Кодограмма сна

– Ты добрый парень, – похвалил его Мэрдок – поэтому богам такая жертва будет угодна.

– Я не возражаю. Мне с детства была свойственна страсть к самоуничтожению. Еще будучи чемпионом по армрестлингу среди малолеток в своем районе, я дважды вкушал уксусную эссенцию, но оба раза меня откачали… – с такими словами бык соскочил с сидельца, снял трусы, вьетнамки и взгромоздился на очищенные для церемонии заклания сдвинутые столы.

33

Дальнейшего Софронов по причине крайней экстравагантности зрелища не увидел. Как только сиделец перерезал быку остро оточенной алюминиевой ложкой сонную артерию, а актеры труппы выстроились с жестяными кружками в очередь на слив крови, Андрея начало тошнить и тошнило до тех пор, пока белочки и зайчики не натянули шкуру убитого быка в качестве мембраны на продолговатый медный стакан большого барабана, а тушу быка не вынесли в коридор, чтобы малоимущие тоже вкусили от щедрот богов. Малоимущими оказались те самые бритоголовые драгдилеры, предлагавшие Софронову героин, клофелин и имодиум. Драгдилеры, как стая голодных крыс, набросились на мясо угодного богам и в несколько минут оставили от него только белые кости. Их белизна доказывает, что жертва была избранна правильно – богам угоден только исключительно чистый телом и душой бык. А вот поведение Андрея обществу показалось по крайней мере невежливым, хотя один из актеров, а именно Мухомор, высказался в более резкой форме:

– А казачок-то засланный…

– Скорее залетный… – остановил его дальнейшие рассуждения вслух клоун едва заметным, но чрезвычайно властным движением левого уха, – но он гость, а это нас ко многому обязывает. Мы должны показать ему Вавилон во всей его красе и, самое главное, записать его в Вавилонскую библиотеку.

Последнее замечание вызвало целый камнепад убийственного смеха актеров, сгрудившихся над несчастным Софроновым, лежавшим в жутких корчах на

посыпанном опилками каменном полу полпивной.

Но нет худа без добра. Андрей по крайней мере облегчил свой желудок от пресловутого фаст-фуда, а сознание от напрасных иллюзий в отношении своих новых знакомых. В его еще затуманенном парами алкоголя мозгу высветилось:

НЕ ВЕРЬ, НЕ БОЙСЯ, НЕ ПРОСИ.

Стало легче. Члены снова стали наливаться осмысленной энергией. Лицедеи решили по своему:

– Кажись оклемался…

– Сажай его на табурет…

– Глаза, глаза ему откройте…

– Может ему спички вставить? У кого есть спички?

– Пустое! У него и так сейчас глаза на лоб полезут…

Клоун нацепил барабан, обтянутый шкурой быка, себе на шею и начал со всей мочи бить в него двумя зонтиками. Один зонтик был черный, другой цветной. Актеры как обезьяны стали ухать, прыгать-сигать и вообще доставать Софронова щипками и тычками. Клоун завопил песню:

Я простая девка на панели.Что угодно сделаю за мани.Все мои отверстия в натуреОбесчещены по многу раз.Я поэтому богам угодна.Привяжу к спине я вентилятор,Закушу соленым мухоморомИ отправлюсь в Звездные Дома.Там живут отличные мужчины.Они моют ноги каждый вечер.Они моют члены перед сексом.И стихи читают девкам после.Из стихов я тех узнала вот что:Есть отличная помойка возле бани,В коридоре меж колодцами сто тысячДвадцать первым и сто тысяч семьдесят вторым.Там среди лохмотьев и обмылков,Продырявленных тазов и прочей дряниТы найдешь, коли не брезглива,Два зонта – цветной и просто черный.Их утратил в древности известный,А теперь забытый маг-волшебникПо прозванию Лукойе типа,А по имени он Оле вроде…Был он в бане, тело мыл и руки,Голову, в ушах и в жопе.Взялся за ноги, но сослепу не виделКак смыл вместе с грязью номер,Тот, что сам он привязал к лодыжкеВ рассуждении не потерять его,Чтобы после посещенья баниВ гардеробе бани вещи,Что сдавал туда, себе вернуть.Ну и не вернули ему вещи.Нельзя без номера – такой порядок.Самому навешали, пустилиГолым, типа, в Африку гулять.Там он на фиг сгинул, а вещички,Выкинули, значит, на помойку.И среди них два зонта заветных,Где им, собственно, и было место,Чтоб гулящая, как ты, девица,На которой пробу ставить негде,Те зонты нашла и примененьеЛучше во сто крат им отыскала.Я и отыскала в самом деле.Что я, дура – не понять веленьяЖителей домов на звездах.Как теперь сниму я мальчугана,Старика, арнольда или ваню,При деньгах или с дырой в кармане,С медицинской справкой или без,Я его тот час же увлекаюВ игрище любовное, затем жеЗеленым вином пою до пьяна,До кошмаров, до галлюцинаций,Чтоб, когда пацанчик мой растает,Выложил мне все как на духуПро свою историю в натуре.Тут уж я сама и разберусьНужен он библиотеке ВавилонаИли нет, чтоб отыскать в ней книгу,Ту единственную, что можно прочитать,А не спать над ней,Как все мы спим…

У Софронова действительно вылезли глаза на лоб и сам собой открылся рот. Из него клоун вытащил свернутый в трубку большой лист бумаги и, подмигнув дурным глазом своим сообщникам, развернул его перед ними. Это оказалась театральная афиша. Из нее следовало, что автором пьесы "ГОСПОДИН ШИМПАНЗЕ" является никто иной, как Билл Гейтс. Тут уж настала очередь лезть на лоб глазам клоуна и его команды. Еще у них отвисли челюсти и появилось дрожание в коленях. Первым совладал с собой, естественно, заводила – клоун. Он дрожащими ручонками все-таки сумел раскрыть над Софроновым цветной зонт и с помощью Нади и сидельца начал вращать его над головой Андрея сначала медленно, а потом все быстрее, быстрее и быстрее.

