Коллектор
Шрифт:
— Что дальше? — спросил водитель.
— Лоцманский катер быстро ходит? — обратился я к лоцману, не слушая его слов.
— Смотря для чего, — растерялся тот.
— Чтобы догнать судно в море.
— Нет, не получится. Тут вам нужен патрульный катер, они самые быстроходные в заливе, специально, чтобы ни один контрабандист не мог уйти.
— Мне нужен такой катер! Везите меня к их стоянке, — скомандовал я.
— Но никто вам не позволит брать патрульный катер, — опешил лоцман, — это же фактически всё равно что полицейские служебные машины!
— Не забывайте, я федеральный следователь. Я могу реквизировать даже катер президента, если мне это потребуется для
— Показать не сложно, они рядом с нашими ботами стоят, возле одной пристани, — водитель тронул машину.
Пока мы ехали, я, периодически оглядываясь, обдумывал сложившуюся ситуацию. Что радовало, так это то, что на Оливе не слишком распространён воздушный транспорт, иначе нас давно бы выследили сверху и как следует припечатали. Но опять же — насколько местная коррумпированная власть и «Восточная транспортная база» чувствуют себя в безопасности, чтобы так нагло пытаться уничтожить федерального следователя? До сих пор такие фокусы никому даром не проходили, Федерация есть Федерация, никакой её субъект не может считать себя абсолютно независимым и неподсудным. И ещё вопрос — кто ведущий в этом тандеме? Чиновники, использующие «Восточную» в качестве инструмента, или, наоборот, руководство компании, подкупившее местное правительство? И насколько далеко зашла коррупция, до каких пределов? Пока у меня сложилось впечатление, что не дальше местных полицейских чинов. В столице Комиссар произвёл на меня впечатление скорее бессильного, чем подкупленного. Впрочем, в этих хитросплетениях разбираться уже не мне. Для меня осталось не так много работы — выяснить, что там такое везут на «Колхиде» и доложить наверх. В том, что обязательно везут какую-нибудь гадость, я не сомневался.
Мы всё ехали, и я подивился размерам порта Патрай. Тёмные, почти не освещённые и безлюдные районы старых складов сменяли сияющие иллюминацией контейнерные терминалы, где и ночью работа кипела. Вдоль штабелей носились погрузчики на длинных, как у кузнечиков, ногах. Казалось, они просто жонглируют огромными контейнерами, легко забрасывая их на несколько прислонившихся к причалу судов. Зрелище завораживало настолько, что пришлось встряхнуться, чтобы сознание вернулось к действительности.
Наконец, водитель свернул с главной трассы порта и лихо подрулил к нескольким причалам, возле которых двумя-тремя бортами теснились катера и катерочки самых разных типов.
— И где же патрульные катера? — спросил я.
— Патрульные — это те, которые с белой полосой, — ответил лоцман.
Я уважительно посмотрел на длинные мощные корпуса пятнадцатиметровых громадин и направился к причалу.
— Постойте, — окликнул меня лоцман, — вы разве не собираетесь заглянуть на пост морского патруля?
— Зачем?
— Как? Чтобы реквизировать имущество…
— Не сейчас. Уверяю вас, все формальности мы уладим.
— Вы не поняли — у вас же нет ключ-карты! Вы не сможете ими управлять!
Я даже застонал от злости — опять потеря времени!
— Где этот чёртов пост?
— Да вот же он, — лоцман показал на небольшой панельный домик с кокетливой крышей, никак не вяжущийся с типичными портовыми постройками.
Махнув лоцману рукой, я побежал к домику. Едва распахнув входную дверь, ткнул вахтёру в лицо удостоверение и потребовал начальство.
Вместо начальства нашёлся только ночной дежурный.
— Федеральный следователь Клим Стоянов. Мне нужен катер.
— Э… Все на выходе… А зачем вам катер? — дежурный блеял, как напуганная овца.
— Ты не понял, лейтенант, мне не нужен патруль,
мне нужен катер, причем самый быстрый!— Я не могу вам дать… У вас нет права…
— Послушай, парень, — я сгрёб его за лацканы и прижал к стене, — я не на вечернюю прогулку собираюсь, я провожу федеральное, слышишь, федеральное расследование! И каждый, кто мне в этом мешает, становится преступником, и будет отвечать по всей строгости закона. А уж обеспечить выполнение законов мы сможем! Ключ!
Дежурный слегка побледнел, вывернулся из моих рук и всё-таки открыл сейф.
— Не нервничай так, просто я спешу. Вот моё удостоверение, у тебя тридцать секунд, чтобы проверить его, — я дал парню возможность придти в себя.
Тридцати секунд ему хватило.
— Только не докладывай по команде, лейтенант. Операция строго секретная, — строго внушил я дежурному напоследок. Незачем моим преследователям знать, на чём я ушёл. Они, конечно, всё равно узнают, но мне нужна была фора. — Какой катер-то?
— Левый пирс, место номер два, вторым бортом, он, вообще-то не патрульный, реквизирован недавно, но рация есть…
— Ясно.
Лоцман всё ещё стоял у машины на причале, провожая меня взглядом. Я помахал ему рукой с зажатой в ней ключ-картой, чтобы показать, что всё в порядке, и побежал к катеру. Как и сказал дежурный, катер стоял вторым бортом, поэтому мне пришлось проявить некоторую ловкость, чтобы перебраться на него, прыгая по палубе ближайшей посудины. Вечерний ветер пригнал небольшую волну, и катера вразнобой танцевали, скрипя бортами друг о друга и о причал. Перебравшись на катер, я принялся отвязывать швартов и провозился с этим довольно долго с непривычки, пожалев, что оставил свой вибронож в машине. Наконец, мне удалось освободить катер от удерживающих его канатов, я бегом добрался до пульта управления под небольшим козырьком и вставил карту в предназначенную ей прорезь.
Ничего не произошло, а ветер начал потихоньку гнать катер к основному причалу. Хлопнув себя рукой по лбу, я нажал стартер и услышал, как где-то внизу запели двигатели. Катер вздрогнул и чуть привёлся к ветру. Рука сама нашла сектор машинного телеграфа и слегка сдвинула его вперёд. Катер мгновенно отреагировал, повернувшись носом к волне и медленно отходя от причала. Теперь я мог держать катер так, как мне требовалось. Не думая лишнего, я двинул рукоять вперёд на половину хода и вцепился в штурвал. И вовремя. Катер рванулся вперёд так, что моя голова чуть не оторвалась, мгновенно вышел на редан и поскакал по пологим волнам, задрав нос и закрыв мне обзор.
Пришлось ориентироваться по берегу, выворачивая на северо-восток, к выходу из залива. Убедившись, что направление взято верно, я передвинул машинный телеграф ещё на четверть вперёд. Катер ещё более ускорился, прыжки стали более длинными, а за кормой вырос бурун. Поискав глазами, я нашёл указатель скорости и определил, что сейчас двигаюсь со скоростью сорок узлов. Много это или мало я не знал, но решил пока больше не ускоряться, потому что уже почти совсем стемнело, а мне нужно было ухитриться выйти в море.
Пришлось уделить внимание приборной доске. Первым я активировал радар, который сразу же высветил мне схему залива с точкой катера на ней. Судя по его показаниям, двигался я довольно правильно, пришлось только слегка довернуть штурвал. Немного пощёлкав переключателями, я нашёл режим, где высвечивались маркеры судов, двигающихся вокруг. На моё счастье, залив был практически пуст, все суда стояли у причалов, только одна крупная метка маячила в створе выхода из залива. Судя по всему, это и есть та самая «Колхида 3». Нужно догонять.