Кольцо царя

Нина показала Ефиму амулет, объяснила, что почтенный Стефан послал к нему за советом.

Старец глянул на амулет, поднял глаза на Нину и произнес:

– Зульфикар.

– Не поняла я, почтенный. Не знаю я такого слова. Вразуми, сделай милость.

Ефим усмехнулся, погладил седую бороду, глянул хитро.

– Конечно, не знаешь. Зачем тебе? Это великий меч, что побывал в руках пророка, – он повел рукой. – Садись, спешить не надо. Я расскажу тебе про него. Это хорошая история.

Нина присела на ту же скамейку. Галактион примостился рядом. Нина на него было шикнула, чтобы шел работать, а то Стефан ему тумаков пропишет.

Но Ефим остановил ее:

– Погоди, зачем прогонять хорошего юношу? Ему тоже полезно послушать. Хорошо знать, что почитают в других странах. Надобно слушать старых людей. Мы умеем и любим рассказывать. А молодежи надо учиться слушать…

– Молю тебя, почтенный Ефим, расскажи уже про амулет, – Нина поняла, что кратким рассказ не будет.

– Вот видишь, и ты торопишься. Перебиваешь меня. Но я расскажу, раз почтенный Стефан попросил. Я не видел тот меч, но люди говорят, что пророк Мухаммед, мир ему и благословение Всевышнего, получил его от одного праведного халифа. Клинок у этого меча раздвоен, как жало мудрой змеи. Ибо все имеет оборотную сторону в этом мире, и если один клинок ранит, то другой исцеляет.

Нина открыла было рот и вдохнула, собираясь спросить, как это меч исцелять может. Но старец не дал ей сказать, подняв ладонь и продолжая:

– Не спорь с легендой и не перебивай старших. Я тебе дальше расскажу. Не у всякого меча есть имя, а у этого есть. Имя этому мечу – Зульфикар. И когда покинул землю Пророк, то перешел Зульфикар в руки Али ибн Абу Талиба, великого воина, защищавшего свои земли. Этим мечом победил он страшного и сильного врага своего, Амра ибн Абдауда, сила которого превосходила силу тысячи воинов…

– Почтенный Ефим, поведай, при чем тут этот амулет и как мне найти его хозяина? – Нина легенды любила, но сил не было слушать сказания, чувствуя, как время сочится, словно отвар сквозь холстину.

– Нетерпелива ты, женщина, непочтительна к старости. – Старец замолчал.

Нина торопливо порылась в поясе, достала несколько монет, вложила в руку Ефима.

– Прости меня, почтенный. Возьми это скромное подношение, только, ради всех святых, поведай, где найти владельца амулета!

Он укоризненно посмотрел на аптекаршу, но деньги взял. Пожевал губами, прикрыл глаза.

Нина опять заговорила:

– Не любопытство мое вопросы задает, а душа израненная. Мне человека спасти надо, он из-за игр великих в подвалах томится. Они людскими жизнями будто в затракион играют, а человек погибает. И с каждым днем все хуже ему. Только хозяин амулета мне помочь сможет. Я уже все испробовала… – Она опустила голову, и такая накатила на нее усталость, такая тяжесть, что горло сжалось, не позволяя больше говорить.

Старец вздохнул:

– В горах есть тайная школа, где готовят воинов. О той школе никто не знает, путь к ней закрыт. Это амулет их учителя. А у учеников Зульфикар нанесен иглами на кожу. Воины фатимидов скрываются и от халифа, и от василевса. Никто не знает, как их найти. Лишь изредка кто-то из них спускается с гор за вином и едой. Да за аптекарскими снадобьями, чтобы раны, в учении полученные, лечить. Они ко мне иногда заходят, если сбрую починить надо. Я скажу, что ты их искала. Жди.

– Да помилуй, мне же сейчас надо! У меня времени совсем нет их ждать, – Нина едва сдерживалась. – Подскажи, как мне их разыскать? Куда идти?

– Не надо спешить. Самые большие ошибки совершаются, когда люди спешат и когда не слушают старших. Где они – я не знаю. Я стар и давно уже не хожу по горам. Люди сами ко мне приходят. Вот ты пришла. И они придут, когда я им понадоблюсь.

– Спасибо тебе, почтенный. Прости, если помешала.

Аптекарша встала, поклонилась и бросилась в галереи.

Ефим проводил ее взглядом, покачал головой.

– Эта женщина, как необъезженная кобылица, слишком много в ней воли и смелости. Слишком много сама решить хочет. В беду попадет.

Галактион торопливо поклонился и выбежал за Ниной, догнал, схватил ее за руку. Та сердито бормотала под нос про неспешных старцев, вытирая слезы со щек.

– Куда ты кинулась, Нина? Ефим прав, ты спешкой ничему не поможешь, а только сама пропадешь.

– Ты не знаешь, о чем речь, поэтому не мешай мне лучше.

– Куда ты сейчас бежишь? Дай я тебя хоть через ближнюю дверь проведу.

Нина остановилась, повернулась к парню.

– И то верно. Спасибо тебе, Галактион! Выведи меня отсюда.

– И куда ты пойдешь?

Аптекарша молчала, глядя в пол.

Не дождавшись ответа, Галактион спросил:

– Ты же убийцу опять ищешь? Нина, не молчи, я все равно вызнаю. – Он подтянул рукава, уперся кулаками в пояс. На руке его краснела длинная вспухшая ссадина, покрытая корочкой засохшей крови.

Нина устало присела на перевернутую бадью. Покопалась в корзинке, достала мазь и порошок для ран.

Галактион отмахнулся было, но Нина потянула его за руку, заставила сесть рядом. Намазала царапину снадобьем, а порошок убрала обратно, раз кровь уже свернулась. Посмотрела в корзинку, замерев от мелькнувшей мысли.

– Где ты так поцарапался?

– Да я сбрую надевал на Зефира, а он… – парень с воодушевлением начал рассказывать.

Но Нина не слышала его. Аптекарша склонилась над корзинкой, вдохнула знакомый запах. Раздумье ее длилось недолго. Поняв, что ей надо делать дальше, Нина упаковала снадобья поплотнее, обвязала корзинку платком, поднялась. Галактион уже закончил свой рассказ, молча наблюдал за ней.

– Пойду я, Галактион. Выведи меня отсюда, сделай милость.

– Я с тобой пойду. – Он упрямо сложил на груди руки.

– Не надо со мной. Мне к Гидисмани надобно. Что-то нет у меня сил совсем, а у него… хороший отвар есть из зизифуса, что сил придает. Выпью его и пойду к Гликерии. Не беспокойся за меня.

Галактион нахмурился, но вывел Нину через неприметную дверь. Аптекарша благодарно кивнула парню и, закрывая лицо мафорием, споро направилась к Мезе.

Он постоял, глядя ей вслед. Снял с крюка чей-то черный, провонявший конским потом и сыростью плащ, набросил на себя, натянул край плаща на голову.