Туман в голове Андрея окончательно рассеялся и перед ним замелькали до зубной боли в сердце знакомые экзистенциальные ситуации и персонажи.

"Может, я и вправду Билл Гейтс?" – подумал Андрей и всем своим существом понесся в мир иной… За ним, как хвост за кометой, помчались актеры труппы Руперта Мэрдока. Через секунду Софронов – Гейтс со свитой оставил полпивную и ринулся вниз в колодец. Через миг выяснилось, что колодец без дна. Вернее дно было, но затянутое переплетеньем заржавленных труб и пыльных проводов. Среди них выделялась лесенка, ведущая к круглому люку. Новоявленная комета скользнула по ней, чуть-чуть сдвинула тяжелую чугунную крышку и рассыпалась по асфальтовой мостовой разноцветными конфетти, которые моментально были смешаны с уличной грязью шинами многочисленных автомобилей…

34

Утро, хотя и началось в три часа пополудни, выдалось нерабочее. Авдотья вяло возила засохшей кистью по бурому от грязи холсту и умирала от скуки. Она уже собиралась выпить водки, когда наконец раздался первый за сегодня телефонный звонок. Девушка с облегченьем ткнула кистью в раскисшую палитру, схватила с тумбочки телефонный аппарат, пакет молока и с ногами забралась в кресло.

– Авдотья на проводе! – весело крикнула она в трубку и пролила молоко на кофточку.

– Эт я, твоя подруга Мэри…

– Мэри, сучка, что ж ты не звонишь? Я тут умираю от скуки после вчерашнего, а лучшая подруга динамит…

– Пошла ты в жопу, Дунька, я сама только оклемалась. Вот сижу хаваю, пытаюсь вспомнить вчерашнее, думала у тебя кое-что узнать… А потом, ты же сейчас работать должна. Художник в простое…

– Харэ нудить. Тоже мне нуда какая!

– Ладно не ругайся… А у меня информация для тебя интересная!

– Да ну…

– В журнале вычитала.

– Когда успела-то?

– Я балдею с тебя, Дунечка, я ж рано встаю. Каждое день не позже двенадцати я бегу в киоск, покупаю всю пачку прессы, пишу обзор по нужной теме, передаю его на "Свободу", получаю за это мани. Иначе на какие шиши я буду похмелять тебя, подруга…

– Мне уже стыдно… Ну чего там пишут. Про меня?

– Про тебя само собой. А еще про одного твоего бой-френда!

– У меня полгорода бой-френдов. Про кого конкретно?

– Слушай!…Новая выставка открылась в небезызвестной своими прорывами в новую реальность галерее "ОГИЗ". Выставка носит название "ВЕСЬ ТИРАЖ"… Только ты, Дуня, учти, что это я тебе статью читаю из месячной давности журнала "АР ТЫ И ФАК ТЫ", а то побежишь ему глаза выцарапывать…

– Кому ему? Че ты несешь? И чего бздишь, что каждое утро встаешь не свет не заря, всю пачку прессы скупаешь. Журнал-то старый. Небось на помойке нашла…

– Не спеши, мать, все сейчас поймешь… А на счет гонки ты не права. Я газеты, дура ты, скупаю… А журналы в сортире мой мужик оставляет. Там я и этот номер "АР ТЫ и ФАК ТЫ" надыбала… Хезать пошла, а кроссворд взять забыла. Пришлось приобщиться к журнальчику, какой попался. И думаю, не зря…

– Ладно, гони дальше, профура…

– Молчала бы ты, целка семиабортная… Очень интересная концепция говорит об открытии еще одной пробоины в днище нашей тонущей цивилизации. Может быть, с этой отчаянной акции молодого дарования начнется давно уже ожидаемое подтопление наиболее живучего отсека нашей плавучей тюрьмы духа живаго. Пока же неудачливый поэт-традиционалист превратился на наших глазах в удачливого актуального художника, выставив на обозрение почтеннейшей публики весь тираж своего первого сборника. Книга вышла больше двух лет назад в знаменитом издательстве "СКУНСКАМЕРА", тиражом в 9999 экземпляров. С тех пор, несмотря на довольно мощную рекламную кампанию в СМИ и способом прямого действия, не было продано ни одного экземпляра. Даже посетители аптек и супермаркетов не обратили на нее внимания, хотя автор простоял голым, прикрывая гениталии своей книгой в витрине самого большого торгового центра в этой стране, в "РАДОСТИ ПОТРЕБЛЕНИЯ" целую неделю, а потом угрожал взорвать его, если никто не купит хотя бы пару экземпляров…

– Я сейчас засну, подруга! Давай короче…

– Потерпи, задница, немного осталось… Благодаря четкой работе отечественных спецслужб телефонный террорист был немедленно вычислен и задержан, но благодаря заступничеству ряда известных деятелей литературы и искусства был отпущен под честное слово не нарушать ритмичной работы предприятий розничной торговли, которые вносят огромный вклад в государственный бюджет всех уровней, из коего, кстати, в значительной степени идет финансирование огромного количества фондов поощрения молодых талантов, чтобы те не ширялись по подвалам и не опускали всякое быдло в спальных районах на пенсию или пособие по безработице. Ведь благодаря опеке одного такого фонда, а именно "Подснежник" и был взращен герой настоящей статьи…