Код Альтмана

– В любом случае к утру нам нужно быть далеко отсюда, – сказал Джон и посмотрел на Асгара. – Вас устраивает такой план?

– При одном условии – мы должны обойтись без жертв. В колонии остаются мои люди.

Киавелли нахмурился:

– Кстати, почему они до сих пор не на свободе?

На лице Асгара отразилось нетерпение. Он свесил ноги в проем и взял фонарь.

– Вздумай мы устроить массовый побег, китайцы пойдут на нас и на весь Синьцзян подобно Великой стене. Уж лучше мы останемся кровожадными безумцами и сами будем выбирать место и время для нанесения ударов. Вдобавок при необходимости мы без труда освобождаем своих людей из колонии и возвращаем их обратно. Но это возможно лишь до тех пор, пока на территории действует наше подполье. Идемте. Мы должны двигаться с такой скоростью, будто нам на пятки наступает сам дьявол.

Джон помог Тейеру спуститься в проем. Колодец с влажными земляными стенами вел в туннель высотой немногим больше метра. Они были вынуждены идти согнувшись, но по сравнению с туннелем в шанхайских «лунтанях» этот проход казался поистине роскошным. Киавелли спустился последним. Он закрыл проем тюфяком и вставил деревянную панель в пазы, которые удерживали ее на месте.

– Один из наших людей уничтожит все следы, и лаз никто не заметит, – объяснил Асгар.

Беглецы зашагали по туннелю, практически сложившись пополам. Асгар шел первым, следом за ним – Тейер и Джон, а Киавелли прикрывал тылы. Джон наблюдал за Тейером, пытаясь уловить признаки боли или утомления от напряженной скрюченной позы, но если тот и испытывал какие-то неприятные ощущения, то ничем этого не выдавал. Земляные стены сомкнулись вокруг Джона; борясь с чувством удушья, грозившего захлестнуть его, он сосредоточил взгляд на спине старика. Туннель извивался, словно хвост дракона. На пути тут и там попадались грубо отесанные бревна-подпорки и колодцы, ведущие к деревянным панелям, которыми были прикрыты выходы в другие бараки. Никто не произносил ни звука, только Киавелли два раза чихнул, прикрывая нос ладонью.

Наконец они почувствовали поток свежего воздуха.

– Это здесь, – прошептал Асгар. Все остановились, и он продолжал: – Мы выйдем наружу через последний барак. И тогда начнется самое трудное. – Он посмотрел на часы. – В данный момент между нами и крайним бараком находится только один охранник. Я беру его на себя. Если нас случайно заметит второй караульный – а нынче ночью этого исключать нельзя, – им займется Джон.

– А я? – хмуро спросил Киавелли, не желая оставаться в стороне.

– Ваша задача – обеспечивать безопасность доктора Тейера, – ответил Джон.

– Я не нуждаюсь в особой заботе, – заспорил Тейер. – Я либо справлюсь, либо нет. Я слишком стар, чтобы кто-нибудь рисковал из-за меня жизнью.

– Да, вы старый человек, – сказал ему Джон. – Поэтому вы значительно осложните нашу задачу, если попытаетесь сделать то, что вам не по силам.

– Стало быть, капитан Киавелли будет моим телохранителем и нянькой, – насмешливо произнес Тейер. – Бедняга. Поистине незавидная судьба для такого храброго человека, привыкшего к действию.

– Не беспокойтесь, – заверил его Киавелли. – Я буду только рад.

– Идемте, – шепотом произнес Асгар.

Панель над их головами уже была вскрыта и приподнята; именно отсюда в туннель проникал свежий воздух. Асгар сдвинул ее в сторону, и беглецы один за другим выбрались в пространство под полом барака. Тейеру пришлось нелегко, но он справился. Киавелли вставил панель на место и забросал ее землей.

Джон и Асгар приблизились к краю барака, отделенного от столовой тускло освещенным двором. Как и предсказывал уйгур, здесь патрулировал только один охранник, небрежной походкой описывая круги. На плече караульного висел автомат, он шагал, опустив голову, будто в полусне.

Они вернулись к Тейеру и Киавелли, лежавшим на земле. Тейер вопросительно посмотрел на Смита, но тот покачал головой и прижал палец к губам. Беглецы затаились в ожидании. Ночной воздух холодил их кожу. Луну заволокло серое облако, и территория колонии погрузилась в зловещий мрак.

