Ключ

— Ха-ха-ах, ой! — столкнулся с ним мальчик. — Простите. — Лицо ребенка изменилось, когда он увидел, кого чуть не «сшиб» с ног. А улыбка Штыря не тянула на добрую.

— Ц-цел? — лыбился он во все зубы.

— Кхм, — сглотнул слюну паренек.

— Портов! Портов! — нагнала его девушка постарше. — Сколько раз я говорила тебе!.. — Она не сразу поняла, почему шкет притих и спрятался за её ногу. — Простите, господин охотник, — побледнела незнакомка.

— В… все хорошо, — бросил «господин охотник» взгляд на стражу, что уже пялилась на эту сцену. — Д-добрая… м-м-м… — фыркнул он сам на себя. — Добрая госпожа. Подскажите, г-где жуки моего р-ремесла… б… ищут работу?

— Охотники… — указала девушка в сторону поста Трона. — За этим домом, Люке держит место отдыха, и там же охотники договариваются с жуками Капитана.

— П-понял, — кивнул Штырь. — Б-будь… те… аккуратней. — И зашагал дальше.

— Старинный он… — прошептал парнишка.

— Ро-Портов! — дернула девушка его за ухо.

Штырь быстро нашел «место отдыха». Зот бы назвал его проще: местная таверна. Тут царила своя атмосфера. Множество жуков с других этажей пили сок, громко разговаривали. А жители, как и Дочери Матерей, обходили это место стороной.

Темный зашел внутрь, удостоившись лишь секундного внимания окружающих, но не более. Однако сам Штырь приметил сразу: один из постояльцев, что сидел в самом углу, скрывая лицо за тканью, был единственным, кто не отвел от него взгляд. Только дым от самокрутки вырвался из темноты в области рта.

— М-м-м, — подошел Штырь к стойке.

— Охотник? — Ми-Люке, крепкий и широкоплечий жук, закинул тряпку на плечо.

— Д-да, — голос Штыря стал грубым. — Дичь Трона, хочу охотиться.

— Кого только ни увидишь… — пробубнил себе под нос Люке. Хотел что-то сказать, отправить Штыря к капитану стражи, но незнакомец в углу дал отмашку. — Оу, — даже растерялся «бармен». — Тебе к тому, — кивнул он в сторону.

— Б… — подошел Штырь.

— С-с-с. — В темноте капюшона показались фиолетовые зрачки. — Вижу, ты знаешь, — полуголос, полуклокотание, — как убивать. Нет, не отвечай, — смешок. — Это видно сразу. — Новый дым. — Тебя интересует работа?

— З… За этим, — покосился Штырь на доску и увидел портреты своих друзей, — я и пришел в П-плодородный.

— А насколько ты хочешь обогатиться?

— Любая… в-возможность.

— Да-а-а, у меня нюх на нужных жуков, — пригнулся незнакомец. Его лицо было покрыто хитином, жвала торчали по краям шрамов. — У нас с Троном сделка, и я… хе… дополнительный вербовщик. — Он затушил самокрутку. — Дичь Трона действительно здесь… Скоро будет здесь.

— В-вот как…

Тайный вербовщик думал, что перед ним очередной дуболом, жадный до быстрых камней. Честь и достоинство которого покупаются так же легко, как курево.

— А ты садись, — указал он на стул. — Нам есть о чем поговорить.

Глава 22 Пора действовать

— Ха… Ха-а-а, — тяжело дышал я. Кровь сочилась на траву. Такое чувство, что все мои внутренности встряхнули и даже добавили новые.

Корни вернулись в землю. Я упал, но Вакта успела подставить руки.

— Жестоко, но необходимо, — прижала она мою голову к своей груди. Прохлада.

— Я… — во рту вкус металла… Нет сил говорить дальше.

Слышу дикое биение, громкое… Оно оглушало, оно было повсюду. Все плыло перед глазами.

— Тс-с-с, — гладила мои волосы улитка. — Слушай, слушай внимательно, все вокруг жизнь. Сконцентрируйся.

