Клятва рыцаря

Услышав четкие приказания командира, Реми точно опомнился, и на лице его проступило облегчение.

– Будет исполнено, сэр Люк, – отрапортовал он и со всех ног кинулся исполнять приказание.

Люк тронул поводья своего коня, и Драго помчал его вдоль каменных стен замка, гордо возвышавшегося на неприступной скале. Как только нормандцы отступили, саксы тоже рассеялись, чтобы отпраздновать, наверное, свой триумф. Люк громко выругался. Будь они прокляты, эти мятежные саксы! Но нет, он не позволит старому лорду Бэльфуру делать из него дурака. Поражение потерпел сэр Саймон, а не он – с ним самим они еще не имели дела.

Однако Вулфридж стал для него неожиданностью. Люк никак не ожидал вместо привычной деревянной крепости с неровным частоколом и разбросанными там и сям строениями увидеть здесь неприступную каменную цитадель с крепко запертыми воротами, окованными железом, что делало их неуязвимыми для горящих стрел. Не однажды эти ворота открывались и из крепости высыпали люди, которые завязывали бой с отрядом сэра Саймона. Но стоило ему поднять лагерь по тревоге, как они куда-то исчезали, словно растворившись в густом тумане, стлавшемся по земле.

Люк покачал головой. На первый взгляд это сооружение казалось очень примитивным, но многочисленные ниши среди неровных зубцов стен, где могли притаиться лучники, и открытое пространство вокруг замка, позволяющее следить за приближением врага, делали его почти неприступным. Это была хорошо спланированная крепость, которая напомнила ему грубовато, но прочно выстроенные древние римские укрепления. По дороге сюда, на север, они проезжали мимо развалин нескольких из них, окруженных змеящимися стенами и подобных мрачным останкам какого-то гигантского дракона: последних свидетельств пребывания тут римлян.

И вот на самой границе с землями шотландцев возвышался замок Вулфридж, словно хищный зверь, притаившийся на самом верху скалистого мыса, грузно уходящего в волны Северного моря.

Высокие известняковые скалы не оставляли никакой надежды на нападение со стороны моря. Но и с другой стороны сакский лорд сумел укрепиться превосходно. Даже если срубить очень крепкое дерево и использовать его как таран против деревянных ворот, крутизна склона не позволяла эффективно проделать это. Не говоря уже о людских потерях, которые неминуемо пришлось бы понести.

Люк угрюмо сжал челюсти. Эти проклятые саксы, должно быть, думают, что они непобедимы, затворившись в своей каменной твердыне, из которой могут осыпать их стрелами в свое удовольствие.

Придерживая коня, Люк медленно поехал вокруг замка, стараясь находиться вне досягаемости стрел. Местами песчаная почва была покрыта травой, изредка встречались колючие заросли, которые раздражали его коня. Какая-то колючая ветка задела Драго, и, вскинув голову, жеребец коротко заржал. Густая грива его хлестнула Люка по лицу, когда жеребец попятился, увязая в песке. С проклятиями Люк направил коня на более твердую почву.

Он заставил скакуна взобраться на обломок скалы и, наклонившись, потрепал его по потной шее:

– Ну-ну, Драго. Неужто какая-то пара колючек так напугала тебя? Или это потому, что то были сакские колючки?

Конь заржал. Какая-то морская птица с пронзительным криком взвилась в небо и темным росчерком мелькнула в его прозрачной синеве. Люк выпрямился в седле, внезапно почувствовав, что за ним наблюдают. Никакого движения не было заметно ни на стенах, ни под стенами замка, не считая колышущейся высокой травы на камнях. Легкая тень скользнула по земле, но, подняв голову, Люк увидел, что это кружит все та же морская птица. Слабый, теперь едва слышный ее крик почти заглушали вой ветра и грохот прибоя.