Наконец охранник двинулся к бараку. Джон и Асгар вновь переместились к его краю и замерли в неподвижности, выжидая. Как только караульный прошел мимо, Асгар выпрыгнул из-под здания, словно горный кот, и ударил охранника по голове рукояткой пистолета. Этого оказалось достаточно. Асгар начал втаскивать охранника под барак, чтобы связать его, заткнуть рот кляпом и перенести в столовую, но тут случилось именно то, чего он опасался. Из-за соседнего здания вышел второй караульный. Он увидел Асгара, склонившегося над неподвижным телом, и несколько долгих мгновений стоял, выпучив глаза и шевеля отупевшими от монотонной службы мозгами, не в силах уразуметь происходящее и предпринять нужные шаги. Внезапно его осенило. Он схватился за автомат, висевший у него на плече. В тот миг, когда оружие оказалось у него в руках, Джон выскочил из-под барака за его спиной и одной рукой схватил охранника, взяв его горло «на замок». Тот сразу попытался ударить его прикладом. Джон отреагировал и уклонился, но был вынужден отпустить противника.

Караульный рывком повернулся и навел на Джона автомат. Его палец напрягся на спусковом крючке, и в тот же миг из-под барака вырвался Киавелли. Он метнулся вперед, пригнувшись и выставив плечо, будто боевой таран. Он врезался в охранника, отбросив его на добрые два метра, одновременно пытаясь выхватить у него автомат. Тем не менее караульному удалось спустить курок.

Автомат выстрелил. Звук был похож на раскат грома. Казалось, он потряс здания и донесся до самых звезд.

Джона охватил страх.

– Прячьте его. Быстрее! – Он сбил караульного с ног ударом в подбородок.

В ту же секунду кто-то закричал по-китайски, потом послышался еще один голос. Оба звучали с вопросительной интонацией. Дэвид Тейер выпрямился и крикнул что-то в темноту. Джон не понял его слов, но в них угадывалась уверенность. Старик расхохотался, и в ответ послышались смешки.

– Я сказал, что едва не прострелил себе ногу, нечаянно нажав на курок, и попросил не выдавать меня, – шепотом объяснил он, пока остальные наспех связывали двух охранников и вставляли кляпы им в рот. Тейер вновь усмехнулся.

– Это вы ловко придумали, – негромко произнес Джон.

– И даже очень, – согласился Асгар.

Киавелли ничего не сказал, лишь улыбнулся.

Подгоняемые страхом разоблачения, четверо мужчин торопливо понесли к столовой тела потерявших сознание охранников. Там, распахнув дверь, их ждали уйгуры. Как только Асгар вошел внутрь, один из них обратился к нему с вопросом.

Прежде чем Асгар успел перевести, Тейер сказал:

– Они говорят, что могут сами спрятать охранников. Мы должны покинуть территорию до того, как луна вновь выйдет из-за туч.

Джон кивнул:

– Спасибо, доктор. Передайте им, пусть займутся. Давайте уносить отсюда ноги.

Они поспешно прошли тем самым путем, которым Ибрагим привел их сюда, – из зала в кухню, к задним двустворчатым дверям. Там их встретил еще один уйгур и жестом велел прибавить шаг. Они пробежали по слепой зоне к ограде – уйгуры уже подняли щиты подкопа по обе ее стороны. Луна – этой ночью она была в фазе трех четвертей – все еще пряталась за облаками.

Асгар быстро перебрался на ту сторону, но Тейер вдруг остановился. Он, словно в трансе, смотрел сквозь сетку забора.

Джон огляделся по сторонам, чувствуя, как на шее дыбом встают волоски. До сих пор им очень везло. Сейчас было не самое подходящее время испытывать судьбу.

– Доктор Тейер, теперь ваша очередь. Вы следующий.

– Да, – пробормотал старик. – Моя очередь. Это потрясающе. Поистине потрясающе. Когда-то я был страстным болельщиком «Доджеров». Насколько я понимаю, они уже не живут в Бруклине. – Он посмотрел на Смита.

– Теперь они выступают за Лос-Анджелес. – Джон подтолкнул его к подкопу. – «Гиганты» тоже переехали. Покинули Нью-Йорк и перебрались в Сан-Франциско.