Кобель

– Конечно, моя шёлковая, - Гарри потянул за поясок халата, одновременно опрокидывая Цисси прямо на стол поверх писем.
– Ножки вверх. Я их подержу. Попробуем так называемый деловой стиль достижения общей цели.

– Никакого почтения к даме, - шутливо надула губки уже миссис Поттер.
– Но как же приятно от подобной отзывчивости!

========== Глава 37. Поиски наследника Блэков ==========

Снейп больше не наезжал на Гарри - его презрительность и высокомерие словно определились с рамками, выходить за которые бессмысленно. Но за успехи в его предмете никогда не хвалил и, тем более, не поощрял, в отличие от Малфоя, которого продолжал выделять в качестве положительного примера.

Связь между Дамблдором и Трелони перестала быть предметом внимания - она превратилась в нечто обыденное, само собой разумеющееся. В конце концов, взрослые люди имеют право на личную жизнь.

Торжественная французская сова доставила посылочку от супруги - пахнущий добротной кожей бумажник с вложенной в него маггловской фотокарточкой, на которой счастливая юная женщина бережно держит на руках свёрточек, из которого выглядывает сморщенное личико крошечного младенца. На обороте дата и слова: “Папе и мужу от Джимми и Флёр”. Как говорится, вопросы излишни - Гарри теперь отец. Молодой человек довольно улыбнулся и порадовался относительно недавно приобретённой привычке - не читать почту без чар сокрытия. На родном факультете масса бестактных личностей, не смущающихся заглядывать через плечо, и страшно представить эффект от обнародования такой информации.

Вызванная по этому поводу Винки расчувствовалась и доложила, что в бывшем домике дяди Альфарда всё готово к прибытию новорожденного и его обожаемой матушки.

А пока - приведение в порядок домика в Коукворте, чем с удовольствием занялись женщины. И разговор начистоту с Линн Дагворт, скрутившей в бараний рог его крёстного.

По нужному адресу Гарри добрался на такси, взятом неподалеку от Дырявого Котла.

Открывшая дверь Эвелин показалась ещё симпатичней, чем при первой встрече в ночном клубе. Или это просто эффект от того, что ему там совершенно не понравилось?

– Гарри! По тебе можно проверять часы, - приветствовала она гостя.

– Точность - часть вежливости. Добрый день, миссис Дагворт, - с лёгкой улыбкой кивнул женщине визитёр.
– Простите за бестактность, но я по глубоко личному для вас делу. То есть, когда бесцеремонность моих вопросов вызовет ваше неудовольствие, выставьте меня без колебаний.

Глядя на этого взъерошенного щуплого подростка, Линн испытывала резкий диссонанс - конфликт непредставительного внешнего вида и серьёзной основательности слов. А его предварительные извинения обещали тактичный, но весьма тяжёлый разговор.

– Обещаю быть терпеливой, - сказала она, усаживая парнишку в кухне - гостиной в её скромном жилище не наблюдалось.

– Сириус очень дорог мне. Знаю, что воспитан он небезупречно, но зато искренен в своей природной бестолковости.

– Печёшься о нём, словно о младшем братишке, - сразу поняла женщина.
– Но у меня и без него есть сыновья. А капризный повелитель без надобности. Твой крёстный не был и никогда не станет опорой слабой женщине.

– Да, - согласился Гарри.
– Поэтому у меня есть не совсем пристойные вопросы. Зная, насколько безалаберным и безответственным Сириус был в молодые годы, я подозреваю, что вы - не единственная, кого он не обошёл своим вниманием. Попросту говоря, он мог заделать деток и другим женщинам. Может быть, вы вспомните хоть какие-то имена.

Эви была чудесной женщиной, и Поттер это признавал. Но добиваться её благосклонности любой ценой не собирался: в конце концов, его задача несколько иная.

– Цинизму твоему нет предела, - язвительно улыбнулась Эвелин.
– Не успел вырасти, а уже закрутил с дочерью моей подруги - девушкой, которая старше тебя лет на семь. И вопросы задаёшь, действительно, непристойные.

