Клин клином

— Я у телефона.

— Я звоню вам по поручению моего друга, вашего знакомого.

У меня не возникло никаких сомнений, о ком идёт речь, но я вежливо осведомилась:

— Будьте добры, уточните, какого знакомого вы имеете в виду, а то у меня их много.

— Того, с кем вы поддерживали знакомство по телефону. Как я понимаю, далее телефонных контактов дело не зашло.

— А не назвать ли вам попросту фамилию этого человека?

— Пока не хотелось бы. Меня уполномочили кое-что вам сообщить, но не по телефону, а лично. Не могли бы мы условиться о месте и времени встречи?

— Я так понимаю, вы знаете, кому звоните. Не мешало бы и вам представиться.

— С огромным удовольствием, но.., при встрече.

— Что ж, вольному воля. Я уже привыкаю к той таинственности, которая меня окружает благодаря вашему другу.

— Сдаётся мне, таинственность напускаете вы сами…

— Чего?! — (Господи, ещё один белены объелся!) — Позвольте с вами не согласиться…

— Простите, но я в курсе всей этой истории и знаю, что сумятицу учинили вы. Впрочем, лучше объясниться с глазу на глаз. Где и когда? Сегодня, пожалуй, уже поздно?

Я невольно взглянула на часы. Было полдесятого.

— Надеюсь, четверть первого ночи вас не устроит? — съехидничала я.

— В четверть первого? Почему именно четверть первого? — Его голос выражал явное удивление и даже недовольство.

Ага, значит, не совсем уж он и в курсе…

— Это я так… Решила было, что ваш друг заразил вас своими привычками. Может быть, завтра.., погодите…

Есть такое место, где я по необходимости бываю каждый день в одно и то же время. Просто прохожу мимо, когда возвращаюсь с работы. Не мотаться же по городу ради удобства этих психов.

— Можно завтра в семнадцать, в кафе на углу Маршалковской и Крулевской. Возле художественного салона.

— Договорились. Завтра в семнадцать.

— Минутку! А как я вас узнаю?

— Это я вас узнаю. Но если угодно.., высокий брюнет в сером костюме…

Сердце у меня дрогнуло. Сколько же их таких расплодилось, черт побери? Высоких брюнетов в серых костюмах?..

— ..и в очках.

— Ах, вы носите очки?

— Вообще-то нет, но на этот раз…

— В мою честь?

— Скорее как опознавательный знак.

— Очень мило с вашей стороны. До завтра. Жду с упованием.

— Да, чуть не забыл. Вам привет от… — голос в трубке исполнился медоточивого ехидства и оттого приобрёл исключительную сочность, — от пани… — и он назвал фамилию.

Час от часу не легче. Нет, скучать мне не дадут! Фамилия довольно известная, но при чем туг я?

— А кто она такая, эта дама? — спросила я с удивлением, которого не имела никакого резона скрывать. — Честное благородное, я её не знаю.

— Извините, мне пора. Ещё раз простите за беспокойство, до встречи.

— До свидания, — машинально ответила я, размышляя над новым зигзагом событий. Нет, они определённо доведут меня до ручки. Когда наконец закончится эта дикая галиматья? Мозги мои уже изнемогли.

Хоть я и подозревала, что, скорей всего, со мной пытаются сыграть дурацкую шутку, но на всякий случай решила заглянуть в кафе. Никакого высокого брюнета я там, конечно, не обнаружила. Так и есть — шутка. Хорошо хоть время не потеряла.

Со штукатуркой уже было покончено, так что звонок я расслышала сразу. Войдя во вкус, я настроилась услышать что-нибудь в том же роде. И не обманулась в своих ожиданиях.

— Надеюсь, вы меня простите, — сказал вчерашний голос. — Так получилось, что я не смог прийти. Поверьте, мне очень неловко.

— Бог простит, не переживайте, — успокоила я его. — Подождите секунду, возьму сигарету… — Я закурила и снова вернулась к телефону. — Но раз уж вы не пришли, тогда по крайней мере растолкуйте, что это за дама с приветом? Я такой не знаю, впервые о ней слышу.

— К сожалению, я не уполномочен отвечать вам на этот вопрос.

— А приветы передавать уполномочены? Объясните на милость, что означает весь этот абсурд?

— Я не уполномочен давать вам объяснения.

— Тогда скажите хотя бы, почему этот ваш странный друг уполномочил звонить вас, а не позвонит сам?

— Видите ли, я в некотором смысле состою при нем подчинённым и это поручение входит, так сказать, в круг моих обязанностей.

Ишь ты, курицын сын! Министр сыскался…

— Ещё раз простите. Мне следовало передать вам одно сообщение, но это уже неактуально. Вы получите его официальным путём.

— Тогда скажите по крайней мере, когда ждать, а то так недолго и помереть от неизвестности, — язвительно сказала я.

— Я не уполномочен давать объяснения. “Пластинку у него заело”, — подумала я со злостью.

— А сейчас позвольте попрощаться. Прошу меня извинить…

Сущий Версаль, жаль только, что в доме умалишённых.

Я снова с головой ушла в ремонт и в течение нескольких дней света белого не видела. Не хотелось, чтобы в момент ареста меня застали в доме посреди жуткого бедлама. К счастью, ремонт был закончен, а я все ещё наслаждалась свободой.

Вот тогда-то меня и настиг удар. Позвонил мне один мой знакомый, с которым я после отпуска ни разу ещё не виделась.

— Что ты натворила! — заявил он безо всяких предисловий. — Совсем ума лишилась? Всего можно от тебя ожидать, но такого!..

Йеху! Боевой конь подо мной встрепенулся, заслышав желанный зов трубы.

— Золотой мой, драгоценный! — возопила я. — Выкладывай скорее все, что знаешь!

— Много чего знаю, есть у меня кой-какие полезные знакомства. Ну зачем ты учинила эту адскую заварушку!

— Сокровище моё, вовсе не я. Настолько не я, что даже не понимаю, что происходит. Может, хоть ты мне растолкуешь?

— Предпочитаю послушать тебя. Как насчёт встретиться? Сможешь прийти завтра к часу в “Бристоль”?

Да хоть на край света, пусть мне только там объяснят, где собака зарыта. Ещё не было часу, а я уже изнывала от нетерпения на первом этаже “Бристоля”. Но вот появился мой добрый знакомый, смерил меня жалостливым взглядом и покачал головой.

— У тебя случайно нет горячки? — с участием спросил он. — Галлюцинациями не страдаешь? Как насчёт других тревожных симптомов? Откровенно говоря, состояние твоего рассудка серьёзно меня беспокоит.