Князь
Шрифт:
В Городе, даже если бы «Микки» дал ей обещанный шифр фрейлины младшей дочери, всё одно нельзя было бы переключиться на бензин, а электропривод прекрасно встраивался в управление «Единой системой движения транспорта Константинополя». Своё она ещё догонит. За Босфором скорость вырастет до ста, а после Никомедии можно будет выдать по «Восточной сверхскоростной магистрали» хоть все триста.
Поток ожил.
Творение потомков баронов Вальтера и Горация Бентли медленно поплыло к повороту на мост.
– И чего они телятся? Вроде не час-пик?! И двенадцати верст не выдает, – дивилась Меган Меркль.
Ещё
«Странно. Что-то случилось? Авария? Надо переключить волну… – пронеслось в голове у смуглянки, сидящей в сиятельного класса кабриолете. – Нет, позже. Вон как старший дорожный надзиратель смотрит внимательно».
Постовой с погонами кабинетного регистратора всматривался в проползающие мимо авто. Увидев красную «Лагонду», он задержал взгляд на водительнице. Напарник с широкой серебряной полосой канцеляриста что-то сказал младшему по возрасту. Юноша улыбнулся и отдал честь проезжающей красотке.
Он ее узнал. Мелочь, а приятно.
После роли младшей дознавательницы в сериале «Городовые» она в среде правоохранителей начала становиться популярной.
Вот и поворот, электропривод сразу рванул на «сорок узлов час» к собравшему его заводу в Никее. Мегги, Маргариту Фоминичну, если «по-тутошнему», аж вжало в кресло. Она инстинктивно сжала руль, не отвлекаясь ни на несущейся под ней Босфор, ни на красоты уходящего в небо «Моста Единства», ни на плывущие в этом небе громады дирижаблей.
Босфор и древний Халкидон остались позади. Трасса уверенно вела красное авто к месту его рождения. Здесь пилотессе болида нужно было больше заниматься вождением, но система безопасности элитной «Лагонды – Кометы» на такой скорости всё одно не дала бы столкнуться или перевернуться. Плелись около 70 километров в час. И что сегодня все тормозные такие?
Впрочем, куда ей спешить? Сегодня съемок нет. Можно и насладится весенним солнцем. Даже откинуть верх. На термометре плюс двадцать шесть. С моря легкий бриз. Самое время насладиться Византидой мартовской.
Почему небо не обходит её, урожденную Рахиль Меган, новыми и новыми радостями? Родителям её повезло встретиться и родиться в северных штатах. А не в Конфедерации. Там бы Меган, дочери белого и мулатки, ничего не светило, кроме детдома для цветных в резервации. И не вырвал бы никто, она же не счастливчик Обама, у которого папа германскоподданный. Повезло что родители перебрались во времена Деконструкции в Федерацию Великих Озер, где сохранился единственный в северной Америке киноцентр. Здесь, в Чикаго, родители Меркли на студии «Балабан и Кац» и познакомились, и потому Мегги выросла на съемочной площадке. Папу её, Томаса, потом даже «Республика кино» пригласила в Мексику и на съемках новеньких «Звездных войн» он стал уже главным оператором. А его дочери повезло больше: когда приглянулась Бенито Феллини, отбиравшему молодых артистов для «Империи кино» в Чико. А потом повезло выйти за сына, привезшего её в Единство. С Антонио, Антоном Бенедиктовичем Феллини, они два года как развелись, но он по-прежнему помогает Меган в служении. Собственно, он свел её и с графиней Мишель Чернин фон и цу Чудениц Морзин. Мишель в Новом Илионе антрепренёр известный. Да ещё дальняя родственница правящей императрицы. Она познакомила Мегги сначала с Гарри Виндзором.
«Милый мальчик. Всё надеется увезти меня в дальний угол Земли к правящей антиподами своей бабке Елизавете в Новую Зеландию», – смахивая набежавшую с порывом ветра слезу, подумала Меркль.