Порыв ветра вдруг ударил Люку в лицо и засыпал песком глаза. Смахнув песок с ресниц, он снова услышал отдаленный крик, но не птичий, а человеческий, и к тому же явно насмешливый. Запрокинув голову, Люк окинул внимательным взглядом каменную стену замка и наконец увидел кричавшего.

Широко расставив ноги и вызывающе размахивая мечом, между зубцами крепостной стены стоял какой-то юноша. Солнечный свет, отражаясь от его лат и щита, слепящими бликами падал на лицо Люка. Конь в испуге отпрянул в сторону, заржав и тряся головой, и его грива опять стегнула Люка по лицу. Он выругался и натянул поводья, чтобы удержать коня, когда насмешливый голос снова донесся со стены.

– Эй ты, нормандский пес, – вызывающе кричал мальчишка, – ты пришел сражаться или удирать?

Люк молча, слегка прищурив глаза, смотрел на этого дерзкого юнца. Грудь и плечи того прикрывали легкие латы, а короткая туника, на римский манер, не доходила и до колен. Высокие шнурованные башмаки до половины прикрывали икры, но выше ноги были не защищены. Люк мрачно усмехнулся. Если все их вояки одеты таким же образом, покончить с саксами будет нетрудно, лишь бы удалось проникнуть внутрь.

Тронув коня, Люк двинулся вперед, проигнорировав этого юнца, будто его и не видел. А ветер и прибой вскоре заглушили его визгливые крики. Но эта неожиданная встреча лишь еще больше укрепила его решимость в короткое время овладеть Вулфриджем. Возможно, сэр Саймон погиб, но он-то, Люк Луве, жив! И уж тем более им не удастся разгромить его, как это случилось с отрядом нормандцев в Йорке месяц назад.

Еще одно поражение могло серьезно ослабить позиции Вильгельма в Англии. К тому же не только ради земель и титула стремился он, Люк, усмирить этих мятежных саксов: им двигала жажда возмездия, он должен был их покарать.

Весь в пене, тяжело дыша, его конь вскарабкался на песчаный холм. Копыта Драго глубоко увязали в песке, а мускулистые бока напрягались под тяжестью закованного в латы рыцаря.

Когда они достигли наконец вершины холма, Люк приласкал взмыленного коня, похлопав его по шее. Внезапно какое-то жужжание, похожее на пчелиное, раздалось в воздухе, и тут же стрела ударилась о камень. Драго испуганно отпрянул в сторону, но, натянув поводья, Люк сумел удержать его.

Он снова взглянул в сторону замка. На высоких стенах, где прежде стоял тот юнец, появились лучники, и небо вдруг потемнело от летящих в его сторону стрел.

Прикрывшись щитом, Люк быстро направил Драго вниз с холма, и тот стал спускаться, скользя копытами по известняку. Под свист и жужжание стрел, пролетавших мимо, он снова отъехал на недосягаемое расстояние, оглянувшись, еще раз внимательно оглядел крепость. Замок казался неприступным. Прочные стены со всех сторон защищали его, а колючие кусты и беспорядочные нагромождения камней у подножия еще больше затруднили бы действия атакующих.

Остановив Драго у подножия холма, Люк негромко выругался. Солнце било в лицо, слишком яркое для начала ноября, и, прикрыв глаза рукой, он прищурился. Вдруг какой-то тусклый отблеск привлек его внимание, и Люк замер, все так же козырьком держа руку у лба. В одном месте стены, среди сплошного нагромождения камня, он заметил старинный кельтский орнамент, смутно знакомый ему. Возможно, это просто показалось, но что-то заставило его вглядеться в это место повнимательней.

Еще будучи мальчишкой и играя среди развалин похожей крепости на севере Англии, он видел подобный орнамент, грубо высеченный в каменной стене. Среди полустершихся завитков и выемок камня он случайно обнаружил тогда железную дверь и, промучившись много дней, сумел все-таки отпереть ее. Так что секрет подобных запоров ему был известен.