Кодекс Императора V

Видимо, ночных развлечений с персами ей не хватило.

— У тебя еще не раз представится такая возможность. А пока нужно усилить охрану на ряде производств, — я протянул ей папку со всеми указаниями.

Мне нужно, чтобы тени не допустили повторных попыток персов уничтожить наши заводы. Самые значимые производства должны быть в безопасности.

— Уверен, что на них попытаются напасть, — сказал я Алине, когда она изучила бумаги.

— Да тут даже предсказатель не нужен, — широко улыбнулась она, явно предвкушая веселую работу.

Ох, и не завидую тем персам, кто попадется на глаза Алине. Но, с другой стороны, они сами выбрали свою участь, когда решили сунуться в Российскую империю.

После того, как Алина отправилась выполнять указания, я распорядился позвать свою сестру.

— Аристократы уже вовсю обсуждают твои ночные приключения, — сообщила Анастасия, явившись ко мне.

Сегодня у нее явно было хорошее настроение.

— Уверен, что без твоего участия не обошлось, — ответил я, намекая, что Анастасия распространяет большинство слухов при дворе.

Уже отсюда они разлетаются по всей империи. Правда, чем больше людей в связующей цепочке, тем больше велика вероятность «сломанного телефона».

Помню случай, когда у дяди родился бастард от служанки. До Владивостока эта новость дошла максимально искаженной, ведь о подобном не говорили в новостях. И дворяне самых дальних земель вовсе думали, что у брата императора родилась двойня, которую в тот же вечер украли.

Суть в том, что истинная информация обрастает слухами. Зачастую не самыми правдивыми.

Таким образом, на словах, меня женили уже раз сто. Хотя я ни разу не уделял ни женщинам прилюдно такого внимания, чтобы эти слухи вообще появились. Но аристократкам только стоит дать волю… и потом можно много интересного о себе узнать.

Впрочем, при дворе Анастасия хорошо их сдерживает и направляет в нужное русло.

— У меня есть для тебя поручение. И оно тебе понравится, — слегка улыбнулся я.

— Дай угадаю. Если мне понравится, значит, ты решил затеять ремонт дворца и доверить это мне?

— Не угадала. Этим я тоже планирую заняться, но не сейчас.

Ремонтом стоит заниматься в свободное время. Уже не говоря о том, сколько средств на это потребуется. Они у меня есть, но многим личностям пока об этом знать необязательно.

Анастасия хмыкнула, явно прикидывая варианты… Но я решил не тянуть:

— Мне нужно, чтобы ты сегодня организовала роскошный бал. Как ты умеешь.

Мне уже сообщили, что Маргарет едет к нам. А прием дочери императора подразумевает особые негласные требования. Она как минимум будет ждать, что ее встретят также, как встречали меня.

— Сегодня к нам приедет австрийская принцесса, — добавил я.

Услышав про бал, Анастасия обрадовалась. Однако через мгновение ее лицо снова стало серьезным.

— Будь с ней осторожен, брат. Она разбирается в политике даже лучше, чем наш отец.

— Даже лучше меня? — уточнил я.

— Пожалуй, нет. Хотя после всего случившегося за последние месяцы начинаю сомневаться, что хорошо тебя знаю. Ты умеешь удивлять, — призналась сестра. — Маргарет именно из тех людей, с кем стоит держать ухо востро. Она умеет держать себя в руках и не посмеет обмануть тебя. Но какие-то свои цели она точно преследует.

И я даже догадываюсь какие…

Маргарет была для меня понятна и даже интересна. Она умелый дипломат, но при этом не представляет для меня никакой угрозы. В случае чего, у меня не возникнет проблем, чтобы переиграть ее. Впрочем… Маргарет со мной не играет. Знает, чем это чревато.

Сразу два политических чудовища обнаружили друг друга и прикинули, что им лучше дружить. Причем эти выводы мы оба сделали не в своих мыслях, а на каком-то подсознательном уровне.

Обсудив с сестрой подробности, я велел позвать Кутузова, который утром уже вернулся из Персии, а также пригласил Соломонова и Лаврентьева. И вскоре все трое были в моем кабинете.

— Должно быть, вам интересно, зачем вас позвал, — начал я издалека. — Вы мои самые преданные союзники, а потому я приоткрою вам небольшую тайну.

Все трое выглядели заинтересованными.

— У меня имеется артефакт, в котором заключен дар мастера порталов. А потому мне нужно, чтобы вы предоставили по одному доверенному человеку из своих людей. Из них я выберу, кто будет достоин принять этот дар.

У Лаврентьева от удивления брови на лоб полезли. Кутузов и Соломонов не удивились, поскольку знали меня гораздо лучше. Они оба понимали, что от меня можно ожидать чего угодно.

— Вы не шутите, Дмитрий Алексеевич? — не поверил Лаврентьев.

— А я с вами когда-нибудь шутил? — строго спросил я.

— Нет.

— Вот вам и ответ, — хмыкнул я.

— У меня имеется такой человек. Сегодня отправлю его вам, Дмитрий Алексеевич, — сказал граф Соломонов.

В нем я не сомневался. Он держит при себе только доверенных людей. Там есть из кого выбирать.

— Также пришлю через пару часов, — кивнул Кутузов.

— И я найду, Ваше Императорское Величество, — учтиво сообщил Лаврентьев, хотя удивление до сих пор не сходило с его лица.

— Приведите их завтра вечером. Подумайте хорошо. Это дело, которое не требует спешки, — пояснил я.

Все согласились.

После того, как троица покинула кабинет для поиска рекрутов, предо мной возникла Алина.

— Господин, а вы не объясните мне, зачем вы дали эту возможность? — с улыбкой поинтересовалась она.

— Скоро сама все увидишь, — уклончиво ответил я.

Мои тени не подходили для того, чтобы принять дар. Хотя среди прочих именно они самые преданные и верные. Но теневой дар немного идет вразрез с портальным. И может получится так, что вместо того, чтобы обрести две способности, оба источника повредятся. А рисковать подобным образом я не хотел. Ведь вероятность успеха с тенями минимальна и мне проще найти доверенного человека со стороны.

Вечером следующего дня вернулись Кутузов, Соломонов и Лаврентьев вместе со своими кандидатами.

Кутузов привел своего друга, с которым прошел не одну битву плечом к плечу. Звали этого человека Ротмистров Игорь Геннадьевич. По телосложению он был не меньше самого Кутузова, но немного ниже его самого. Особенно выделялся глубокий шрам на лице, идущий от левого глаза к уголку рта. Ему было тридцать три года, хотя выглядел он постарше. Так казалось из-за серьезного выражения лица.