Ключи стихий

Новых выстрелов не последовало — тратить ядра впустую, со столь низкими шансами на удачное попадание, никак не годилось. Так что начавшийся бой мог бы послужить неплохой иллюстрацией к поговорке «из пушки по воробьям».

Между тем на плотах островитяне уже раскручивали тросы, и абордажные крючья впивались в деревянные борта. Однако матросы уже были начеку и при появлении первой группы атакующих сбросили их — кого-то зарубив и заколов на палубе, а кому-то не дав даже на нее забраться. Эти, последние, попадали в воду, без толку держась за обрубки тросов.

— Что, погань плавучая! — выкрикнул, свесившись с борта, капитан, — не ожидали? Ну, искупайтесь теперь…

Со стороны преследователей что-то хлопнуло, точно выстрелила маленькая пушка. И капитан «Перста Сабрины» осекся и замолчал, когда какая-то сила, удар чего-то невидимого, сорвал с его головы треуголку.

— А эт-то еще что? — пробурчал он, опасливо отходя от борта.

Между тем островитяне ответили новыми хлопками. И… отлетела щепка от деревянных перил борта, крохотная дырочка возникла в одном из парусов, что-то маленькое, но крепкое, со стуком ударилось о борт. А сразу два матроса вскрикнули от боли и неожиданности, переходящей в страх. Да принялись судорожно зажимать раны, невесть откуда взявшиеся: у одного на ноге, у другого на груди.

— Что это, тыщу демонов мне в глотку? — с явным испугом вопрошал капитан. Обращался он при этом не к кому иному, как к сэру Ролану, видя в нем не просто удачливого авантюриста благородных кровей, но и умника-всезнайку. А что, грамоте благородный сэр обучен, книжки читает — авось и знает ответ.

И к чести конфидента, ожидания эти на сей раз он оправдал.

— «Пистолет» это называется, — был ответ, — если память мне не изменяет. Одно из изобретений Союза Вольных Городов. Что-то вроде маленькой пушки, которую одной рукой удержать можно. Вроде не самая удачная придумка: на кораблях больше проку от больших орудий, на суше от оружия с порохом вообще хлопот больше, чем пользы. Нужны запасы этого пороха, ядрышек этих маленьких… они же пули. Подвозить все это добро. А если к хранилищу пороха подлетит хотя бы один грифон, и с него всадник горящий факел скинет, то так рванет, что битва закончится очень быстро. Если вообще успеет начаться. Непрактично-с так воевать, в общем.

— Союз, значит, — еще больше нахмурившись, произнес капитан, — тогда какого демона эти… пистолеты сюда занесло? Чуть ли не на другой край мира?

— Был бы товар, а покупатель найдется, — конфидент развел руками, — а для дикарей этих на лодочках и плотах такие меньшие собратья пушек — самое то. И стрелять можно, и путешествовать почти… налегке.

На последнем слове сэр Ролан осекся, ибо очередной выстрел пробил дыру в его шляпе.

— Ладно-ладно, — буркнул капитан, — мы ведь тоже не кашу деревянным башмаком едим. Эй, маги, сюда!

А когда подоспели на зов оба корабельных волшебника, обратился к ним с распоряжением:

— Ты, вскипяти-ка это шлюхино отродье справа по борту, вместе с морем, хе-хе. А ты прикрывай, первого, чтоб не подстрелили. Да и себя не забывай… да что мне, учить вас?..

Учить магов и впрямь было бы лишним. Действовали они слажено, умело, а главное, успешно. Когда оба подошли к перилам борта, со стороны островитян прозвучало больше полдесятка выстрелов… однако все ядрышки-пули отскочили от своевременно выставленного магического щита. Затем выстрелы стихли — пушки, даже маленькие, требовали времени на зарядку. Да и разогревались наверняка не хуже полноценных орудий. А остывали, пускай и заметно быстрее, но тоже не мгновенно.

Как бы то ни было, а давать разбойникам с Драконьих островов хотя бы лишнюю минуту маги не собирались.

