Ключ

– Не больше, чем от ваших идиотских затей, – прохрипела Василиса, у которой уже одежда намокла от пота.

– Он сейчас придёт, – тихо проговорил священник. Потом спросил: – Что вы всё-таки ищете?

На остроумный ответ не было ни сил, ни фантазии. Пот катился водопадом, руки скользили, дышать было трудно. Но Василиса не собиралась сдаваться. Потому что отступить сейчас значило проиграть насовсем и так и остаться ни на что негодной девочкой для битья.

– Что случилось? – спросил голос отца, но что ему ответили, Василиса уже не услышала.

Лопата ткнулась во что-то твёрдое. Василиса отбросила её, потом села на колени и стала голыми руками разгребать землю. Рыла, не обращая внимания на содранную кожу и поломанные ногти. Ещё немного. Ещё чуть-чуть. Над головой звучали голоса, перетекающие друг в друга. Вот он.

Василиса вытащила из земли старый тёмный человеческий череп. Стала бережно стряхивать песчинки с гладкой макушки.

– Господи помилуй, – выдохнул где-то рядом отец Павел.

Василиса аккуратно положила череп на горку земли и стала дальше выкапывать руками остальные кости. Но её схватили за плечи и оттащили на пару метров. И ладно. Что хотела – она нашла. И даже успела кое-что припрятать.

– Стой здесь! – скомандовал отец и присел на корточки у разрытой могилы с костями.

– От тоски Васенька помер, да? – едко проговорила Василиса, оттирая с ладоней грязь. Глянула на Ядвигу Мстиславовну. У той губы сжались в ниточку.

– Какой Васенька? – спрашивал отец Павел, глядя на всех по очереди. – Чья это могила?

– Васи Савельева. – Василиса, поняв, что просто так руки не отчистить, бросила это занятие. – Сына хозяина Скиркудово. Он вроде как пропал. Теперь вот нашёлся.

– Кости совсем старые. Лежат здесь, похоже, очень давно, – произнёс Василисин отец, поднимаясь на ноги. Потом промокнул платочком лысину и выдохнул: – Будем оформлять, ничего не поделаешь.

Ждать приезда полиции пришлось в доме Ядвиги Мстиславовны. Василиса уселась на какую-то скамейку в сенях и наотрез отказалась проходить в комнаты. Даже руки мыть не стала, демонстративно игнорируя все приглашения.

– Ты сам-то чего здесь? – тихо спрашивал её отец у священника, пока они топтались на крыльце дома.

– Да пришёл Зою пособоровать. А тут такое.

Раздались шаги, и в сени вошли папа Василисы и отец Павел. Священник молча проследовал в кухню, прикрыв за собой дверь.

– Ты откуда узнала, что там кости? – шёпотом спросил отец, нагнувшись к Василисе.

– Сам-то как думаешь? – тихо отозвалась дочка.

– Ясно. – Отец помолчал. Он ведь в курсе, что творится в окрестностях Покрова. – Почему мне не сказала?

– А что бы ты сделал? – Василиса смотрела в накрытое сумрачной тенью сеней лицо отца. – Уж никак не разрешил бы мне тут копать.

Отец упёрся локтем в стену и провёл ладонью по лицу.

– Как мы всё это объяснять будем, ума не приложу.

– Есть идея. – Василиса вскочила. – Я мигом.

Она выбежала во двор, потом – за калитку. Метрах в десяти уже стояла группка местных кумушек, активно обсуждающих что-то шёпотом.

Василиса помчалась было по основной дороге посёлка, но передумала. Бежать до таунхаусов слишком далеко. Тогда рванула к старой церкви, туда явно ближе. Во дворе отца Павла подбежала к конуре и выманила оттуда Бобика. Причмокивая, повела с собой. Но у калитки Ядвиги Мстиславовны собака притормозила и ни в какую не хотела входить во двор. Так и пришлось Василисе, по уши испачканной в земле, сидеть рядом с собакой на старом берёзовом пне у забора. А мимо по разным делам прошли чуть ли не все жители Покрова.

Потом приехала «Газель» с полицией и криминалистами. Василиса, изображая невинность, лгала в глаза следователю о том, что кости случайно выкопал пёс. Как и почему она оказалась с чужой собакой в чужом дворе, ещё и в отсутствие хозяев, объяснять не стала, да её и не спрашивали.

Гаврила и отца Павла отправили прочь из дома ещё до полиции, так что им лгать не пришлось. А Ядвига Мстиславовна умела актёрствовать не хуже заслуженных артисток. Охала, ахала, кряхтела и причитала на все лады, пока Василиса, сидя за забором, давилась от смеха. Хорошо, что священник, уходя, захватил с собой всех любопытствующих зевак.

Из калитки вышли отец Василисы и пожилой криминалист.

– Останкам не меньше ста лет, – приятно растягивая слова, произнёс эксперт, загружая чемоданчик в машину. – Скелет мужской. На вскидку – молодой парень. Остальное позже.

Васины кости забрали, и полиция уехала. Василиса проводила их грустным взглядом. Какие бы ни были эти Савельевы, Васю всё-таки жалко. А Сонечку жаль ещё больше – вообще ни за что пострадала.

– Я тебя в доме запру, – произнёс отец, когда «Газель» его городских коллег укатила из посёлка.

– Неа. – Василиса поднялась на ноги. – Я почти совершеннолетняя.

Дома снова пришлось отмокать в ванной, чтобы вся въевшаяся в кожу земля отмылась. Пока Василиса гоняла по воде смешных жёлтых уточек, вернулась мама. Предоставив объясняться отцу, Василиса добавила в ванну горячей воды, потом долго вытиралась и сушила волосы.

Когда вышла, мама уже успела немного успокоиться.

– Ну вот и как тебя одну в город отпускать? – спросила мама, копаясь в привезённых от бабушки пакетах. – Там сколько костей-то зарыто по закоулкам.

– Я же не буду их все выкапывать. – Василиса потрепала по спине Изюма, вертевшегося под ногами и интересующегося пакетами. Да, надо будет Бобика отблагодарить большим мешком корма. А лучше – двумя.

– Вот, – радостно произнесла мама и что-то достала из бабушкиных посылок. Выпрямилась и развернула жемчужно-серое платье с рукавами-фонариками. – Это в Растяпинске была ярмарка, всего один день. Я тебе купила. Уже постирала. Надеюсь, подойдёт.

Пришлось мерить. Глянув на себя в зеркало, Василиса мигом вспомнила свои путешествия по снам в похожем наряде. Однако кислая мина маму бы не обрадовала, так что Василиса изобразила восторг и обещала платье носить как можно чаще.

– Тебе вообще надо чаще надевать платья и юбки, – говорила мама, продолжая разбирать пакеты. – Ты же девочка, а ходишь всё как пацан.

– Угу, – наугад произнесла Василиса, у которой ум давно был занят другими мыслями. – Пап, а реально установить, чьи это кости?

– Я ей про платья, а она всё про кости, – недовольно пробурчала мама.

– Не знаю, – пожал плечами отец, топтавшийся на кухне в ожидании ужина. – Они же старые. Это генетическую экспертизу надо заказывать, а с кем сравнивать-то? У этих Савельевых из родни только начальница почты с дочками, да и те – седьмая вода на киселе.