Но, главное, что графиня Чернин познакомила Меган с «Микки», её кесарем. Нет, надежд стать Екатериной Первой она не питала. Жена милого дружка, в девичестве Мария дель Пилар испанская, не зря звалась за глаза «Пила». Её арабские корни ещё допускали рядом с супругом «наложниц», но вот никому из них даже на роль Мадам Помпадур можно было не рассчитывать. Но для бедной цветной девчонки из пригорода Чикаго и без этого всё более чем хорошо устраивалось! Машина вот эта от кесаря, обещание фрейлинского шифра, да и подарки тех, кто хотел, чтобы Мегги могла за них слово замолвить…
Никомедия. Поворот на Никею и Новый Илион. И снова пост. С чего бы это? Ищут кого? Опять двое. Коллежский регистратор с одной звездой на сером погоне и старший канцелярист с широкой полосой вдоль… Мегги как обожгло, и она ругнулась в голос:
– Погон у канцеляриста – желтый! Как и предыдущего. Жандармы! Что-то случилось, нет – СЛУЧИЛОСЬ, ЯВНОЕ УСИЛЕНИЕ, а я с прошлого поста так и не переключила радио! – пронеслось в голове актрисы. Меган Меркль, безжалостно прервав «Святых» Луи Армстронга, переключила радио.
– …Таким образом, я приняла непростое, но окончательное решение… – вещал голосом императрицы «Царьград»
…У Мегги пересохло во рту, и она отпустила педаль газа, принуждая автомат искать съезд и остановку.
Терра Единства. Российская империя. Звёздный. Лицей. 23 марта 2015 года
– Маргарита Николаевна, скорее включите большой экран! Экстренное обращение государыни!!!
Замираю на полуслове и невольно поворачиваюсь к экрану. Императрица на нём смотрит прямо в камеру так, словно смотрит в душу, каждого из своих подданных. Начало выступления нами явно пропущено, но она продолжала речь:
– …Таким образом, я приняла непростое, но окончательное решение об отречении от Престола и о передаче державной короны своей любимой внучке Марии, и вместе с вами с восторгом принесу присягу верности Её Императорскому Всесвятейшеству и Величию Государыне Императрице-Августе Марии Второй…
Глава VI. Взрослые романтические и восторженные игры
Терра Единства. Российская империя. Звёздный. Лицей. 23 марта 2015 года
– Миша…
Отрицательно машу головой. Шутки с токарным станком могут закончиться оторванной этой самой головой. Не ожидал от Динки такой легкомысленности. Видимо, что-то случилось. Но нет, не сейчас. Конечно, все протоколы безопасности в Лицее соблюдались, но я «сам» видел, как ключ едва не прилетел моему однокласснику. Даже вмятина на защитном экране станка осталась. И голова у глупого одноклассника тоже почему-то осталась на плечах.
Наконец процесс выточки очередной детали завершился, и я дал команду на отвод резца и возврат в исходное положение.
Вытираю ветошью руки и киваю:
– Что?
– Ты на обед пойдешь?
Поглядел на наручный хронометр. Блин, уже четверть часа про… моргал. А Динка, видимо, ждала…
– Да, радость моя. Пойдём кушать.
– Пошли. Только сначала руки помоем.
Киваю.
«Помоем» – это мягко сказано. Солуол въедался в кожу и одежду, а машинное масло, наверное, поселилось в нас навсегда.
Конечно, отмыть руки Динка могла и до того, но ждала. Невольно залюбовался ее фигуркой и, чего греха таить, её попкой, когда она (Динка) шла впереди. Конечно, рабочий комбинезон – это вовсе не вечернее платье, в котором она сверкала на Луне. Но он точно не выглядел на ней, как на корове седло. Привычка ношения чувствовалась. На ней, впрочем, всё прекрасно выглядит – и вечернее платье любого фасона, и рабочая спецовка, и комбинезон авиамеханика, и полётный скафандр. Порода, тут иначе и не скажешь. И это не Смольный институт благородных девиц. Там тоже, конечно, сейчас гоняли и в хвост, и в гриву своих курсисток, но нашим они проигрывали по всем статьям.