Кольцо викинга

— Или туда же, на два метра под землю попаду… — парировал напарник. — Если вообще сработает. Но пробовать, извини, не стану.

— Логично. Здесь всяко лучше, — согласился Игорь.

Окончив беспредметный разговор и не особо примериваясь, располовинили увесистый груз и с некоторой грустью покинули неприметный холмик на опушке.

Идти здесь оказалось куда труднее, чем гулять в исхоженном грибниками пригородном лесу. Все казалось было против них. Корявые, жесткие, словно стальная проволока, ветки цеплялись за одежду. Мешал и бурелом: сваленные стволы, поросшие мохом, скользкие, с торчащими во все стороны ветками, они вполне могли исполнить роль противотанковых надолбов.

За час прошли всего с километр. И то если ориентироваться на счет шагов. Наконец Вовка бросил пустое бормотание и устало опустился на очередной, длинный, как корабельная мачта, ствол, перегородивший им путь.

Отдышавшись, товарищи с грустью вспомнили о том, что даже не завтракали.

— Есть хочется, — наконец не выдержал Кубик, чей организм, привыкший к потреблению гигантского количества калорий, категорически требовал подкрепления.

— Грибов не видать. Ягод тоже, — осмотрел окрестности Абрек. — Придется… Он вдруг замер и уставился в чащу.

— Чего? — всмотрелся в просвет Кубик.

— Тихо, — Игорь неприметным, плавным движением вытянул из-за пояса топорик.

Еще медленнее занес руку над головой, прицелился и с силой, словно копьеметатель, желающий побить мировой рекорд, метнул оружие.

Короткий визг, мельтешение листьев, и все стихло.

— Ну что, попал, "Чингачгук"? — с интересом вытянул шею Владимир.

— Не знаю, — отозвался Игорь. — Я вообще не очень представляю, зачем это сделал. Просто, вдруг решил…

— Ладно, чего гадать? — Кубик опустил на землю мешок. — Пойду, гляну.

Он преодолел с десяток метров сквозь заросли и раздвинул кусты.

— Есть, — с радостью заорал он и сунулся за добычей. А еще через пару секунд вытащил из зарослей громадную птицу, с большими, безвольно мотающимися в стороны, крыльями.

— Глухарь? — поинтересовался выполнивший роль охотничьего пса Кубик.

— Наверное. А может, тетерев. Я в них не очень… — отозвался Игорь, вытирая поданный ему Вовкой топорик о траву. — Жаль птичку, но есть надо, — он подобрал валежину и с хрустом переломил ее о колено.

— Сейчас костерок разведем. Поджарим, — принялся собирать сухие ветки Кубик. — Жизнь-то налаживается, — пошутил он, когда в тишине сонного леса затрещал разгорающийся огонек горящей бересты.

— Вот и верь после этого надписям на сигаретах, — бережно спрятал в нагрудный карман простенькую зажигалку Игорь. — А вот если бы не курил, сидеть нам без костра.

— Странно, — повторил Абрек.

— Чего странного, сам же сказал, память тела? — оторвался от птицы Кубик.

— Не про то речь, — в глубокой задумчивости пояснил Игорь, теребя ус. — Раньше, ну, там, в нашей жизни, я и таракана прихлопнуть-то не мог. Все рефлектировал…

Это потом, когда Он возник, я без всяких размышлений машину с людьми подорвал. И никаких переживаний. А ведь не тараканы. Какие ни есть — люди. Чего уж про птицу говорить. Сдается мне… это я к твоим словам о врагах, рука не дрогнет.

Кубик скосился на философствующего товарища: — И чего из этого следует?

— Слышал по ящику, как-то выступал один ученый, мол, душа — это результат биохимических реакций организма…

— Ага, а наше путешествие — искривление пространственно-временных полей… — саркастично усмехнулся Кубик, возвращаясь к приготовлению ужина. — Давай раз и навсегда. Не стоит ломать голову, ища ответы на вопросы, которые не имеют объяснения. Нет, и не будет… Принять, как данность. Единственную.

— Тогда остается признать, что Его характер и личность вытесняет мое я. Его жизненный опыт, навыки… Все. А если он пленникам головы рубил? Или живьем жег?..

— Значит, так тому и быть, — спокойно подтвердил Кубик. — На крайний случай, попробуй себя убедить, что те его поступки — это не твои. Примирись. Я считаю, что это единственная возможность выжить и не свихнуться.

Пробираться через завалы после трапезы оказалось значительно труднее. Однако подстегивала их даже не перспектива заночевать в диком лесу, а томящая неизвестность. Вопросы, как их ни гони, выныривали один за другим.

Вовка в очередной раз прислушался к себе, недоуменно пожал плечами и, уже не раздумывая, ткнул измазанной в сосновой смоле ладонью налево.

— Туда? — Абрек с сомнением глянул на неотличимый от остального пейзаж. — Ну, смотри, тебе виднее, — подбросил опостылевший за время перехода мешок с серебром и зашагал в указанном направлении.

Тревога в сердце взвыла подобно сирене в кабине падающего лайнера. Он крутанул головой, ища причину, но опоздал. Хрустнула под ногой ветка. Земля закачалась, словно топкая болотная трясина, и он с замиранием сообразил, что валится куда-то вниз. Хлестанула по лицу, обдирая кожу, словно наждак, еловая ветка, посыпалась на голову труха и терпкий лесной мусор, а еще через секунду он смачно, не успев даже сгруппироваться, долбанулся о землю.

В последний момент сумел все-таки чуть спружинить и повалился на бок. И тут же, добавив новую порцию пыли и грохота, вслед за ним свалился Вовка.

Звякнула, угодив аккурат на спину Абреку, упрятанная в сумку добыча.

Прошло несколько мгновений, Игорь осторожно, проверяя, все ли в целости и на своем месте, покрутил шеей.

Хрустнули позвонки, кольнуло в плече, и только. Он задрал голову и уставился в едва различимый сквозь хитросплетение веток кусок неба.

Отсюда, со дна узкой и глубокой ямы, он показался невероятно далеким.

— Эх, ети его… — в сердцах рявкнул Абрек. — Идиоты…

Хотя, орал он, скорее, от расстройства. Сняв первый стресс, подвинулся к лежащему рядом Вовке. — Ты как?

Вопрос остался без ответа. Тяжелый штангист лежал молча.

— Эй, чего? — оторопев от дикости ситуации, тряхнул приятеля за плечо Абрек. — Ну?

Товарищ медленно пошевелил рукой и сипло выдохнул: — Нога… Мать… Ох, блин, больно-то как…

Игорь попытался рассмотреть конечности друга, не сумел и начал проверять на ощупь.

Приземлившись на лежащий посредине ямы камень, Кубик умудрился подвернуть и без того неоднократно травмированную за время спортивной карьеры ногу.

— Ничего, сейчас, — Абрек стянул с товарища ботинок и попытался определить, насколько плохи дела.

Крови не обнаружил, однако сустав раздулся и стремительно опухал.

— Колено выбил, — определил Кубик. — Значит, так. Берись за ступню и резко, чуть с поворотом, дергай.

— Погоди, — он уперся руками в землю. — Сразу замотай ногу плотной повязкой.