Коллега

Весь день сегодня, начиная с полудня, меня таскали по разным кабинетам и возили мордой об полировку столов. Потому что...

Потому что в этот раз наш злодей превзошел самого себя. С утра пораньше ненадолго заскочил в офисный центр на Наметкина, грохнул клиента за компанию с четырьмя охранниками и еще одного ранил. После всего этого спокойно покинул место им же и организованной бойни.

И началось. Мне даже не дали толком осмотреться и поработать со свидетелями.

Каждый из начальствующих решил лично поучаствовать в расследовании, то есть по мере сил и возможностей вдохновить меня на ударный труд. Вот и вдохновляли до самого вечера, как только вдохновлялки не стерлись. За это время я узнал о себе много нового, интересного и даже неожиданного. А на десерт в кабинете начальника управления какой-то сановный мужчина в штатском, в присутствии которого наш генерал весь разговор простоял по стойке «смирно», грустно молвил, что руководство серьезно во мне ошиблось. Правда, от командования группой не отстранил, зато сообщил, что дело взято под контроль самим товарищем Саах.., ах, каким человеком, а заодно и Генеральной прокуратурой. Вот тут-то мне стало по-настоящему кисло. Услышанное означало, что поработать теперь не дадут, завтра же с утра вызовут на Большую Дмитровку и с энтузиазмом начнут уборку помещений... Мною, конечно же. Пыльных столов у них там, точно, немерено. Самое время уходить в подполье, а то вместо работы придется каждые пять минут рапортовать и огребать сувениры от руководства.

В подтверждение грустным мыслям зазвонил телефон.

– Как ты? – прозвучал в трубке бодрый голос Гены.

– Уже никак, – сознался я, – отымели все, кто мог, и по-полной.

– Не все еще, – возразил он, – о мне-то ты забыл.

– Забыл, – согласился я.

– Тогда встал, вытер сопли и по-быстрому ко мне, – распорядился он.

По-быстрому так по-быстрому. Я побросал бумаги в сейф, запер на два поворота ключа.

Меня уже ждали, сам Гена и удобно устроившийся под бочком у начальства, Мишаня.

– Проходи, герой, располагайся, – лучезарно улыбнулся Мякишев. – Будь как дома, не стесняйся. Чай, кофе, вазелин? – Мишаня хихикнул.

– Ох, – я присел за стол, тяжело вздохнул. – Может, хватит, а?

– Ладно, – Гена извлек из ящика стола толстую папку. – Пока ты общался с руководством на своем уровне, – Лоскутов с большим удовольствием расхохотался, – я немного за тебя поработал, – раскрыл папку. – Если старший группы не против, доложу о результатах, – я кивнул, потому что был только за.

– Итак, – начал он, – в том гребаном центре больше шестидесяти рыл охраны, это не считая персональной, – хмыкнул, – но наш ниндзя прошел туда, как к себе домой.

– Как?

– Очень просто, переоделся курьером и прошел. Потом завалил пятерых, а одного ранил и пошел дальше по своим делам. А курьерскую сумку с формой оставил в туалете на девятом этаже.

– Ты сказал форму. Какой фирмы? – поинтересовался я.

– Какая-то «Лига Меркурий».

– Пробили?

– Так точно, гражданин начальник, – ответил Мякишев, – не забыли.

– И?..

– Такой в природе не существует. Он сам ее открыл для себя, а потом закрыл. Такие дела.

– Лихо, – молвил Лоскутов.

– Да уж, – согласился Гена. – Еще как.

– А что показало видеонаблюдение? – я умоляюще посмотрел на Гену и, удостоившись кивка, полез в карман за сигаретами.

– Ты будешь смеяться, – тот извлек из тумбочки пепельницу и запустил по столу в мою сторону, – но по какой-то странной случайности, через пару-тройку минут после того, как он вошел в здание, вся видеосистема там вырубилась.

– Вот это да.

– Кто бы спорил.

– Постой, но в таких случаях должна действовать специальная инструкция.