– Так вот!
– продолжила хозяйка, не увидев явных признаков смущения на лице гостя.
– Обо всех увлечениях Сириуса я, конечно, не знаю. Но подруга моей сестры пользовалась со стороны твоего крёстного, пожалуй, самым длительным вниманием. Её имя Марлин МакКиннон. Она вместе с Доркас состояла в Ордене Феникса, где в те поры и Сириус активно работал. Я не вступила в эту борьбу, потому что должна была позаботиться о собственном ребёнке, а позднее и о сыне Дагворта. Моя сестра была очень сильна. Говорят, что её сразил сам Тот-Кого-Нельзя Называть. А о судьбе Марлин мне ничего не известно. То есть мы были знакомы - она рыжая и смелая, не то, что я. Было сообщение о гибели всей её семьи от рук Пожирателей. Вот, пожалуй и всё, чем я могу тебе помочь в поисках наследника для Блэка.

– А теперь ответь, пожалуйста, и на мой вопрос, - вкрадчивая улыбка и лёгкий прищур ознаменовали новый выпад.
– Чем ты увлёк Нимфадору?

– Она мне очень понравилась и почувствовала это, - пожал плечами Гарри.

– Она понравилась и она почувствовала, - хмыкнула миссис Дагворт.
– Вся вина исключительно на ней, а ты только подчинился. Все беды - от женщин.

– Почему же одни беды?
– не обидевшись на шпильку, возразил Гарри.
– Ещё проблемы, заботы, хлопоты и затруднительные положения.

– Тебе говорили, что ты наглец?
– рассмеялась Эвелин.
– Но, действительно! Уже несколько месяцев, как известно об оправдании Сириуса, а Марлин так и не объявилась. А ведь она тоже была в него влюблена.

Гарри сделал вид, что не заметил слова “тоже” в прозвучавшей фразе. То есть, миссис Дагворт действительно без ума от его крёстного. Уж явно не так безразлична, как хотела бы показать, иначе не бросила бы ему в лицо тех слов. Следовательно, Сириусу не стоит ослаблять усилий - не штурмом, так осадой, он эту крепость одолеет. Поможет ли это ему передать по наследству достояние предков - пока непонятно, но хорошенькая ведьмочка в кроватке - даже это просто замечательно.

– А что это такое сделалось с твоим взглядом, Гарри? Ты словно оцениваешь мою внешность!
– взгляд юноши не был масленым, раздевающим или нагло провоцирующим, как у Сириуса. Скорее лёгкое, но отчётливое мужское восхищение.

– Разумеется. И очень высоко, - откликнулся юнец.
– Остаться равнодушным к вашему очарованию способен только истукан.

– Негодник!
– улыбнулась ведьма.
– А каким образом тебе, пятикурснику, удаётся покидать не только Хогвартс, но и Хогсмит, куда вас изредка выпускают?

Поттер замялся, а миссис Дагворт рассмеялась:

– Коварно проникаешь в апартаменты невесты, чтобы пользоваться её камином. Ты хоть любишь её?

– Да, по четвергам, - автоматически ляпнул правду Гарри, чем вызвал новый приступ веселья у собеседницы.
– Разрешите откланяться, мадам. А то вы меня как-то уж чересчур разговорили. А ведь по идее это входит именно в моё амплуа коварного обольстителя, - притворно обиженно заметил он.

***

МакКиннона Гарри знал. Хаффлпафец с четвёртого курса. Ничем особо не примечательный паренёк. Поттер просто подошел к нему в Большом Зале, поймав цель в одиночестве, и попросил:

– Скотт! Расскажи о себе.

– А что рассказывать-то?
– опешил мальчик.

– Всё, что знаешь. Про папу, маму, семью и где живёшь.

– Зачем тебе?
– насторожился Скотт.

– Вот засада!
– непроизвольно воскликнул Гарри.
– Действительно, с чего бы ты стал мне рассказывать? А я, как назло, не придумал, что соврать, но выложить всю правду не готов.

– Да ладно, - ухмыльнулся хаффлпафец, решив, что большого вреда от разговора не будет, а склонность к малому легко лечится разбиванием носа.
– Никаких тайн Бургундского двора. Начинал в приюте, потом меня усыновили. То есть, сначала как-то взяли, вроде бы, чтобы опекать, но потом совсем забрали к себе и даже документы оформили для усыновления. Я тогда был маленький, но отлично помню, что очень волновался и старался вести себя примерно, а выходила из этого всякая ерунда. Это теперь понятно, что стихийные выбросы, но ни я, ни предки об этом не знали. То есть это сейчас я их считаю предками, а тогда они были малознакомыми дяденькой и тётенькой, не понимающими, почему на кухонном окне постоянно тлеет правая занавеска.