Коллега

– Слушаю, – строго молвил некто.

– Курьер, – представился я, – корреспонденция для Гасановой.

– Проходи, – дверь открылась, и я прошел.

И очутился в тамбуре перед стеклянной дверью. Охранник, молодой полноватый парень в расстегнутом темном пиджаке, поднялся из-за стойки и поманил меня пальчиком.

– Кто такой? – как говорится, бдительность сестра безопасности. А то он не видел, кто я.

– Курьер.

– Покажи удостоверение.

– Вот, – я извлек из внешнего нагрудного кармана заламинированный кусок картона с собственной фотографией и протянул стражу. В кармане пискнул телефон. Порядок, наблюдение во всем здании отсутствует, начинаем работать. – Ух, ты, – я сделал шаг вперед и ткнул пальцем ему в торчащую из пиджака кобуру, – пестик. Настоящий?

– Нет, блин, водяной, – брезгливо ответил он, – эй, ты чего? – я сделал еще шажок.

– Настоящий, круто, – и несильно ткнул его кулаком в грудь.

Удар настиг его на вдохе, парень согнулся и попытался упасть, но я подхватил его и поволок, как паучок муху к открытой двери дежурки. Нам с ним предстояло кратко побеседовать, а потом и немного поработать вместе.

– Сделаешь все, как надо, оставлю в живых. Ты понял?

– Да, – он испуганно кивнул и вытер рукавом вспотевшую физиономию. Бедняге очень хотелось верить, что все еще может обойтись и его не убьют. Почему-то в таких случаях все всегда в это верят.

– Начали, – он открыл дверь магнитным ключом и мы вошли.

– Вы куда? – стервозного вида средних лет тетка за стойкой у входа перестала барабанить по клавишам и удивленно на нас посмотрела.

– Письмо лично шефу, – как и уговаривались, ответил охранник, – я провожу.

– Хорошо, – буркнула она и вернулась к работе.

Он повернул направо и походкой ненадолго ожившего мертвеца двинулся по коридору, я за ним. Каждые два шага бедняга вытирал лицо то одним, то другим рукавом. Может, у него не было носового платка или от страха он просто забыл о нем.

– Стой, – скомандовал я, и он замер.

– А?

Я достал из кармана платок.

– Держи, – он послушно протянул руку, – вытри личико, – вытер, – и башку, – голова у парня была мокрая, как будто на него вылили ведро воды, струйки пота ручьем стекали с нее на шею и даже заливались в уши. – Молодец, платок оставь себе.

– Спасибо, – чуть слышно прошептал он.

– На здоровье.

Он толкнул дверь, и мы вошли в просторную приемную, охранник сразу же принял влево и замер, прижавшись к стене. Я аккуратно закрыл за собой дверь и остановился у двери, прижимая конверт к груди.

– В чем дело? – крупный, с обритой налысо башкой мужик проворно поднялся, в несколько шагов пересек приемную и оказался прямо передо мной.

– Письмо, – кратко ответил я.

– Кому?

– Тебе, – и выстрелил через конверт.

Вторая пуля досталась девице, эта шустрячка первой поняла, что к чему, и даже успела вскинуть ствол. Не ожидал, признаться. Третью и четвертую пули словили пьющие кофе за маленьким столиком парни. И наконец, пятая досталась моему провожатому. Его я просто ранил, ведь надо же будет хоть кому-нибудь рассказать ментам, что же здесь все-таки произошло.

Прошел через прихожую, отворил одну дверь, затем вторую и вошел в кабинет.

– Что? – изумленно спросил расположившийся за пустым (ни единой бумажки) столом, размером с два биллиардных, носатый лысый субъект в белоснежной рубашке и распущенном галстуке... – Что?

– Да, собственно, все, – я всадил ему в лоб две пули, развернулся и пошел к выходу.

Двумя этажами выше вышел из лифта, открыл специальным магнитным ключом дверь корпоративного сортира и заперся в кабинке. Быстренько освободился от форменных брюк и куртки и остался в костюме и при галстуке. Обувь менять не стал, сошла и эта. Даю голову не отсечение, что никто из встретившихся здесь так и не удосужился заметить, что простой курьер носит обувку за полтысячи у.е.

Снял кепку с париком, содрал с ладоней накладки, все это вместе с одежкой затолкал в сумку. Вытащил изо рта пластиковую дрянь с торчащим коричнево-черным зубом и выбросил в унитаз. Дисциплинированно смыл за собой. Вышел из кабинки, с удовольствием умылся и прополоскал рот. Глянул на часы и заторопился к лифту.

В холле наблюдалась легкая суета. Как и полагается в случае выхода из строя системы видеонаблюдения, охрана задерживала всех, пытающихся покинуть здание по разовому пропуску. Человек пять, среди них пара бывших коллег, замерли у стены перед турникетом. Длинноволосый юноша в желтой куртке «DHL» и толстяк с кошачьей физиономией в серо-зеленой форме «Starpost». Юноша что-то визгливо объяснял охране, толстяк комментировал происходящее боцманским матом.

Я не стал присоединяться к ним, а просто приложил к панели турникета пластиковую карточку сотрудника одной из работающих здесь фирм и спокойно его миновал. Поправил волосы, проходя мимо видеоглазка, и вышел наружу. Миновал охрану и оказался на улице. Спустился в подземный переход и перешел дорогу. Через пять минут я уже сидел в машине на Большой Черемушкинской. Достал ноутбук и присоединил к нему телефон. Набрал по памяти номер.

– Слушаю, – голос моего нового друга Андрюши звучал нагло и одновременно испуганно.

– Привет, – бодро воскликнул я. – Соскучился?

– Чего тебе надо?

– Ничего особенного, – ответил я. – Просто хотел тебя поприветствовать и поздравить.

– С чем? – удивился он.

– Как это с чем? – я чуть понизил голос. – О том, что произошло, – я посмотрел на часы, – ...двадцать одну минуту назад, вся страна узнает в лучшем случае через час, а ты, дружище, прямо сейчас.

– А что такого произошло?

– Как я уже сказал, двадцать одну, вернее, уже двадцать две минуты назад, в своем офисе на Наметкина был убит видный российский предприниматель Сивцов Г. Е. Знаешь такого?

– Что? – удивленно пропищал он.

– То, что слышал, Андрюша. Кстати, злодеи заодно перебили троих его охранников, одну охранницу и еще одного просто ранили. Что творится, Андрюха, прямо не Москва, а Чикаго какое-то!

– Ты хочешь сказать...

– Все, что я хотел сказать, уже сказано. В прошлый раз я просто тебе представился. Сейчас я показал, на что я реально способен. Начинай собирать деньги, дружище. Через неделю я позвоню и сообщу, сколько и на какой счет перевести.

– Послушай...

– Хватит трепаться, убогий, готовь валюту, – и отключился.

Вот теперь-то он точно, как следует, перепугался, хотя что-то подсказывало мне, что в закрома за дензнаками клиент так сразу все равно не пойдет. Придется устроить еще что-нибудь по-настоящему яркое и красочное, чтобы он, наконец, понял: настало время делиться честно заработанным. Это самое что-то я ему обязательно организую, причем очень скоро.

Глава 18. МЕНТ

С отвращением отхлебнул остывшего чаю и решительно отставил кружку в сторону. В моем нынешнем состоянии лучше всего было бы накатить граммов триста-четыреста водки, а потом пойти куда-нибудь и ужраться по-взрослому.