– Верно. Эти бездельники тут же принялись задерживать до выяснения всех, кто выходил оттуда по разовым пропускам, – тяжко вздохнул и тоже полез в карман за сигаретами. – Вот только нашего злодея среди задержанных не оказалось.

– Уверен?

– Абсолютно, – Гена шлепнул о стол фотографией. – Вот он, красавец, – и вдруг воскликнул: – Ах ты, сука!

– Что?

– Сам посмотри, – и протянул мне лист.

– Ну-ка, – я присмотрелся к изображенному со спины мужику в дорогом костюме с портфелем и присвистнул. – Ишь ты, – пальцы ладони заложенной за спину правой руки были сжаты в кулак. Все, кроме одного, среднего, устремленного вверх. Покидая место работы, киллер не отказал себе в удовольствии и показал всем нам «фак». – Значит...

– Верно, – Мякишев подхватил мысль на лету и продолжил: – В таких местах сотрудникам выдаются специальные электронные пропуска, причем именные. Я немного напряг начальника тамошней охраны, он все правильно понял, проснулся и начал работать, – людей Мякишев напрягать умел и, если честно, любил. – И вот, что выяснилось, – Гена сделал паузу.

– Ну!

– Гну... Этим утром сработал пропуск некоего Наливайко, регионального менеджера фирмы, – он заглянул в бумаги, – «S&B Global», как раз в то самое время, когда злодей находился в здании. В первый раз им, как ключом отперли дверь корпоративного сортира той самой фирмы, а во второй с его помощью прошли турникет на выходе.

– А что говорит этот самый Наливайко?

– Хороший вопрос, – Гена снова закурил. – Этот самый Наливайко три часа назад вернулся из Белгорода, где находился в служебной командировке. Мы его встретили на вокзале и буквально отбили у гоблинов из службы безопасности «Востокресурса». В настоящее время этот красавец находится у нас, очень просит принести пива и подержать недельку-другую в КПЗ.

– А как он объясняет тот факт, что его магнитная карточка оказалась у киллера?

– Честно и правдиво. Вечером накануне отъезда заглянул в привокзальный бар пропустить рюмку-другую. Очнулся уже в поезде. Кстати, в Москву он тоже вернулся в жопу пьяным. Для того чтобы он смог ответить на вопросы, пришлось вызывать врача.

– Побеседовали?

– А толку? – Гена с чувством выругался. – Выпивал, говорит, в баре с каким-то мужиком. Описать его, естественно, не может и, вообще, ни хрена из событий того вечера не помнит. Единственное ценное, что удалось выяснить в ходе допроса, это то, что господин Наливайко, – пьянь и полный мудак по жизни.

– С такой-то фамилией, – залился смехом Мишаня, но натолкнулся на Генин взгляд и смолк.

– Негусто, – я вздохнул и в очередной раз потянулся за куревом.

– Но есть и хорошая новость, – добро заявил Гена.

– Киллер раскаялся и пришел с повинной? – с надеждой спросил я.

– Размечтался, – Гена посмотрел на часы. – Не пришел, а придет. И не он, а один человек...

– Кто?

– Тот, кто очень хорошо знает киллера.

– Откуда интересно? – спросил Лоскутов.

– Служил вместе с ним, – победно улыбнулся Гена и подмигнул мне. – Помнишь, я обещал, что не буду тебе в обузу, вот и постарался.

– Иди ты! – от удивления я поперхнулся дымом и закашлялся, Мишаня перегнулся через стол и заботливо постучал мне по спине.

– Так-то, – Гена собрал бумаги в папку. – Значит, так, особо с этим перцем не церемониться. Ему приказано с нами сотрудничать, вот, пусть и сотрудничает. И, вообще...

Дверь растворилась.

– Добрый вечер, – в кабинет вошел высокий, коротко стриженый мужик.

Тонкий в талии и широкий в плечах, очень похожий на агента спецслужб из иностранного боевика. В наших фильмах получается немного не то, уж слишком хилые у отечественных звезд экрана для этого плечики и тонкие ручонки с ножонками. Зато торчат наетые и напитые животы. Они их старательно втягивают, но те все равно, в самый неподходящий момент отлипают от позвоночника и влезают в кадр.