Книжник

— Когда пришли да Павлом?

— Его увели в тюрьму сегодня утром, — Апеллес поднял руку: они были уже в конце

улицы. Заглянул за угол и жестом поманил за собой. Молодой человек изо всех сил пытался

казаться спокойным, но Сила понимал, как ему страшно. И его собственное сердце

сжималось от нехорошего предчувствия. Если Петра схватят, то бросят в темницу и казнят.

Скорее всего, Нерон устроит очередное гнусное зрелище на потеху римской черни.

— Сила! — напряженно прошептала жена Петра.

Сила оглянулся и увидел, что Петр задыхается. Он поравнялся с Апеллесом и схватил

юношу за плечо:

— Потише, друг, а не то мы потеряем того, кого хотим спасти.

Петр привлек жену к себе и что-то шепнул ей на ухо. Она прижалась к мужу и

заплакала, уткнувшись ему в плечо. Петр улыбнулся Силе: — Самое время, чтобы Бог дал мне крылья, как орлу.

Апеллес повел их медленнее: по узким улочкам, по темным переулкам. Под ногами

сновали крысы, подбирая отбросы. Все явственнее доносился скрип колес. Пока город спал, в ворота вливался нескончаемый людской поток, неся с собой товары, которые наутро

поглотят ненасытные римские рынки. Одни правили перегруженными обозами, другие

толкали перед собой тележки. А третьи сгибались под тяжестью мешков на собственной

спине.

«Свобода так близко», — подумал Сила, увидев впереди распахнутые ворота. Сумеют

ли они пройти неузнанными?

Апеллес подозвал их ближе.

— Подождите здесь, я проверю, нет ли опасности, — и исчез за тележками и

подводами.

Сердце Силы еще сильнее заколотилось. По спине стекали струйки пота. Пока Петр

находился на людной улице, опасность возрастала с каждой минутой. Он высмотрел в толпе

Апеллеса, тот пробирался между людьми. На его бледном лице застыл страх.

Юноша махнул им рукой.

— По этой стороне! Давайте! Быстро!

Сила шел первым. Его сердце замерло: один из римских стражников повернулся к нему.

Брат, христианин. Благодарение Богу! Римлянин кивнул и отвернулся.

— Пошли! — Сила прокладывал Петру с женой путь в толчее народа. На них

натыкались. Кто-то выругался. Колесо телеги чуть не переехало Силе ногу.

За воротами, как только стены города остались позади, он уступил первенство Петру.

4

Теперь все приноравливались к шагу апостола.

Еще час шли по дороге, когда навстречу им появились двое друзей. Запыхавшись, один

из них сказал:

— Мы ждем уже несколько часов! Думали, вас взяли!

Сила отвел его в сторону:

— Петр с женой выбились из сил. Попроси, чтобы подогнали повозку.

Один из друзей остался с ними, другой побежал вперед.

Подъехал крытый экипаж. Сила помог забраться в него Петру с женой, и сам

последовал за ними. Плечи ныли. Он сбросил тяжелую поклажу и откинулся назад, обхватив

себя руками. Тронулись. Быстрый перестук копыт успокаивал его издерганные нервы. Петр

с женой в безопасности — хотя бы ненадолго. Сначала римляне будут обыскивать город. А

они тем временем успеют добраться до Остии, а там втроем сядут на первый же корабль, выходящий из гавани. Куда дальше — одному Богу известно.

Петра, похоже, что-то беспокоило. Жена взяла его за руку.

— Что с тобой, Петр?

— Что-то не то происходит…

Озабоченный, Сила подался вперед:

— Тебе плохо? — Неужели поспешное ночное бегство оказалось почтенному апостолу

не по силам?

— Нет, но нам надо остановиться.

Не успел Сила запротестовать, как подала голос жена Петра: — Но, муж мой…

Петр взглянул на Силу:

— Как скажешь, — Сила выглянул из повозки, чтобы подать сигнал вознице.

Жена Петра ухватилась за него:

— Сила, не надо! Прошу тебя! Если Петра схватят, ты же знаешь, что они сделают!

Петр притянул ее к себе, крепко обнял.

— Бог не дал нам духа боязни, родная. А ведь именно этот дух гонит нас сейчас в

темноту.

Сила ударил кулаком но стене повозки. Затем высунулся наружу и прокричал вознице, чтобы тот остановился. Повозка дернулась, несколько раз подскочила и встала на обочине

дороги. Сопровождаемый рыданиями жены, Петр спустился на землю. Сила за ним. Лошади

фыркали и беспокойно перебирали ногами. Сила пожал плечами в ответ на вопросительный

взгляд возницы и продолжал следить глазами за Петром. Тот сошел с дороги.

Из повозки выбралась его жена.

— Иди к нему, Сила. Поговори с ним! Пожалуйста… Он нужен Церкви.

Сила подошел к кромке поля и стал наблюдать за другом. Зачем Петр медлит? Что он

здесь забыл?

Старый апостол стоял в лунном свете посреди поля и молился. По крайней мере, так

казалось Силе, пока Петр не замер, слегка наклонив голову, как будто прислушиваясь.

Сколько раз за долгие годы Сила видел это знакомое движение, когда кто-нибудь говорил с

Петром! Сила придвинулся ближе. На долю секунды что-то слабо мелькнуло в лунном свете.

Все его нервы напряглись. Он понял. Петр не один. С ним Господь.

Петр склонил голову и заговорил. Сила расслышал его слова так ясно, как будто стоял

бок о бок со старым рыбаком.

— Да, Господи.

Петр повернулся, и Сила, дрожа, подошел к нему.

— Что будем делать?

— Я должен вернуться в Рим.

Сила видел: все планы спасти Петра рушатся.

— Если вернешься, то там и погибнешь.

Господи, только не он!

5

— Да. Я умру в Риме. Как Павел.

Глаза Силы наполнились слезами. Господи, они оба должны умереть?

— Нам нужен твой голос, Петр.

— Мой голос? — апостол покачал головой.

Сила знал: отговаривать Петра, если ему что-то велел Господь, не стоит.

— Пусть будет, как Богу угодно, Петр. Хорошо, мы вернемся в Рим.