павлов.

— Разговорчики, — поддержал его Рамазанов. — Берите больше, кидайте дальше!

— Что-то распустились у тебя люди совсем, — пожурил Павлов начальника службы безопасности. — Хотел зарплату прибавить, но после недавних проколов, пожалуй, воздержусь.

Рамазанов в ответ промолчал, потупив взгляд.

Я дождалась завершения церемонии, сопроводила Павлова до особняка, а затем стала претворять в жизнь свои планы. Перво-наперво позвонила в психиатрическую клинику, представилась следователем ФСБ и спросила заведующую. Оказалось, что ее нет на месте, а будет она только завтра. Сотовый заведующей мне отказались дать, соврав, что не знают. Дали только домашний, но этот телефон молчал. Где в такой прекрасный летний день может находиться заведующая? — спросила я себя. Ответ пришел мгновенно: или на даче, или в каком-нибудь живописном месте на берегу Волги. Мест для отдыха на правом берегу было не так уж и много. Появилась идея: раздобыть ее фотографию и проехаться по пляжам, на которых любит расслабляться народ. Но, с другой стороны, зачем мне заведующая, ведь можно просто раздобыть медицинскую карточку жены клиента прямо в больнице. Расспрошу еще персонал о Татьяне. Может, кто что помнит. Однако вряд ли со мной будут откровенничать без отмашки руководства, кем бы я ни представилась. Пришлось прошерстить базы данных сотовых операторов, действующих на территории области. Программу для взлома предоставил мой бессменный консультант в этих вопросах Юзер. Лично лезть он боялся, зная о подсудности подобных операций, а я не стала его напрягать и провернула все сама. Добыв нужный телефон, позвонила заведующей — Петровской Любови Васильевне. Заслышав мою воображаемую должность в ФСБ, женщина сильно удивилась, спросила, чем может помочь. Я попросила рассказать о Татьяне и спросила разрешения получить ее медкарту.

— Нет, только по письменному запросу, — сухо ответила Петровская, — приходите с запросом завтра с утра.

— Конечно, запрос, санкция, опись, протокол, — нарочито серьезно поддакнула я. — До завтра, Любовь Васильевна. — Телефонная трубка умерла в моей руке. Тут же я вновь набрала номер телефона психиатрической клиники. Говорила на этот раз не своим голосом, а подражая голосу заведующей. За время разговора я неплохо изучила ее манеру, тембр, различные нюансы, и пародия получилась практически идеальной. Дежурный врач подмены не заметила.

— Сейчас к вам подъедет следователь из ФСБ, выдайте ей медкарту Чвановой Татьяны, расскажите ей о больной, что она захочет, — приказным тоном сухо сказала я.

— Хорошо, я все сделаю, — женщина на другом конце провода замешкалась, потом сообщила: — Любовь Васильевна, с вами тут Петр Лазаревич поговорить хочет.

Вместо ее голоса в трубку через секунду ворвался взволнованный мужской голос:

— Люба, что происходит? Что нужно от нас ФСБ?

— Ничего, только медкарту Чвановой, не напрягайся, — ответила я, имитируя голос заведующей.

— А больше им ничего не надо, только медкарту этой самой, и все? — недоверчиво спросил мужчина. По тому, как он спрашивал, чувствовалось, что Чванова не представляет для него опасности. Несомненно, в клинике занимаются какими-то махинациями, только они не связаны с женой моего клиента. Что ж, это к лучшему. Легче будет получить информацию.

— Да, все, только карточку больной, — заверила я. — Потом поговорим, мне сейчас некогда. И последняя просьба к тебе, Петя, выйди через пятнадцать минут на крыльцо, встреть следователя и лично сопроводи, расскажи, чем она там будет интересоваться.