— С-с-с. — Больно, особенно на правой стороне… эм… мозга?! Голова гудит.

— Дыши.

Вдох, выдох.

Я выпрямил спину, но продолжал стоять на коленях. Огляделся… и увидел, что все вокруг покрыто зелеными венами. Они тянулись по деревьям, по земле, по каждому листочку, цветку. У жриц вены другие, красные. Я взглянул на свою руку. И она была покрыта этими…

Еще разок вдохнул на полные легкие.

Закрыл глаза. От ран на теле пошел пар. Дезориентация уходила. Я вновь посмотрел на Вакту, и зрение вернулось в норму.

— Это… — поднимаюсь.

— Жизнь во всем, — улыбнулась улитка. — Слушай и услышишь.

Она права. Будто все это время внутри меня чего-то не хватало. Я научился охотиться, прятаться, сражаться, покрывать тело броней, но был инородным в любой среде. А теперь… Теперь природа вокруг казалась такой родной, даже ближе. Как друг, которого я наконец понял, как частичка меня. Слышу скрип дерева, что ласкал слух, шуршание листьев, что поют свою песню. Корни глубоко под землей, крепкие и хмурые. Цветы… Словно маленькие дети, они тянулись к свету, хотели пить. Слабый ветерок как материнская ласка.

Ух.

— Хм-м, — прислонил я пальцы к виску. Почувствовал уплотнение. В моей голове действительно что-то было.

— Мелони рассказала, — не прикасаясь, Вакта провела руками около моей груди, — что твоя единственная слабость — это магия Разума. — Жрица повела пальцами дальше, погладила мой висок. — Этот ритуал закрыл брешь.

— Эм, — пришел я в себя окончательно. — У меня в голове цветок?

— Не совсем. Но почти. — Новая улыбка. — Не бойся, твое тело приняло росток, адаптировалось.

— Я ведь… кхм, — скорчил рожу, — не превращусь в ходячего мертвеца? Или из меня не полезут корни?

— Ох, Зот, что за жуть! — рассмеялась Вакта. — Нет, это твоя и только твоя сила. — Она указала на траву рядом. — Попробуй.

Я немного посмотрел на торчащие травинки. И будто понял, что делать. Вытянул руку вперед. Импульс, эссенция. Прежде маленькие, колоски начали расти на глазах, все больше и больше.

— Хе, — обрадовался я. Вновь повел рукой, и теперь корни, следуя моему жесту, раскололи землю. Сжимаю кулак, дергаю. Корни повторили движение, обрушившись молотом. — Охренеть!

— Это слово… — задумалась Вакта, — означает «хорошо»?

— Даже лучше! — улыбнулся я во все зубы.

— Ну, — кивнула жрица, — охренеть.

Не… Ей не идет говорить такие слова.

Когда щенячий восторг от новых фокусов прошел, я заметил плачевное состояние жриц. Они сидели на земле, не в силах поднять головы, капли крови текли у них из носа, губы потрескались. Еще немного, и попадают в обморок. Да и у меня в глотке пересохло, а еще хотелось жрать.

— Вижу, круг Аль-Уюми вымотался, хотя процедура была быстрой, — размялся я. А тело-то чего затекло?

— Минуло пять вспышек, Зот, — виновато произнесла улитка.

— Че? — из-за обстановки было не определить, сколько прошло времени.

Я пять дней сидел в корнях?! Мелони, ребята! Вакта заметила мое беспокойство.

— План не отклонился от задуманного. Все хорошо. — И теперь вижу, что Пятой тоже тяжело, но передо мной ей не хотелось показывать слабость, она будет до конца держать улыбку. — Штырь вернулся сегодня, они ждут тебя.

— Кхм, — почесал я затылок. — А вы как?

— Ох, — кокетливо состроила Вакта мне глазки. — Приятно, но бессмысленно. Недостаток сна уже давно не моя проблема, — посмотрела Пятая на жриц. — Спасибо за службу, вы можете отдыхать.