Магический щит был снят, и один из волшебников выбросил перед собой правую руку, из ладони которой вырвалась молния. Достигнув поверхности моря в окружении пирог и плотов, она разветвилась, раскинув во все стороны смертоносные щупальца.

Мгновенно вскипела вода, а смертоносная сила молнии между тем соприкоснулась с бревнами плотов и досками пирог. И с телами тех, кто находился на этих суденышках — тоже. Вода не была препятствием для этой силы, даром, что схожей с огнем. Напротив, вода ей помогала, как помогает мост преодолеть реку или овраг.

Истошно вереща, островитяне падали замертво, мгновенно поджариваясь изнутри. Разламывались, чуть ли не крошились, плоты и лодки. От них оставались обломки, покачивающиеся на поверхности воды.

Разумеется, такая участь постигла далеко не всех преследователей. Уж очень много их было. И силы той, единственной, молнии попросту не хватило. Но хотя оставшиеся в живых островитяне и не думали обратиться в бегство, маги «Перста Сабрины» были готовы повторить свою контратаку снова и снова.

Хуже дела обстояли по левому борту. Поскольку у магов дотуда попросту не дошли руки, почти невредимые выходцы с Драконьих островов сподобились новой попытке абордажа. И, воспользовавшись более слабым прикрытием, смогли даже прорваться на борт.

Несколько матросов ринулись им навстречу. Столкнулись сабли. Сражались, кстати, островитяне неплохо. Но еще больше им помогали выстрелы сородичей — довольно-таки меткие. И вот уже один из оборонявших левый борт матросов пал замертво.

— …э-э-э, можно я попробую? — это Аника выбралась из каюты, привлеченная шумом битвы. В руке она держала один из Ключей — с изображением капли.

Обращалась девушка не к капитану, а к сэру Ролану, уже готовящемуся броситься в бой, дабы помочь оборонять левый борт.

— Дело твое, — небрежно бросил конфидент через плечо. А уже в следующее мгновение на ходу вонзил шпагу в живот ближайшего из островитян.

Прошмыгнув мимо сражающихся, Аника подобралась поближе к левому борту. И, присев, спрятавшись за перилами для меньшей заметности да прижав изо всех сил Ключ Воды к макушке, уставилась на скопище дикарских корабликов, кучащихся близ «Перста Сабрины».

Раз — перед глазами промелькнула картина, живая и движущаяся: зрелище ручьев, зарождавшихся и набиравших силу в горах. Два — ручьи сменились полноводными реками, омывавшими берега, заросшие лесами. Из леса выглянул молодой олень и, спустившись к берегу, припал к воде, утоляя жажду. Три — реки оказались питающими море… такое бескрайнее, что синева его сливалась с синевой небес. А потом синева эта нарушилась наползающими тучами. И первые капли начавшегося дождя упали на водную гладь моря, оставляя расходящиеся круги.

Другое море — то, что плескалось за бортом «Перста Сабрины» — между тем пришло в движение. Вода заколыхалась, и утлые суденышки едва держались на плаву. А люди, управлявшие ими, о новых атаках теперь, разумеется, не помышляли.

Волнение нарастало с каждым мгновением. Пока, наконец, не прошла такая волна, от какой даже фрегат королевского флота заходил ходуном. Что уж говорить о плотах и пирогах. Шаманы Драконьих островов, разумеется, наложили на них кое-какие чары, сделав более быстроходными, например. Однако противостоять удару стихии магия не смогла. Особенно столь примитивная магия — и такому мощному удару.

Словно исполинская рука ударила по воде, сметая и переворачивая суденышки островитян. А затем в глазах Аники потемнело от внезапной и острой боли. Это один из уроженцев Драконьих островов, сумевших пролезть на борт, добрался до девушки и сообразил ткнуть ее своей кривой саблей.

Конечно же, в следующий миг островитянин тот был зарублен. Однако этого Аника уже не увидела. Как не увидели вскоре больше ничего участники атаки на «Перст Сабрины». Все, включая их предводителя — тана Грунворта.